Просто так

Автор: Kindly
Переводчик: Эсси Эргана (essyergana@narod.ru)
Рейтинг: NC-17
Пейринг: Гарри/Драко
Жанр: действительно PWP. Убедитесь, что вы знаете, что это такое, прежде чем возмущаться отсутствием сюжета и смысла. Перечитайте название. POV Гарри.
Предупреждение: БДСМ, ООС.
Summary: Драко шантажирует Гарри, вынуждая его играть роль доминанта. Перерастут ли их отношения в нечто большее?
Разрешение на перевод: получено
Disclaimer: Гарри Поттер и другие персонажи принадлежат Дж.К. Роулинг. Прибыли не извлекаем.



            В тот вечер я читал «Ежедневный Пророк» в гостиной Гриффиндора. Незнакомая сова опустилась на подлокотник моего кресла, и улетела, как только я взял у нее конверт.

            «Прочитай, когда будешь один». Я огляделся. Рон играл в шахматы с Дином,  а Гермиона пропадала в библиотеке. Не в силах сдержать любопытство, я сломал восковую печать и вскрыл письмо. Сначала наткнулся на фотографию, но, едва взглянув на нее, сразу же развернул приложенную записку:

            «Встретимся сегодня вечером в Зале Почета. Приходи один, или я отправлю такую же фотографию Снейпу»

            Подписи не было. У меня мелькнула мысль поговорить с Роном, но я тут же отказался от нее. Он бы наверняка настоял на том, чтобы сопровождать меня, несмотря на четкое указание в записке, а я не мог так рисковать.

            На фотографии была Гермиона – она брала ингредиенты из личного хранилища профессора Снейпа для зелья, которое мы делали около месяца назад. Узнай Снейп об этом – у него появился бы шанс исключить Гермиону из Хогвартса, или, по крайней мере, лишить ее статуса префекта, что стало бы для нее не менее тяжелым ударом.

            Тем же вечером, в 23:45 я накинул плащ-невидимку и отправился в комнату, где мне надлежало быть согласно записке. Осторожно войдя, я оглянулся. У одной из стеклянных витрин стоял Драко Малфой. Конечно же, следовало догадаться! Я снял плащ, чтобы он мог увидеть меня.

-         Ну, и чего ты хочешь, Малфой?

Дело было плохо. Если уж этот тип вздумал шантажировать меня, нас всех ждали серьезные неприятности.

Он посмотрел на меня, как будто немного нервничая, и прямо сказал:

- Я хочу, чтобы ты занялся со мной сексом.

- Чего?! – в шоке переспросил я. В конце концов, да что он о себе возомнил?! Даже для него, всё это было чересчур.

            Малфой закатил глаза.

- Я не стану… - попробовал возразить я, собираясь четко объяснить, что это совершенно недопустимо, но он прервал меня:

- Я хочу, чтобы ты меня трахнул.

- Это совершенно не… что? – обалдел я, не будучи уверен, что хорошо расслышал его слова. Он что, рехнулся?

- Ты когда-нибудь слышал о таком понятии, как доминант?

Я знал это слово. Прошлым летом, когда дядя Вернон и тетя Петунья куда-то ушли на весь день, Дадли и Пайрс решили посмотреть «фильм для взрослых», который они нашли в кабинете дяди. Конечно же, мне не было позволено к ним присоединиться, но я слышал, как Дадли сказал Пайрсу, что однажды он хотел бы стать «доминантом». Это наверняка имело отношение к сексу…

- Слышал, - кивнул я. – Но…

Мне не хотелось продолжать. Хоть бы Малфой остановился! Зачем он вообще затеял этот разговор? Мы же всегда ограничивались парой-тройкой взаимных оскорблений – а теперь…

Малфой закусил губу, над чем-то размышляя, а потом, не сказав ни слова, схватил меня за руку. Я попытался вырваться, но он держал меня крепко. Внутренний голос ненавязчиво посоветовал мне посмотреть, что же будет дальше, и я решил послушаться. Слизеринец провел меня по коридору, потом мы остановились, и он отодвинул тяжелый занавес, на стене за которым оказалось изображение маленького единорога.

- Ягоды можжевельника, - прошептал Малфой.

Мне стало интересно. Не помню, чтобы я видел эту комнату на Карте Мародеров.

Мы вошли в помещение размером примерно со спальню шестикурсников Гриффиндора. В дальнем углу стояла большая кровать, а на стенах по бокам располагались полки. Слева на них я увидел различные фаллоимитаторы, зажимы, цепи и еще какие-то предметы, о назначении которых оставалось только догадываться; справа – шлепалки, плеть, веревки… Малфой молча наблюдал за мной, пока я разглядывал всё это. Когда же я наконец повернулся к нему, он сказал:

- Как доминант, ты должен будешь использовать всё это.

- Ты что, хочешь, чтобы я порол тебя?! – я не мог поверить своим ушам... да что за хрень подразумевалась под этим «доминантом»?!

Блондин кивнул.

- Иногда.

В тот момент я понял, почему Дадли хотел бы быть доминантом.

Надо признать, как я и ожидал, всё это показалось мне отвратительным – какая-то навороченная сексуальная игра, однако неожиданно любопытство взяло верх. Идея причинения боли стоявшему рядом со мной ублюдку определенно не была столь уж неприятной. Особенно, если он сам хотел этого…

- Тебе нравится, когда тебя порют? Это возбуждает тебя? – с издевкой спросил я.

- Вроде того. Если только не слишком сильно, - ответил Малфой, покраснев.

Я никогда раньше не видел, чтобы он вспыхивал от смущения – только от гнева.

- Ну и… давно ты так? – поинтересовался я, понимая, что на создание такой комнаты могли уйти годы.

- Нет, только с прошлого лета.

- А как же эта комната? – спросил я, пытаясь поймать его на лжи.

- Она принадлежала моему отцу.

Не верилось. Чтобы Люциус подчинялся кому-то, кроме Волдеморта?! Заметив выражение моего лица, Драко продолжил:

- Он не знает о том, что мне нравится быть сабом. Он пользовался этой комнатой вместе со своим сабом, когда учился в Хогвартсе.

Слова Малфоя были похожи на правду, но я все еще не понимал…

- Почему я?

- Мне нужен тот, кто остановится, если я скажу, что не хочу продолжать. Ты честный гриффиндорец, тебе можно верить, - объяснил он.

Было совершенно очевидно, что он искренне верил в то, что говорил – но…

- Но я еще и гриффиндорец, который тебя презирает! Ты что, с ума сошел?

            - Поэтому ты и не испугаешься необходимости причинять мне боль и не отступишь. Но твоя гриффиндорская сущность не позволит тебе продолжить, если я воспользуюсь стоп-словом.

Так вот почему он выбрал меня? Я молча смотрел на него, ожидая продолжения.

- Выбор был между тобой и Уизли. Но Уизли будет так рад возможности причинить мне боль, что может слишком увлечься и не остановится, пока не будет слишком поздно, даже если я произнесу стоп-слово. Я верю, что ты не отдашься собственному наслаждению настолько, чтобы полностью забыть обо мне.

Мой злейший враг доверял мне? Еще один маразм.

- Позволь мне прояснить ситуацию. Ты шантажируешь меня, требуя, чтобы я причинял тебе боль?

Он кивнул и добавил:

- Я также хочу, чтобы ты трахал меня.

Итак, всё встало на свои места. Я должен буду причинять ему боль ради физического удовлетворения – и при этом возбуждаться сам. Возможно ли такое, чтобы мне понравился Малфой? У меня раньше никогда не было любовника-мужчины, да и девушка-то была только одна. Но от мысли о Малфое, находящемся полностью в моей власти, я ощутил в паху приятное напряжение… словно ответ на мой вопрос.

- Что это за стоп-слово такое? – резко спросил я.

- Слово, при помощи которого я остановлю тебя, если ты зайдешь слишком далеко.

- А почему нельзя просто сказать «стоп»?

- Поттер, ну ты же будешь меня пороть, или делать еще что-нибудь столь же болезненное. Естественно, я буду умолять тебя остановиться. Но на самом деле, я не хочу, чтобы ты прекращал – до тех пор, пока не воспользуюсь стоп-словом.

Я поморщился от того, как легко Малфой воспринимал идею собственной порки.

- Ну и какое это стоп-слово?

- Гриффиндорцы рулят.

- В самом деле? – удивленно приподняв бровь, спросил я, наслаждаясь тем, как покраснел Малфой.

- Не то чтобы мне очень нравилось произносить это, - пробормотал он.

По крайней мере, тут он точно не врал.

- Я согласен.

Он искренне улыбнулся. Не знаю, чему тут было радоваться, но мне понравилось видеть его таким. Улыбка преображала его лицо, делая Драко весьма привлекательным.

Решив немедленно отвлечься от таких мыслей, я посмотрел на расставленные на полках секс-атрибуты.

- Откуда здесь всё это?

- Отец собирал их в течение последних трех лет учебы в Хогвартсе. Здесь есть и обычные предметы, и магические, - с гордостью объяснил Драко. Потом он взял меня за руку и подвел ближе к полке с фаллоиммитаторами, параллельно объясняя, как работают волшебные.

Я поймал себя на том, что разглядываю кнут, висящий на стене. Он, казалось, просто излучает агрессию и боль.

- Ты на самом деле хочешь, чтобы я бил тебя этим? – спросил я, не в силах поверить.

- Думаю, тебе понравится наблюдать за моими страданиями. Раньше ты всегда хотел сделать мне больно, - парировал Драко.

- Это другое, - буркнул я. – Тогда я на тебя злился.

- А сейчас что, не злишься? Я же тебя шантажирую! – напомнил он.

Я уже открыл рот, чтобы возразить, но вовремя сообразил, что Малфой прав. В тот момент мне и вправду хотелось ударить его, но такая ярость не могла продлиться долго.

Неважно, в конце концов, я же согласился на его условия. Вот только очень не хотелось признаваться себе в том, что не только желание спасти Гермиону было тому причиной…

 

***

 

Следующим утром после завтрака мне удалось застать Гермиону одну.

- Ты не знаешь где бы я мог найти какую-нибудь информацию о… ну о сексе, когда один мужчина причиняет другому боль? – спросил я, краснея и отводя взгляд.

- Двое мужчин? Садомазохизм? – она с любопытством посмотрела на меня.

Я кивнул, молясь про себя, чтобы она не стала задавать других вопросов.

- Ну, у меня есть кое-какие книги, - ответила Гермиона. – Подожди, я сейчас принесу.

Она побежала в свою спальню и вскоре вернулась с двумя книгами, которые я тут же спрятал в портфель.

- Спасибо, Гермиона.

- Ага, - она сделала паузу. – Гарри, если ты… ну… в общем, втянешься в это, не говори мне, ладно?

- Не скажу, - покраснев, ответил я и быстрыми шагами направился в свою комнату. Задернув полог над кроватью, я наложил на него запирающие и отвлекающие чары, чтобы никто случайно не обнаружил, что я читаю. Если уж мне предстояло заниматься этим с Малфоем, нужно все делать правильно. Я не хотел выглядеть перед ним наивным и неопытным, чтобы ему пришлось объяснять мне, как быть доминантом.

 

 

***

 

В тот вечер я установил правила.

- Если мы собираемся этим заниматься, надо привыкать называть друг друга по имени.

- Хорошо.

- Я долго думал и понял, что вряд ли смогу причинять тебе боль просто так.

Я был уверен, что это сработает.

Драко чуть склонил голову набок.

- Тогда как?

- Мне всегда хочется причинить тебе боль, когда ты выводишь меня из себя. Так что думаю, все получится, если рассматривать это как твое наказание.

Драко на мгновение задумался и спросил:

- Если тебе нравится причинять мне боль, и ты будешь считать это наказанием, то не станешь ли ты подталкивать меня  к плохому поведению?

Я уже размышлял об этом и сказал ему, к какому выводу пришел.

- Не думаю, что мои наказания как-то повлияют на твое поведение. Ты так и останешься мерзавцем, вне зависимости от того, наказываю я тебя, или нет, так что проблем быть не должно.

Драко молча выслушал меня и кивнул в знак согласия.

- Еще кое-что. Я тут немного почитал, и в книгах говорится, что сначала мы должны установить границы и определить, как мы будем называть друг друга.

- Хорошо.

- Прежде всего, ты будешь называть меня Гарри. И никак иначе. Не мистер Поттер, или сэр, или господин. Я хочу, чтобы ты всегда помнил, что ты именно с Гарри, а не каким-то выдуманным тобой человеком. А я буду называть тебя Драко. Не мальчиком,  шлюхой, или еще каким-нибудь отвратительным именем. Я хочу, чтобы здесь, в этой комнате, со мной был именно Драко, а не тот, кем ты пытаешься казаться. Что до границ, ты можешь пользоваться стоп-словом, если я зайду слишком далеко. Но если ты это сделаешь, наша ночь закончится, ты должен будешь немедленно уйти и ждать до тех пор, пока я снова не позову тебя. Все, что здесь будет происходить, не выйдет за пределы этой комнаты. Я ничего не расскажу Рону, Гермионе и остальным, но ты должен будешь пообещать мне то же самое. Если ты захочешь, чтобы всё закончилось, я не стану возражать. Это единственное, что ты сможешь здесь контролировать. Я решаю, где и как часто мы будем встречаться. Я решаю, чем мы будем заниматься и сколько.

На каждый пункт я загибал по одному пальцу.

Глаза Драко расширились.

- Да, Гарри, - сказал он напряженным голосом.

Я немного недоумевал по поводу того, как легко он согласился на все условия, но вслух ничего не сказал.

Надо было переходить к практической части. Книги, которые мне дала Гермиона, содержали много детальной информации. Я был уверен, что справлюсь со всем, и при этом не буду выглядеть глупо. Ну, по крайней мере, надеялся на это.

- Разденься, Драко.

Он совершенно не удивился и разделся, аккуратно сложив свою одежду. Малфой стоял передо мной обнаженный и, опустив взгляд, ждал следующего приказа.

Я обошел вокруг него, любуясь молочной белизной его кожи. Ни шрамов, ни родимых пятен… Проведя рукой вниз по его спине, я заставил его вздрогнуть, но он не попытался отодвинуться. Тогда я продолжил, скользнув пальцами по его ягодицам, бедрам, паху. Я не знал, что он чувствует, но всё это постепенно переставало казаться таким уж странным. Кожа Малфоя на ощупь была похожа на мою, и наши члены реагировали на происходящее одинаково. Я не мог поверить в то, что делаю это. Что нахожусь здесь, в потайной комнате, вместе с Драко Малфоем. Мне казалось, что всё должно быть иначе, раз уж его возбуждала именно боль. Но он уже и без того был довольно сильно возбужден, и для этого оказалось достаточно простых прикосновений.

- Руки за спину.

Он выполнил приказ, я протянул руку, обхватил его яйца и немного поласкал член. Драко вздрогнул,  его член полностью встал.

Я поднял взгляд и отметил удивление в глазах Малфоя. Улыбнувшись, я отстранился.

- Повернись и обопрись руками о стену.

Он быстро выполнил приказ. Его спина была напряжена, а ноги слегка дрожали. Вспомнив позиции, описанные в книге, я  надавил Драко на плечи, заставляя слегка наклониться, и коленом раздвинул ему ноги.

Я не знал, каким предметом воспользоваться, не ощущая пока в себе достаточной уверенности для того, чтобы взять в руки кнут. Надо было рассмотреть всё повнимательнее и выбрать. Но сначала… оглядевшись, я заметил длинный лоскут ткани. Отлично. Призвав его с помощью волшебной палочки, я подошел к Малфою.

- Закрой глаза, Драко.

Когда он выполнил приказ, я обвязал лоскут вокруг его головы и почувствовал, что Драко дрожит.

- Не шевелись.

Я отошел, а он продолжил неподвижно стоять у стены. Это придало мне уверенности.

Ни один из предметов не привлек моего внимания. В конце концов, я не видел ничего приятного в причинении боли.

От идеи использовать кнут я сразу отказался: для этого мне пока не доставало опыта. Посмотрел на трости, отметив одну, довольно тяжелую, но тут же содрогнулся, вспомнив о другой такой же трости… Я прошел мимо. Там  был еще ремень – хороший, широкий кожаный ремень, но я покачал головой. Нет, не то. Ремень в этом смысле был похож на кнут – даже не так сильно повреждая кожу, он все равно не позволял мне полностью контролировать каждое движение. А я хотел, чтобы всё, до мелочи, было сделано правильно, и я управлял происходящим. Неумение отнюдь не способствовало утверждению меня в роли доминанта.

Увидев шлепалки, я довольно кивнул. Но какая из них? Не слишком легкая, а то Драко не воспримет меня всерьез, но и не чересчур тяжелая: мне становилось тошно при одной мысли о звуке ломающихся костей… а самая тяжелая шлепалка, висевшая на стене, точно могла привести к такому результату. В конце концов, я пошел по простейшему пути, выбрав ту шлепалку, что висела по центру.

Повернувшись, я подошел к Драко, держа ее в руке. Даже на расстоянии нескольких шагов было заметно, что он дрожит. Он не мог замерзнуть, в комнате не было холодно – но его плечи мелко подрагивали.

 Я положил руку ему на поясницу.

- Г-гарри? – задохнувшись, прошептал он.

Он что, плачет?

- Да?

Он с облегчением вздохнул.

- Я думал, ты ушел…

Не понимая, что делаю, я слегка погладил его по спине, и тут же отстранился.

- Если я уйду, то обязательно предупрежу тебя.

- Спасибо, Гарри, - с благодарностью в голосе ответил он.

- Ммм… - промямлил я, не зная, что сказать. Должно быть, один из его предыдущих любовников оставил его в таком же положении. В животе что-то странно сжалось, и я понял, что пора начинать.

Бросив быстрый взгляд на его член, я заметил, что он слегка сник, - вероятно, в результате того, что Драко испугался, думая, будто его бросили. Впрочем, если слизеринец так любил боль, следующие несколько минут должны были непременно улучшить ситуацию.

Я взял его за бедра, заставляя оттопырить задницу, и легонько шлепнул перед тем, как отпустить. Он нервно дернулся.

Убедившись, что крепко держу в руке шлепалку, я глубоко вздохнул. Интересно, сколько раз я должен ударить его? Наверно, уже надо было решить это. Ладно, понаблюдаю за его реакцией и определюсь, когда будет достаточно. Я не хотел причинить ему сильную боль. В конце концов, совершенно нечем гордиться, если ты довел своего саба до необходимости пользоваться стоп-словом. 

Оставалось только заставить себя сделать это. Я подумал обо всех тех гадостях, которые Драко говорил Рону и Гермионе только вчера…

Он не знал, что я собираюсь с ним делать, и не видел шлепалки в моих руках, так что после первого же удара громко застонал от боли и шока. Удар сопровождался глухим звуком, а задница тут же покраснела. Во второй раз я ударил по другой ягодице… Когда после десяти ударов он только постанывал, я даже удивился. Потом Драко начал тихо всхлипывать и покусывать губы. Я засомневался, опустив шлепалку и давая руке отдохнуть. Может, пора было остановиться? Он плакал, и я не знал, как на это реагировать. Драко сказал, что будет умолять меня, и что я не должен обращать внимание до тех пор, пока он не произнесет стоп-слово. Но вот о слезах он ничего не говорил. Я озадачился. Интересно, что же с ним делал его бывший любовник? Может, я перегнул палку? Но с другой стороны, может, я наоборот бил его недостаточно сильно, раз он даже не начал умолять меня прекратить это? А что, если причиной его слез была не боль, а недовольство? Ну что ж, надо посмотреть, выдержит ли он еще.

Когда я начал снова шлепать, Драко попытался заглушить стоны, и мне пришлось бить его сильнее. После пятнадцатого удара он снова заплакал и начал просить меня остановиться. Я немного заволновался, но ведь он не воспользовался стоп-словом… Так что я продолжил, не желая, чтобы он подумал, будто я слишком мягок.

К тому времени, как я насчитал двадцать ударов, он умолял, обещая мне все, что угодно, лишь бы я только прекратил это. Я опустил руку, чтобы отдохнуть и посмотреть на результаты. Его ягодицы сильно покраснели, ноги дрожали,  а плечи поникли. Крови не было, но я чувствовал, что пора остановиться. Жаль, конечно, что я не понимал, зашел ли слишком далеко или как раз в меру, но не спрашивать же у Драко, в самом деле! Он не произнес стоп-слова, так что, наверное, все было в порядке. Но кто знает, может, еще один удар, и… В конце концов, я решил, что если мне этого достаточно, то значит, хватит и с него. Да и рука у меня устала. Я шлепнул его в последний раз. Драко вскрикнул и задрожал всем телом. Ну что ж, кажется, это и был ответ на мой вопрос. Отбросив шлепалку на кровать, я помассировал ладонью спину Драко.

В книге рекомендовалось похвалить и наградить послушного саба за хорошее поведение. Не проблема, тем более, что мне действительно хотелось это сделать.

Я почувствовал, как он расслабился, когда я погладил его по спине и заговорил:

- Очень хорошо, Драко. Я удивлен, что ты смог выдержать так много. Очень хорошо, я действительно доволен тобой, - я сказал  первое, что пришло на ум. Мои последние слова, похоже, привлекли его внимание: он повернулся лицом ко мне, его глаза все еще были завязаны, щеки пылали и были мокрыми от слез. Я снял с него повязку, и он моргнул, приспосабливаясь к яркому свету.

- Ты доволен? – удивленно спросил он.

Я кивнул.

- Даже несмотря на то, что я умолял тебя остановиться? Ты не рассердился? – он говорил так, будто не мог в это поверить.

Честно говоря, я не понял, что здесь было такого странного.

            - Я ожидал, что ты будешь умолять меня об этом. Ты же сам предупредил, - напомнил я.

            - И ты не расстроен тем, что я не смог держать свой рот на замке? – он все еще был потрясен.

            Почему, интересно?

            - Я не приказывал тебе молчать, Драко. Я хочу слышать тебя. Так я буду знать, действительно ли тебе больно, - объяснил я, убирая прядь светлых волос у него со лба.

            Он прильнул к моей руке, и я отметил, что на его лице отразилось искреннее изумление.

            Посмотрев вниз, я забеспокоился. Драко не был возбужден. Но он сказал, что боль заводит его. Может, я все же перегнул палку? Может, сначала он возбудился, а потом, когда я зашел слишком далеко… Я пообещал себе, что отныне стану уделять больше внимания его реакциям и меньше слушать то, что он говорит.

            Я был в замешательстве. В книгах не объяснялось, как поступать в таких ситуациях. Должен ли я был трахнуть Драко, даже если он меня не хотел? Да и хотел ли этого я сам?

            Моя рука все еще касалась его щеки, и я услышал, как Драко мурлыкнул. Забавно. Впрочем, это означало, что он не хотел, чтобы я просто так ушел…

            - Раздень меня, - приказал я.

            - Да, Гарри.

            Я помог ему стянуть с меня рубашку, а затем увидел, что он опустился на колени и развязывает мои шнурки, помогая разуться. Всё было хорошо до тех пор, пока он не добрался до штанов. Тут я почувствовал себя полным идиотом.  На мне были надеты  огромные старые брюки Дадли, и держались они только благодаря туго затянутому ремню. Когда Драко расстегнул пряжку, и они буквально свалились с меня, я густо покраснел. Драко опустил взгляд, держа ремень в руках, и я подумал, что, вероятно, он пытается сдержать смех. Стресс и смущение немного ослабили мою собственную эрекцию, и мне в голову уже закралась мысль о том, что зря я вообще на все это согласился. Весь вечер начинал походить на кошмар.

            Но не мог же я просто вот так сдаться! Особенно, если хотел контролировать ситуацию и в дальнейшем.

            - Посмотри на меня, Драко, - приказал я, желая увидеть по лицу, был ли он изумлен.

            Он поднял на меня взволнованный взгляд.

            - Прости, Гарри.

            За что он извинялся? На его лице не было написано удивление или плохо скрываемая усмешка.

            - Не надо просить прощения. Продолжай.

            - Да, Гарри. Спасибо, - облегченно сказал он. Осторожно сняв с меня трусы, он сложил всю мою одежду рядом со своей, при этом так и не поднимаясь с колен. Один только вид покорного Драко творил чудеса с моей эрекцией. К тому же, у Малфоя была действительно красивая задница.

            Теоретически я знал, что должен сделать дальше, но все-таки не мог не волноваться. Драко снова придвинулся ко мне, и я почти с радостью заметил, что он снова возбужден. Протянув руку, я коснулся его волос. Он перестал пользоваться гелем на пятом курсе, и теперь приятно было ощущать, как шелковые пряди скользят меж моих пальцев. Он прильнул к руке, а я задумался над тем, как же все-таки ему нравилось, когда его трогали. Мысленно отметив это в памяти, чтобы использовать в дальнейшем, я притянул голову Драко к своему паху. Не сказав ни слова, он облизнул губы и, открыв рот, жадно взял мой член.

            Я был рад, что Малфой сделал все сам, потому что я очень не хотел приказывать ему отсосать у меня. Это бы прозвучало так стандартно… Посмотрев на красивого блондина, стоящего на коленях и заглатывающего мой член, я почувствовал, что возбуждаюсь еще сильнее, всё глубже погружаясь в горячую влажность его рта. Драко тоже не закрывал глаз, наблюдая за мной и одновременно старательно работая языком. На его лице было написано спокойствие и  удовлетворение. Не желая кончать ему в рот, я с трудом выговорил:

            - Достаточно.

            Он отстранился, вновь облизнув губы.

            - На кровать, на четвереньки.

            Драко подчинился. Я взял волшебную палочку с тумбочки и отправил шлепалку обратно на стену, а затем опустился на колени позади Драко и сотворил заклинание для смазки. Сработало точно так, как описывалось в книге. Я скептически посмотрел на свои пальцы и на задницу Малфоя, понимая, куда мне предстояло их вставить.

            - Гарри? – нервно прошептал он, с трудом повернув голову и посмотрев на меня. Наверное, смущение было написано у меня на лице.  Я тряхнул головой. Пути назад не было.

            - Замолчи, Драко, - пробормотал я и начал подготавливать его. Буквально через минуту мои сомнения ушли, зато стало ясно, зачем нужна была вся эта процедура. В одной книге говорилось, что подготовка была необходима первые несколько раз, особенно если один из партнеров был девственником. Вряд ли это касалось нас, но к чему рисковать понапрасну?

            Драко нетерпеливо заерзал, и я, еще раз произнеся заклинание, прижался членом к его входу. Крепко взяв слизеринца за бедра, я медленно вошел в него. Он был гораздо более узким, чем моя бывшая девушка, с которой я занимался сексом прошлым летом. Проскользнув в него максимально глубоко, я замер, пытаясь совладать с эмоциями. Такой тугой… это было сказочно…

            - Тебе нравится? – Я практически не сомневался в том, что он доволен, но все же решил не строить предположений.

            Он счастливо вздохнул и кивнул.

            Я вспомнил, что велел ему молчать.

            - Ты можешь говорить, Драко.

- Спасибо, Гарри. Да, мне нравится.

Двинув бедрами, я спросил:

            - А что тебе нравится? – он застонал и подался навстречу. Оставалось только надеяться, что я выдержу. В книгах рекомендовалось растягивать процесс, заставляя любовника умолять, но в то же время я боялся ждать слишком долго.

            Драко замялся, и я шлепнул его по заднице. Он застонал, содрогнувшись всем телом.

            - О-о… Мне нравится… это ощущение заполненности. Я чувствую, что… что принадлежу тебе. Пожалуйста, Гарри.

            Я снова толкнул бедрами, сжимая его ягодицы и наслаждаясь шелковистостью белой кожи.

            - О да, пожалуйста, Гарри… - тихонько простонал он.

            Хватит игр. Я мог кончить в любую минуту. Ускорив темп движений и теряясь в собственном наслаждении, я едва не забыл о Драко… Было странно держать в руке чужой член – странно, но одновременно приятно. Драко верил, что я доставлю ему удовольствие и не сделаю больно. Во время последних нескольких толчков мне удалось, наконец, коснуться той волшебной точки, которая в книгах называлась «простатой». Должно быть, у меня неплохо получилось, потому что Драко закричал от удовольствия и кончил. Приятно было сознавать, что я справился так быстро. Всего через несколько мгновений я кончил следом за ним…

            Выскользнув из него, я растянулся на постели, но Драко продолжал стоять на четвереньках, неуверенно глядя на меня. Черт, это был один из самых сильных оргазмов в моей жизни! Я притянул Драко к себе, и он осторожно устроился рядом. Потом я накрыл его рот страстным поцелуем. Мне нравилось касаться его губ, проникать языком глубже… Драко тут же открыл рот, впуская меня, но не ответил на поцелуй. Я подумал, что, вероятно, он не делал этого раньше, и не стал давить на него. Желание прильнуть к его губам было совершенно неожиданным даже для меня, а предыдущие любовники Драко могли и вовсе не хотеть такого. С другой стороны, их здесь не было. А я был.

 

            Что ж,  несмотря на всю странность положения, вечер явно удался.

 

 

*          *          *

 

            Следующие несколько недель были заполнены уроками и откровениями. Живя с Дурслями, я научился неплохо разбираться в людях, так что было несложно понять, что именно нужно Драко. Было совершенно очевидно, что он хотел подчиняться и заслуживать похвалу. Кроме того, я довольно быстро заметил, что получаю большое удовольствие от своей роли «доминанта». Я использовал те сведения, которые почерпнул из книг, и адаптировал их под нашу ситуацию. Равно как и Драко – необходимость подчиняться нравилась ему больше, чем боль. Он хотел, чтобы я говорил ему, что делать, и вообще пользовался им. Различные заклинания, вызывавшие специфические виды боли, были ему безразличны, а порка кнутом не возбуждала его – хотя и не ослабляла его эрекцию.

            Прошло чуть больше двух месяцев, когда Драко попросил меня помочь ему стать таким, каким бы я желал его видеть. Этого я, конечно, не ожидал. Обычно наше совместное времяпрепровождение ограничивалось «наказанием» и сексом. Драко никогда и ничем не показывал, что хочет от меня большего. Он знал, что мне не нравятся его поступки, но вряд ли его это заботило.

            Иногда мне было интересно, может ли что-то изменить мое отношение к Драко? Я получал удовольствие от своей роли и от секса, и никогда не думал, что это может перерасти в нечто большее. А теперь я уже не был так уверен в своих чувствах. Я не испытывал к Драко той ненависти, как в начале, но он мне и не нравился. Размышляя над причинами этого, я понял, что дело в его подлом отношении ко всем людям. Конечно, я не ожидал, что он станет святым, но Драко был слишком жесток.

            Я послал ему сову с запиской и в тот вечер мы встретились и поговорили.

            - Ты неуважительно относишься к профессорам. Ты плохо обращаешься с другими учениками и постоянно оскорбляешь Рона и Гермиону. Это должно прекратиться. Я и раньше наказывал тебя за эти проступки, но никогда не спрашивал, понимаешь ли ты, почему. С этого момента ты должен будешь объяснять причину своего наказания. Это заставит тебя осознать, почему так вести себя нельзя. Кроме того, наказания станут гораздо более строгими, так что ты уже не будешь получать от них такого удовольствия, - сказал я.

            Мы оба знали, что он предпочитал ремень кнуту. Драко не нравилось, когда его кожу ранили, и текла кровь. Даже тот факт, что мы всё залечивали, прежде чем выйти из комнаты, ничего не менял.

            - Да, Гарри, - тут же согласился он. Как ни странно, он казался возбужденным.

            В течение следующего месяца я наблюдал перемены в Драко. Он перестал спорить с профессорами, в том числе и Хагридом, прекратил саботировать уроки Зелий у гриффиндорцев. Но наибольшие изменения с ним произошли на третий месяц.

 

*          *          *

 

 Было около полуночи субботы, когда я вошел в комнату и снял плащ-невидимку. Оглядевшись, я увидел, как Драко сделал шаг вперед из угла и остановился напротив меня. Он был обнажен, его взгляд – опущен, а руки сцеплены за спиной.

-         Проступки? – спросил я жестким голосом.

Судорожно вздохнув, Драко заговорил:

            - Этим утром я оскорбил Гойла, когда он разбудил меня к завтраку. Затем, перед входом в Большой Зал, я столкнулся с Уизли и оскорбил его. Дважды. Затем я оскорбил Грэйнджер, назвав ее магглокровкой… - он продолжал, перечислив всех людей, которым нагрубил… - и еще я подставил подножку Терри Буту около библиотеки.

            - Итак, не считая моих друзей, ты обидел только двенадцать хаффлпафцев, двух райвенкловцев и двух слизеринцев? – потрясенно спросил я. Число его «жертв» уменьшалось с каждым днем, и я на самом деле сомневался, можно ли ему верить.

            Он задумался на минуту и потом с сомнением добавил:

            - Я поиздевался над Крэббом во время ужина за то, что он взял шесть порций картофеля, и… да, еще Пэнси пыталась флиртовать со мной в общей гостиной, прося пригласить ее в Хогсмид. Я оттолкнул ее и сказал, что она не только похожа на свинью, но и пахнет так же.

            Я был доволен, но постарался говорить по-прежнему деловым тоном.

            - Хорошо. Двенадцать на три будет тридцать шесть. Это двенадцать ударов по твоим ногам, двенадцать – по спине и двенадцать – по заднице.

            - Двенадцать на четыре, - прошептал Драко

            - Тебе недостаточно тридцати шести ударов? – резко спросил я.

            - Нет, более, чем достаточно, конечно. Но ты же хочешь, чтобы я был честен с тобой, правда?

            - Да, Драко. Я хочу, чтобы ты был честен, и я ценю твою попытку. Но Пэнси не считается. Ты принадлежишь мне, - объяснил я, увидев выражение его лица. – Значит, она покусилась на мою собственность. Защищая себя от посягательств такого рода, ты поступаешь правильно. На самом деле, это если ты не будешь защищаться от них, мне придется наказать тебя, - закончил я, удивленный, но довольный тем, что он ни единым словом не возразил мне. Постепенно я переносил наши игры за пределы этой комнаты, и Драко полностью был согласен.

            - Я понимаю.

            - Ты понимаешь, каким образом я рассчитал эти тридцать шесть ударов?

            - Двенадцать хаффлпафцев умножить на трех слизеринцев, - ответил он.

            - Хорошо. Ты согласен, что это честно?

            Драко кивнул.

            Теперь для него начиналась самая сложная часть.

            - Скажи, что ты хочешь этого, и почему это нужно, - приказал я.

            - Я должен быть наказан, когда плохо себя веду, чтобы научиться не повторять ошибок. Я хочу, чтобы ты наказал меня так, как считаешь правильным, потому что я заслужил это, - произнес Драко.

            Повернувшись, я прошел вдоль дальней стены. Нужно было выбрать, чем воспользоваться сегодня. Сначала посмотрел на шлепалки, но вспомнив, что мне предстояло бить Драко еще и по ногам и спине, прошел мимо. Потом мое внимание привлекли розги, но от них всегда сразу шла кровь, а на сегодня у меня были другие планы. И наконец, ремень. От него останутся отметины, но почти без крови. Прекрасно. Я вернулся с тяжелым кожаным ремнем в руках и приложил его к губам Драко. Слизеринец тут же поцеловал его.

            - Хороший мальчик, - я позволил легкой улыбке скользнуть по лицу. Затем посмотрел на перекладину, которая располагалась над головой Драко. – Возьмись руками за перекладину и раздвинь ноги, - приказал я.

            Когда Драко выполнил это, я взял волшебную палочку и заставил перекладину подняться в воздух так высоко, чтобы Драко буквально стоял на цыпочках. И потом я начал. Первые несколько ударов были не слишком сильными: неприятными, но не болезненными. Потом я стал бить сильнее, считая про себя и прислушиваясь к реакции Драко. Поначалу он кусал губы, выдыхая сквозь стиснутые зубы. Затем стал тихо стонать, пытаясь сдерживаться. Постепенно его стоны становились все громче, превращаясь во всхлипывания и мольбы. Я заметил, что он слегка дергается, пытаясь избежать удара ремнем. На его молочно белой коже появились кроваво-красные отметины. Драко громко кричал и просил меня остановиться, но ни разу не произнес стоп-слова. Впрочем, на протяжении этих трех месяцев он ни разу не воспользовался им.

            Закончив, я развернул Драко к себе. Его лицо покраснело и было мокрым от слез. Он тихо плакал, не стесняясь меня. Я вспомнил первый месяц, когда Драко пытался прятать свои слезы. Я знал, что нельзя этого позволять. Мне нужно было видеть его реакцию на наказание, чтобы определить свой следующий шаг, поэтому я постепенно научил Драко не скрывать слез, а потом в течение месяца убеждал, что умение плакать не делает его слабым.

            - Ты такой хорошенький, когда плачешь, - я провел пальцем по его щеке. Он прильнул к моей руке и улыбнулся. – Вставай на колени, Драко.

            Он немедленно повиновался, а потом замер, опустив взгляд и ожидая моего следующего приказа.

            - Я возбужден. Займись мной.

            Прикоснувшись к моей пижаме, Драко секунду помедлил, посмотрев мне в глаза. Когда я кивнул, он стянул с меня штаны, придвинулся ближе и осторожно лизнул, пробуя на вкус, а потом взял головку в рот полностью.

            Я с трудом сдерживал желание прикоснуться к Драко, но не хотел пока показывать, как мне приятно. Ему нравилось сосать, и, надо признать, он был в этом весьма опытен. Ему нужен был вызов. Я смотрел на него, полуприкрыв глаза. Отсутствие реакции с моей стороны заставило его сосать сильнее, его язык старательно облизывал меня. Когда Драко взял мой член в рот полностью, я потерял контроль над собой. Схватив его за волосы, я двинул бедрами, наполовину вытащив член и затем снова резко впихнув ему в рот. Я почувствовал, как в первый момент горло Драко судорожно сжалось, но Малфой тут же расслабился, позволив мне трахать его рот. Двинувшись еще несколько раз, я кончил, вскрикнув.

            Он быстро сглотнул, облизнув мой член. Это было уже слишком.

            - Достаточно, - отчаянно простонал я.

            Драко покорно отодвинулся и снова опустил взгляд.

            Я легко провел рукой по его волосам и улыбнулся, когда он прильнул к моей ладони, молчаливо прося о большем.

            - Очень хорошо, Драко. Это было очень хорошо.

            Он засиял от гордости, услышав похвалу. В такие моменты я совершенно точно знал, что ему нравится сосать. Драко был сильно возбужден и почти дрожал от желания. Однако, к сожалению, его наказание все еще не было закончено.

            Вспомнив о своих обязанностях, я заставил себя сосредоточиться.

            - Встань. Пора завершить твое наказание.  – Пока он поднимался на ноги, я натянул штаны. Драко замер передо мной, опустив взгляд и сцепив руки за спиной. – Два оскорбления двум райвенкловцам?

            - Да, Гарри.

            - Четыре удара по животу. И три оскорбления, нанесенные Рону?

            Драко кивнул.

            - Да, Гарри, - прошептал он.

            - По три удара по каждому соску.

            Драко распахнул глаза и тихо застонал от неожиданности. Не знаю, почему он был столь потрясен. Его реакция меня немного разочаровала.

            - Разве я не говорил, что будет, если ты не научишься хорошо вести себя по отношению к Рону? – жестко спросил я.

- Ты говорил, что будешь пороть меня по соскам, - снова прошептал он.      

-  Именно. Было бы нехорошо с моей стороны нарушить собственное слово, правда?

            - Да, Гарри. Я не спорю, клянусь. Я просто рад, что, по крайней мере, хорошо вел себя после завтрака, - ответил он совершенно несчастным голосом. Я с сомнением предположил, что Драко представил себе, что было бы, решив я применять такие наказания всего неделю назад.

            Я снова взял в руки ремень.

            - Попроси меня еще раз наказать тебя, и объясни, почему ты заслужил это, - приказал я, наматывая ремень на кулак.

            Драко вздохнул, дрожа.

            - Я заслужил наказание, потому что не научился контролировать свои слова. Пожалуйста, накажи меня, Гарри. Мне это нужно.

            - Руки за спину. И держи правой рукой свой левый локоть.

            Драко подчинился, его грудь теперь была открыта, и я видел, как напряжены его мышцы.

            - Подними подбородок повыше, Драко. Я не хочу случайно попасть тебе по лицу.

            Драко снова выполнил приказ. Он стоял передо мной, такой уязвимый… Внезапно я понял, как сильно он мне доверял.

            Глубоко вздохнув, я начал. Сначала четыре удара по животу, затем два удара по одному соску и два – по другому, затем еще по одному удару по каждому соску… Слезы ручьем лились из глаз Драко, он до крови прокусил губу, и  лишь едва слышные стоны рвались из его груди. Я всегда удивлялся, наблюдая, как молчаливо и покорно он выносит свои страдания. Отшвырнув ремень в угол, я притянул Драко к себе и обнял. Я перебирал его волосы и шептал ему на ухо успокаивающие слова, а он дрожал и тихо всхлипывал.

            - Ты такой послушный, Драко. Ты прекрасно справился, я очень доволен тобой, - сказал я, поглаживая его плечи. – Еще одно наказание, но оно может подождать.

            И я прильнул к его губам. Драко всегда таял в моих объятиях, когда я целовал его. Я подтолкнул его к кровати, и он встал на четвереньки, ожидая, пока я раздевался. Встав на колени позади него, я лизнул следы от ремня на его ягодицах. Мне потребовалось совсем немного для того, чтобы возбудиться. Драко похныкивал.

            - Хочешь этого? – спросил я, целуя красные отметины на нижней части ягодицы. Мне нравилось заставлять его дрожать и умолять…

            - Да! Пожалуйста, Гарри, трахни меня. Мерлин, пожалуйста! – он подался назад. Я усмехнулся и, напоследок поцеловав еще раз, потянулся к тумбочке за смазкой. Нанес немного на свой член, потом терпеливо подготовил Драко, прислушиваясь к звукам, которые он издавал, и наконец, прижался к его входу… Блондин простонал и подался назад, пытаясь надеться поглубже. Войдя в него полностью, легко поглаживая покрасневшие ягодицы, я наслаждался тем, как жар, исходящий от его кожи, будто впитывается в мое тело. Он тихонько вздохнул, показывая свое нетерпение.

            - Тебе уже наскучило? – спросил я, обхватив рукой член Драко и слегка сжав его.

            - Га-а-арри! – выкрикнул он. – Пожалуйста!

            Сжалившись над ним, я начал двигаться. Он напрягся всем телом, наслаждаясь движениями моей руки по его члену, и я понял, что еще немного и…

            - Кончи для меня, Драко.

            Достаточно было моих слов. Его член тут же запульсировал, и Драко выгнулся в оргазме, пока я продолжал входить в него. Через мгновение я кончил вслед за ним.

            Осторожно вытащив член, я рухнул на матрас, а Малфой продолжал стоять в той же самой позе, тяжело дыша. Я усмехнулся и шлепнул его по заднице.

            - Иди сюда. Эти отметины от ремня наверно здорово болят, тебе будет приятно полежать на простынях.

            Драко медленно подчинился и устроился на кровати так, чтобы видеть мое лицо. Мы лежали в молчании несколько минут, пока я не решил, что настало время самой тяжелой части.

            - Последнее наказание, - начал я, стараясь говорить ровным голосом.

            Драко с любопытством посмотрел на меня.

            - Ты снова оскорбил Гермиону за то, что она – магглорожденная, - напомнил я ему.

            Он тут же понял, о чем речь, и напрягся в ожидании.

            - Да, Гарри, - извиняющимся тоном сказал он.

            Я не мог поверить в то, что ему действительно жаль – ну разве что он бы подошел к Гермионе и принес бы свои извинения непосредственно ей. Впрочем, я собирался сказать ему другое.

            - Что бы я ни делал,  ничего не меняется, - заметил я.

            - Это просто привычка, - прошептал он, опустив взгляд.

            - Привычка, от которой необходимо избавиться.

            - Да, Гарри.

            - Ты – не твой отец, и ты не должен говорить так, как он. Ты умолял меня дать тебе шанс доказать, что ты изменился. Сколько еще шансов тебе потребуется? – резко спросил я.

            - Прости меня, Гарри. Пожалуйста, не отказывайся от меня! -  воскликнул он с волнением и мольбой в голосе.

            Я погладил его по плечу.

            - Нет, я не отказываюсь от тебя. Но это наказание будет гораздо более строгим, чем остальные, - предупредил я. Мне потребовалось больше недели, чтобы удостовериться в том, что это наказание может сработать. Естественно, только если Драко всерьез хотел измениться.

            Он нервно сглотнул. Кажется, лишь прикосновение моей руки все еще удерживало его от паники. Впрочем, мне действительно по-прежнему хотелось прикасаться к нему, так что не всё было потеряно.

            - Что ты сделаешь? – спросил он.

            - Точнее, чего я не сделаю. Я не стану сегодня залечивать тебя.  И никакого обезболивания. Я сделаю так, что никто не увидит следов от ремня на твоем теле, но ты будешь чувствовать каждый из них.

            - Но я сейчас не могу даже пошевелиться без боли, - обеспокоенно запротестовал Драко.

            - Именно, Драко. Если ты запомнишь сегодняшнее наказание, то завтра, столкнувшись с Гермионой или другой магглой, подумаешь, прежде чем говорить. Если оскорбления действительно вошли у тебя в привычку, ты научишься самоконтролю. Если же ты, наплевав на боль, все равно оскорбишь Гермиону, это уже будет не просто привычка, а нечто гораздо худшее.

            - Но ведь если мне будет больно, я буду зол, и могу выместить эту боль на окружающих, - несчастным голосом произнес Драко.

            Он был прав, но я не собирался теперь сдаваться.

            - Тебе же просто надо научиться контролировать себя, правда?

            Драко ничего не ответил, с сомнением поглядев на меня.

            Я был разочарован. Только я поверил, что Драко действительно готов на всё, что угодно, лишь бы забыть о том, что вбивал ему в голову отец… Увы, как оказалось, то были просто слова.

            - Драко, это твой выбор. Я не стану давить на тебя. Если собственный комфорт для тебя важнее – только попроси, и я сразу вылечу тебя, ты знаешь. Но если ты хочешь порадовать меня и показать, что на самом деле хочешь стать лучше, тогда ты примешь это наказание, - с вызовом сказал я, зная, что он тоже не любит отступать. Только бы он оправдал мои ожидания…

            - Я согласен с наказанием, Гарри. Правда, - поспешно согласился Драко.

            Я глубоко и облегченно вздохнул. Может, он и не обманывал меня. Подвинувшись, я заставил его раздвинуть ноги, при этом слегка задев ссадины на животе.

            - Тогда объясни, почему наказание необходимо.

            Драко вздрогнул от внезапной боли, но почти сразу же ответил:

            - Потому что волшебники, рожденные магглами, не выбирали себе родителей, а значит, нельзя оскорблять их за то, чего они не могут изменить.

            - Хорошо, - я отодвинулся, встав на колени на матрасе между его разведенных ног. – А еще почему это неправильно?

            Драко поднял ноги и обхватил ими меня за талию.

            - Потому что это расстраивает тебя? – неуверенно предположил он.

            - Тоже правильно, но скажи мне основную причину, по которой тебе нельзя унижать магглорожденных? – приказал я, подвинувшись так, чтобы мой член располагался напротив его входа.

            Драко задумался, а потом ответил так, словно сам задавал вопрос:

            - Потому что магглы, как раса, не отвечают за те злодеяния, которые были причинены нам, волшебникам. В этом можно обвинить только магглокровок, имеющих нехороших, злых родственников, - в его голосе звучали одновременно неуверенность и надежда.

            Я снова вздохнул. Он пытался понять, но ему было сложно.

            - Более или менее правильно, - согласился я, вжимаясь в его задницу. Он все еще был расслаблен, и его мягкий вздох свидетельствовал о том, что Драко не испытывал особого дискомфорта. Я решил не останавливаться. Больше всего в сексе Малфой любил, когда им овладевали, заполняли его. И я медленно двинулся, входя в него и глядя в его глаза, полные желания. Замерев на мгновение, я стал ждать, пока Драко заерзает от нетерпения. Именно это он и сделал, крутанув бедрами. Я вышел из него и снова вошел, так же медленно, как и в прошлый раз. Мне нравилось дразнить его, хотя едва ли я был бы на это способен, если бы за последний час не кончил уже дважды. Так же, как и он едва ли выдержал бы это, если бы сам не кончил минут десять назад. Он простонал мое имя, крепче обхватывая ногами мою спину, пытаясь насадиться поглубже. Я наполовину вышел из него и снова толкнул бедрами вперед, но на этот раз сильно. Драко довольно застонал и на мгновение прикрыл глаза. Я не двигался до тех пор, пока он снова не распахнул веки. Тогда я повторил свое движение.

- Га-а-аааарри, - опять застонал он. Я замер, приподняв бровь. Он недовольно заныл, и я уже готов был продолжить, когда он внезапно сказал: - Я не понимаю.

Это было что-то новенькое.

- Не понимаешь чего?

- Почему волшебника нужно оскорблять за то, что натворили его родственники-магглы? – с сомнением спросил он. Я знал, что ему еще есть что сказать, и так как все это очень было похоже на прогресс, решил не прерывать его. – Может, правильнее оскорблять тогда магглов за их собственные поступки?

Я поверить не мог.  Он все-таки понял! Это определенно заслуживало награды.

- Прекрасно, Драко. Я горжусь тобой, - кивнул я и, взяв его за бедра, вошел чуть под другим углом, задев его простату.

- Гарри! – в удивлении вскрикнул он, крепче сжимая ногами мою поясницу. Я ухмыльнулся и повторил свое действие. Когда ощущение вернулось, серые глаза слизеринца изумленно распахнулись.

- Мерлин, Гарри, как ты это делаешь? Я думал, что такое происходит только перед тем, как кончаешь, - заметил он.

            Мне оставалось только подивиться наивности Драко. Похоже, прошлым летом подобные вещи были для него запрещены, и он просто не знал о них. Простата была одним из первых понятий, упоминаемых в книгах Гермионы. Просто я еще раньше принял для себя решение, что не буду использовать стимулирование простаты для поощрения анального секса. Малфой испытывал от секса скорее комфорт, чем настоящее удовольствие, ему нравилось ощущение того, что им владеют. И я не попытался разубедить его, когда он самостоятельно сделал вывод, что удовольствие наступает только непосредственно перед оргазмом. Но сейчас я был слишком доволен его внезапным пониманием вещей относительно магглов, чтобы продолжать обманывать его.

- Это твоя простата, Драко. Это награда за хорошее поведение… в данном случае – награда за то, что магглокровные волшебники не виноваты в том, чего они не делали, и их нельзя унижать, - я пощекотал один из его пораненных сосков.

Глаза Малфоя закатились, а тело дернулось.

Я усмехнулся, не ожидая такой бурной реакции, и резко вошел в него, снова коснувшись членом простаты.

- Не кончай пока, Драко, - успел выговорить я сквозь стиснутые зубы, прежде чем желание накрыло меня с головой, и  принялся трахать его в судорожном ритме, стараясь скорее снова кончить. Он едва слышно произнес мое имя, и я почувствовал, как он обхватил рукой свой собственный член. Я не сомневался в том, что он сделает в точности так, как я приказал ему. Еще один толчок, и я кончил с громким криком. Устроившись рядом с ним, я наблюдал, как он со слезами на глазах продолжал сдерживать себя. Такое случалось крайне редко, чтобы я не позволял ему кончить во время занятий сексом, и он был смущен, но мне очень хотелось, чтобы он получил свою награду. Такую награду, которая бы предназначалась только ему, а не нам обоим. Он сжал рукой свои яйца и вздрогнул, до боли закусив губу.

- Гарри, пожалуйста… - прошептал он, глядя мне прямо в глаза.

- Очень хорошо, Драко. Тш-шш… - прошептал я. – Ты хочешь, чтобы я разрешил тебе кончить?

Драко кивнул.

- Тогда раздвинь ноги, а руками держись за края кровати.

Я не сдержал усмешки, увидев, с какой скоростью он повиновался. Наклонившись и поцеловав его во влажные губы, я чуть продлил прикосновение, когда он потянулся навстречу ко мне. Я протолкнул язык ему в рот и почувствовал свой собственный вкус, смешавшийся со вкусом Драко.

 Каждый раз, когда Драко вот так подчинялся, это потрясало меня. Его тело подо мной дрожало, и я знал, что для игр он слишком близок к оргазму. Он мог бы кончить от одних только моих поцелуев, но мне не хотелось этого, не сейчас. Я оторвался от его губ и

приник к шее, целуя все ниже и ниже, задержался на ссадинах на груди, прикусил сосок и услышал, как Драко шумно выдохнул. Иногда он почти шипел, когда выдыхал вот так, сквозь стиснутые зубы. Его бедра вздрагивали, и я принялся целовать его живот.

            Член Драко покраснел и сочился. Я не хотел дразнить его, но я делал это раньше только два раза, и на члене Драко тогда было кольцо. Взяв его за бедра, я открыл рот и, глубоко вдохнув, обхватил член губами. Я использовал метод заглатывания, о котором читал, и это помогло мне избежать рвотных позывов. По собственному опыту я знал, что Драко должен был испытывать приятные ощущения. Я заглатывал не слишком глубоко, понимая, что не умею это делать. Одной рукой я ласкал яйца Драко, и это сыграло решающую роль: без какой-либо дополнительной стимуляции он застонал и кончил мне в рот. Я проглотил все и только потом отодвинулся.

            После минуты молчания я снова повернулся и посмотрел на Драко. Он по-прежнему стискивал пальцами  края кровати – тогда я кивнул, чтобы он отпустил руки.

            - Ты сказал правду?

            - Хм-м? – я попытался вспомнить, что говорил чуть раньше, но безуспешно. Интересно, надо ли мне было обидеться на то, что разум Драко оставался по-прежнему ясен?

            - Ты сказал, что гордишься мной. Не доволен, а именно гордишься, - сказал он и мягко спросил снова: - Это правда?

            - Да, Драко, - подтвердил я, опять раздвигая его ноги. – Я горжусь тобой. – И я прильнул к его губам страстным поцелуем.

Я почувствовал, как руки Малфоя обвились вокруг моей спины, но не отстранился. Он притянул меня еще ближе, так что я вдавил его в кровать своим весом. Впрочем, кажется, так он ощущал себя в безопасности. Поцелуй длился до тех пор, пока нам обоим не перестало хватать воздуха.

- Спасибо, Гарри, - тяжело дыша, произнес он.

- За что? – спросил я, хотя уже знал ответ на свой вопрос.

- За то, что гордишься мной. Никто и никогда мне раньше такого не говорил.

Я прижался лбом к его лбу и посмотрел Драко в глаза. Когда-то они были для меня как закрытая книга, а теперь я так легко читал в них все его эмоции. Это была трудно завоеванная награда. Я нежно поцеловал его, потом скатился с него на свою сторону кровати.

Мне никак не удавалось отбросить мысли обо всех тех мужчинах, с которыми он экспериментировал прошлым летом. Одно из главных правил в прочитанных мною книгах требовало всегда говорить боттому, когда он делает то, что хочет топ. Я регулярно говорил Драко, что доволен им, если он хорошо справлялся. Я специально не говорил, что «горжусь» им – просто потому, что я им на самом деле вовсе не гордился. Но у меня были на то личные причины. Это не означало, что остальные должны были обращаться с ним точно так же.

Я понял, что не только ревную к этим мужчинам, но даже немного злюсь на них.

- Драко, - мягко позвал я, привлекая его внимание. Я положил руку ему на бедро, чтобы он спокойно выслушал то, о чем я собирался его спросить.

- Да, Гарри?

- Ты принадлежишь мне?

- Хм? – Малфой озадаченно моргнул. – Ну конечно, - наконец, ответил он.

- А что насчет тех людей, с которыми ты экспериментировал прошлым летом?

В моем голосе наверняка слышались ревнивые нотки, но я не мог ничего с этим поделать.

- Один человек. На самом деле, это отец сказал нам. Наши с ним отцы пользовались этой комнатой в прошлом. Отец хотел, чтобы сын того человека вовлек меня в это.

Это прозвучало немного странно.

- Люциус хотел, чтобы ты был сабом?!

- Нет, Гарри. Он думал, что я похож на него. Он ожидал, что я научусь быть топом.

- И что же произошло?

- Этот человек, Айзек, начал тренировать меня. Я совсем не знал, чего ожидать, но когда понял, что должно будет произойти, то попытался сбежать, чтобы рассказать отцу. Но он был сильнее и могущественнее меня. В любом случае, со временем мне понравилось быть снизу, так что я никому ничего не сказал.

- А что насчет будущего лета? Ты снова будешь с ним?

При этих словах Драко передернуло.

- Нет, я бы не хотел этого, - прошептал он.

Я почувствовал, что он напуган, и погладил его по боку.

- Почему нет?

- Я не доверяю ему, - все еще дрожа, ответил Малфой.

Мне уже не нравилось то, к чему он вел.

- Что произошло, Драко?

- Когда я понял, что он задумал, то попытался уйти. Но он использовал ограничивающее заклинание, чтобы остановить меня, а потом связал меня. Он наказал меня за попытку сбежать. Его заводило, когда он причинял мне боль, заводили мои слезы и мольбы, поэтому он трахнул меня. Потом он снова наказал меня за то, что я не доставил ему должного удовольствия. – Драко произнес все это на одном дыхании, и я поверил ему. Он продолжил, с явным разочарованием в голосе. – Впрочем, я все равно не мог доставить ему удовольствие. Мне было больно, и я не знал, что должно произойти. У меня раньше никогда не было секса с мужчиной!

- А твой отец ничего не сделал? – Я был удивлен, что Люциус как минимум не стер этому человеку память за то, как он поступил.

Драко опустил взгляд.

- Я никогда не рассказывал ему.

- Но почему?

- Мне было стыдно! Особенно когда я понял, что это было не так уж плохо. Айзек просто не сильно беспокоился о том, хорошо мне или нет. Это мне не очень нравилось. И еще, мне не было разрешено стоп-слово, а я бы хотел, чтобы оно было. Но, если бы мы провели больше времени вместе, возможно, мне бы и понравилось.

Учитывая то, что от подчинения он испытывал гораздо большее удовольствие, чем от самой боли, в этом был некий смысл. Я был впечатлен тем, что он так решительно хотел найти кого-нибудь, кто бы все делал правильно. Хотя я никак и не мог понять, почему он решил, что я подхожу на эту роль.

- А почему ты решил найти кого-то в школе? Почему ты выбрал меня?

До сих пор прямо смотревший мне в глаза Драко вдруг отвел взгляд в сторону и весь как-то напрягся, словно в ожидании удара.

- Иногда единственным способом выдержать все это для меня было представлять на месте Айзека тебя.

- Меня? – переспросил я.

Я был настроен скептически, но если я хотел, чтобы он продолжал, мои слова не должны были звучать для него подозрительно. Я знал, что от паники его удерживает только мое прикосновение, поэтому по-прежнему поглаживал Драко по бедру.

Он покраснел, но, не сомневаясь, продолжил:

- Я сходил по тебе с ума с тех пор как… да всегда, наверное. На тебя не производили впечатление ни мои деньги, ни семья. Ты никогда не давал мне спуску. – Он вздохнул  и продолжил: - Все началось с детских фантазий о том, как я помогу тебе победить Темного Лорда, а потом ты тоже влюбишься в меня. Но когда я стал старше… ну, не считая того, что я угрозами заставил тебя быть со мной, в остальном… все именно так, как я хотел бы.

Никогда не думал, что услышу от Драко так много слов подряд: обычно объяснения из него было клещами не вытащить. Когда он нервничал, он, конечно, что-то там болтал, но никогда так много. Я решил воспользоваться этим шансом. Поверить ему. И тоже признался:

- Я уже давно не считаю Гермиону тем единственным поводом, из-за которого я все еще здесь. Мне нравится то, чем мы с тобой занимаемся. По правде говоря, поначалу причинять тебе боль мне нравилось больше, чем секс – но ты стал взрослее, ты изменился, и теперь секс нравится мне больше, чем наказывать тебя.

Драко немного поразмыслил над моими словами, прежде, чем снова произнес:

- Ты знаешь, как хитро задуман человек:

Есть две руки у нас для разных целей.

Рука любви – чтобы прижать к себе навек,

Рука каранья – чтоб ударить смело.

 

- Откуда это?

- Роберт Фрост, поэт-сквиб из Америки.

Это была хорошая цитата, и я подумал, что она достаточно точно отражала сущность наших отношений.

Часы отзвонили час ночи, и Драко резко закрыл глаза.

- Поверить не могу, что все это тебе рассказал, - пробормотал он.

- Я рад, что ты это сделал, - ответил я, поднимаясь.

Драко тоже сел и поморщился. Я знал, что его кожа горит, но он не жаловался.

- Мы встретимся завтра… то есть сегодня вечером, и ты вылечишь меня? Или оно должно зажить само, без помощи магии? – спросил он.

- Сегодня вечером, в обычное время. У нас матч по квиддичу через два дня, ты должен быть в состоянии сидеть на метле, - напомнил я, натягивая свою пижаму.

- Спасибо, Гарри.

Драко тоже стал одеваться, довольно часто вздрагивая от боли.

Я достал волшебную палочку из гардероба и наложил скрывающие чары на раны Малфоя.

Мы направились к выходу, но прежде, чем мы достигли дверей, я схватил Драко за запястье, развернул к себе и поцеловал. Он расслабился в моих объятиях и почти сразу приоткрыл рот, впуская мой язык. Я заметил, однако, что сам он всегда был крайне нерешителен в движениях своего языка у меня во рту; я подумал, что, наверное, этот Айзек делал что-то такое – кусал или наказывал Драко за то, что тот слишком спешил. Спустя минуту я отпустил Драко и провел пальцем по его щеке. Он прильнул к моей руке и вздохнул.

- Ты ведь не разочаруешь меня на этот раз, правда? – мягко спросил я.

Драко покачал головой.

- Нет, Гарри. Не на этот раз, - заверил он меня, и его голос звучал уверенно.

Я надеялся, что он говорит правду. Следующий день должен был определить, к чему все это шло. Это был вечер откровений, но если он не мог поладить с моими друзьями, будущего у нас с ним тоже не было. Я надеялся, что это сработает, потому что к тому времени мне уже действительно очень хотелось быть с ним не только в пределах этой комнаты.

Я подхватил свою мантию, набросил ее на плечи и натянул капюшон на голову. Когда я открыл дверь, Драко вышел в коридор следом за мной. Осторожно выглянув из-за ширмы и убедившись, что никого поблизости нет, я направился в Гриффиндорскую башню. Драко вернулся в подземелья Слизерина.

 

                                               *          *          *

 

Следующим утром за завтраком я ждал Драко. Когда он, наконец, появился, за ним неотступно следовали его телохранители. Малфой выглядел уставшим. Вероятно, он плохо спал, так как не мог без боли лежать на спине, впрочем, равно как и на животе. Драко направился прямиком к слизеринскому столу, ни с кем не разговаривая.

Я искренне надеялся, что он не собирается целый день всех игнорировать.

Поел он совсем чуть-чуть, но не вставал со своего места до тех пор, пока Крэбб и Гойл не доели свои завтраки. Я заметил, что это начало регулярно происходить несколько недель назад. Правда, Крэбб и Гойл тоже намеренно много не ели – вероятно, не хотели испытывать неожиданно обретенное Драко терпение.

Мои первым уроком были Предсказания. Я как раз подбросил свои палочки для гадания, когда ко мне приблизилась Трелони.

- О Боже, - пробормотала она, глядя на них, и мы с Роном закатили глаза, ожидая услышать очередную версию моей грядущей скорой смерти.

- Похоже, вам улыбнется удача в любви, - заявила Трелони и перешла к следующей парте.

- Э-э? Что она хотела этим сказать?! – спросил Рон.

Я пожал плечами.

- Понятия не имею. Но надеюсь, что она права.

Он странно посмотрел на меня, но ничего не сказал. Хотел бы я знать, почему.

До обеда я практически не видел Драко. Он болтал с Блейзом. Потом я заметил, как к нему направляется Пэнси, и мои руки сами сжались в кулаки.

- Эй, чего такое, приятель? – поинтересовался Рон, тоже поворачиваясь в сторону слизеринского стола. Я проигнорировал его вопрос, не сводя глаз с Пэнси: она как раз положила руку на плечо Драко и наклонилась, чтобы что-то прошептать ему на ухо. Драко резко отпрянул, наставив на нее свою волшебную палочку.

В ту же секунду вмешался Снейп: судя по лицу профессора, тот явно потребовал объяснений. Малфой что-то тихо ответил ему, и Снейп понимающе кивнул. Пэнси снова настойчиво попыталась схватить Драко за руку, и тот опять оттолкнул ее, на этот раз достаточно громко – так, чтобы все услышали – сказав:

- У тебя нет на меня никаких прав! Я тебе не принадлежу!

В голосе Малфоя отчетливо прозвучала ярость.

- Тогда кому ты принадлежишь, Драко?! – требовательно спросила Пэнси.

Ко всеобщему удивлению, в эту минуту Гойл схватил ее за руку и оттащил от Драко.

- Не задавай вопросов, ответы на которые сама не хочешь знать! – сказал он ей значительно тише, но я все равно услышал его.

Я повернулся, чтобы посмотреть на реакцию Драко. На его лице было написано потрясение.

Снейп с подозрением разглядывал их, но так как стычка явно сошла на нет, он предпочел вернуться за стол преподавателей.

- Эй! Гарри! – Рон потряс меня за локоть.

- Что? – Я повернулся к нему.

- Ты что, втюрился в Пэнси?

Я уставился на него, открыв рот, и, наверное, был в эту минуту чрезвычайно похож на рыбу.

- Ну ты был таким… раздраженным… и как будто ревновал. Ты смотрел на слизеринцев, - сказал Рон, и добавил, чуть мягче: - Ты тайком уходишь почти каждую ночь и ничего мне не рассказываешь, из чего я сделал вывод, что человек, с которым ты встречаешься, мне явно не понравится. Ну, и кто это, Пэнси… или Малфой? – спросил он, внезапно догадываясь. Его глаза вспыхнули от гнева, когда я ничего не ответил.

Уж конечно, не так я хотел обо всем рассказать Рону.

Гермиона, до сих пор хранившая молчание, вдруг спросила:

- Ты поэтому интересовался теми книгами?

Я приподнял бровь.

- Мне казалось, ты не хочешь об этом знать.

Гермиона поморщилась.

Посмотрев на часы, я с облегчением вздохнул: они показывали сверкающий котел.

- Пошли уже, а то опоздаем на Зелья.

Настроение у всех было хуже некуда, но мне совершенно не хотелось еще раз поднимать эту тему – тем более, что я понятия не имел, что еще могло сегодня случиться. Мы спустились в подземелья, хотя до урока оставалось еще достаточно времени, и к несчастью столкнулись с Драко, Крэббом и Гойлом.

Малфой кивнул нам, но ничего не сказал. Крэбб и Гойл последовали за ним, молча проходя мимо.

Что ж, по крайней мере, он нас не проигнорировал.

- Язык прикусил, хорек? – прорычал Рон.

Я заметил, как напрягся Драко: он ненавидел, когда ему напоминали о том инциденте. Мне было интересно, как же он поведет себя. Впрочем, даже если бы он и сказал что-нибудь оскорбительное, я все равно не мог бы его в этом винить, как бы сильно я ни хотел, чтобы он этого не делал.

Драко повернулся к нему и с сарказмом в голосе произнес:

- Мои извинения, Уизли. Не думал, что ты так нуждаешься в моих словах приветствия, но раз так... Привет, Уизли, как дела? Как тебе погода сегодня? Извини, мне уже пора, увидимся в классе.

И он развернулся в сторону кабинета зельеварения.

Я был впечатлен. Ни одного оскорбительного слова не сорвалось с его губ, но при этом одной его интонации было вполне достаточно, чтобы все понять. Я уже собирался последовать за Драко, когда сбоку от меня мелькнули вспышкой рыжие волосы. Рон набросился на Малфоя, ударил его в спину. Я вздрогнул, вспомнив о ранах, покрывающих тело Драко, и когда слизеринец упал на пол с болезненным вскриком, хотел было ринуться к нему, но как будто прирос к месту.

- Немедленно остановись! – крикнула Гермиона, пытаясь оттащить Рона от Драко, но тот повалил слизеринца на спину и бил по лицу и груди кулаками.

Я заметил, что Гойл наблюдает за мной, как будто ожидая моей реакции. Крэбб сделал шаг вперед, намереваясь защитить Драко, но Гойл схватил его за руку и кивнул в мою сторону. Что все это означало?! Я стряхнул с себя оцепенение и в ярости посмотрел на своего лучшего друга. Какого черта он все это делал? И зачем?! Вытащив палочку, я уже собирался выстрелить в него заклинанием, но теперь Гойл схватил за руку меня, а Крэбб оттащил Рона от Малфоя. Он был достаточно силен, так что у Рона просто не было шансов, когда его встряхнули и поставили на ноги, впрочем, не причинив ему никакого вреда.

Рона колотило от гнева, однако он выглядел столь же озадаченным, как и мы с Гермионой.

Решив проигнорировать его, я опустился на колени рядом с Драко. Под глазом у него расплывался синяк, губа кровоточила, и я поспешно наложил исцеляющие чары на его лицо.

- Спасибо, - прошептал Драко.

Я кивнул и помог ему сесть. Не сводя с него взгляда, я провел рукой по его груди. Драко вздрогнул, но не отпрянул, и тогда я еще раз наложил на него исцеляющие чары. Малфой вздохнул с явным облегчением, когда они подействовали.

- Теперь ты в порядке? – спросил я.

- Да, Гарри. Спасибо, - без тени обиды улыбнулся он мне в ответ.

Я был удивлен его реакцией.

Мы встали вместе, и он немного поморщился. Я вылечил новые раны, но не те, что остались на его теле после прошлой ночи, и теперь он явно чувствовал, как они болят.

Гермиона принялась отчитывать Рона и потащила его за собой в класс. Крэбб и Гойл последовали за ними. Урок еще не начался, но до него оставалось совсем мало времени.

- Не думаю, что теперь наши отношения останутся в тайне, - прошептал Драко.

- Ну, по крайней мере, для них уж точно нет.

 

Мы вошли одновременно, но не вместе. Я был весьма рад тому, что Снейп никогда не был в классе к началу урока. Поспешив к своим партам, мы мгновенно попали в окружение людей, которые были уверены, что мы только что подрались.

- Поверить не могу, что ты так легко можешь накладывать эти чары! – прошипела мне на ухо Гермиона, едва Снейп вошел в класс.

- Сегодня мы будем готовить зелье, облегчающее головную боль, - провозгласил он и принялся зачитывать перечень ингредиентов. – Вы будете работать в парах, и распределю вас по ним я.

Ученики обреченно застонали.

Гойл оказался в паре с Гермионой, Рон – с Пэнси,  Крэбб – с Невиллом, а я – с Драко. Мне было почти что жаль Крэбба. Почти.

Мы работали тихо и внимательно. Наконец, когда все компоненты уже кипели в котле, я спросил Драко:

- Что такое с Гойлом?

- Понятия не имею. Он уже неделю странно себя ведет, - прошептал тот в ответ. – За завтраком он помог мне избавиться от Пэнси, которая снова пыталась прицепиться ко мне, и сказал кое-что весьма… - Он задумался.

- Эффектное? – предложил я.

- Ну, да. Ты слышал, да?

- Я наблюдал за тобой.

- Но ты же видел, что я не дал ей повода, правда? – в голосе Драко отчетливо слышались нотки беспокойства.

- Да, - кивнул я, и добавил: - Я верю, что ты не стал бы меня обманывать.

Но прежде, чем он успел ответить, к нам подошел Снейп, чтобы проверить наше зелье. Он внимательно осмотрел содержимое котла, потом понюхал его и заявил:

- Хороший цвет, и пахнет тоже правильно. Должно быть, мистер Малфой сделал всю основную работу, хм-мм? – он усмехнулся мне.

Я решил поступить мудро и ничего на это не отвечать.

- Спасибо, профессор, - сказал Драко, краснея.

Снейп с минуту посмотрел на него, потом – подозрительно – на меня. Наконец, он отвернулся и направился к Гойлу и Гермионе.

У нас совсем не оставалось возможности поговорить, так как зелье еще требовалось протестировать, а потом – убраться на столах. Но прежде, чем покинуть класс, Драко прошептал:

- Мы увидимся сегодня вечером?

Я кивнул.

 

                                               *          *          *

 

После урока я решил прогуляться с Роном и Гермионой: у нас было свободное время между занятиями, и они сочли это самым подходящим моментом, чтобы вытянуть из меня кое-какие ответы.

- Так что происходит между тобой и Малфоем? – потребовал объяснений Рон.

Ну и что мне было на это ответить? Я решил, что надо говорить прямо и жестко, тогда, возможно, в какой-то момент Рон сам поймет, что на самом деле вовсе не желает всего этого слышать.

- Пока что, секс. Но он может перерасти в нечто большее, - наконец, честно ответил я.

- Для него – уже переросло, - сообщила Гермиона.

Мы с Роном с любопытством повернулись к ней.

- Я общалась сегодня с Гойлом на уроке Зельеварения. Драко разговаривает во сне, Гарри. В любом случае, так как власть перешла от отца Драко к тебе, Крэбб и Гойл оставят теперь тебя в покое, - пояснила она.

- Он это сказал?! – потрясенно спросил я.

- Ну не дословно, но да. Как ты думаешь, почему они сегодня не бросились защищать его от Рона? Потому что Рон – твой друг, а они не хотят огорчить тебя, причинив боль Рону.

- Почему это их волнует?! – возмутился Рон.

- По словам Гойла, Драко в последнее время стал гораздо более милым. Цитирую: «он даже почти никогда больше на нас не кричит». – Гермиона закатила глаза. – Им нравятся изменения в характере Драко, так что они решили не мешать вам быть вместе.

- Пожиратели Смерти хотят, чтобы Малфой и Мальчик-Который-Выжил были вместе? Святые угодники, уж конечно, я знаю, почему! – язвительно пробормотал Рон.

- Они вовсе не Пожиратели Смерти. По крайней мере, еще нет, - рассердилась на него Гермиона. – Гойл рассказал мне, что сегодня утром Драко потребовал, чтобы они больше никогда в его присутствии не употребляли слово «грязнокровка».

Это еще больше удивило меня.

- Он объяснил, почему?

- Похоже, прошлой ночь на него снизошло какое-то откровение. Он сказал Гойлу «Волшебник остается волшебником, вне зависимости от того, каково происхождение его семьи». Ты имеешь к этому какое-нибудь отношение? – поинтересовалась Гермиона.

Я пожал плечами, не до конца уверенный в том, хочу ли отвечать на ее вопрос.

- Гарри, если он публично меняет свои взгляды, чтобы порадовать тебя, для него это явно гораздо больше, чем просто секс. Он бросает вызов собственному отцу ради тебя! – отругала его девушка.

Но прежде, чем я успел на это что-нибудь возразить, вмешался Рон:

- Он действительно сказал это Гойлу?

Гермиона кивнула, не сводя с меня взгляда.

- Я не был уверен в том, насколько он серьезно настроен, - пробормотал я.

- Думаю, что могу с полной уверенностью утверждать, что да, он настроен серьезно. Едва ли он захотел бы испытать на себе гнев отца только из-за какого-то мимолетного увлечения.

В этом я не мог с ней не согласиться. Прошлой ночью он, наконец, принял мои доводы, и сегодня утром уже убедил в них Крэбба и Гойла. Он не только понял то, что я пытался до него донести, но, похоже, действительно поверил в это.

Гермиона повернулась к Рону.

- Ты заметил, что он назвал тебя Уизли, а не Уизел? Даже после того, как ты обозвал его хорьком.

Рон задумался и кивнул.

- Ага, действительно. Может, он и правда старается, Гарри.

Я кивнул.

- Да, так и есть. Ты же станешь снова набрасываться на него, да? – Я решил не рассказывать Рону о том, что едва не сделал с ним, когда он напал на Драко утром, понадеявшись, что нового повода он мне не даст. Рон был моим лучшим другом, но Драко был… он был моим.

Рон покраснел.

- Думаю, нет. Ну если только он сам не начнет первым, - с возмущением добавил он.

Гермиона смерила его взглядом.

- Сегодня виноват был ты. Он пытался вести себя цивилизованно, и посмотри, что ты наделал.

Рон раздраженно посмотрел на нее и повернулся ко мне за поддержкой, но я был согласен с Гермионой.

- Ты должен перед ним извиниться, - сказала она.

Мы оба уставились на нее.

- Он же перед нами не извинился! – возразил Рон.

Мысль об извинениях никогда не приходила мне в голову. Согласился бы Драко сделать это?

- Так докажи, что ты лучше, чем он, - предложила Гермиона.

Что ж, поддержкой своих близких друзей я заручился. Больше всего меня отталкивала в Драко его ненависть к магглам и магглорожденным волшебникам. Но, если верить всему, что произошло за день и прошлую ночь, он больше их не ненавидел. Теперь, когда он больше не старался подставить меня во время совместной работы на уроках, я вдруг обнаружил, что мы очень неплохо ладим. А иногда мы разговаривали целую ночь напролет о чем-то важном. Это не переставало удивлять меня, и я гадал, говорит ли он просто то, что я хочу услышать, или же и на самом деле так думает. Потом, конечно, все заканчивалось сексом. Секс всегда был отличным, с самого начала. Я любил доминировать над Драко, а Драко любил мне подчиняться. И еще он нравился мне, и с каждой минутой это чувство становился все глубже и сильнее.

- Гарри! – крикнул мне в ухо Рон, пытаясь привлечь мое внимание.

Я потер висок.

- Что?

- Ты же сегодня вечером увидишься с Малфоем, да?

Это еще он к чему?

- Ну, да, - с опаской подтвердил я.

- В общем, если он завтра захочет с нами встретиться… я готов извиниться. – Последнее слово он произнес с явным трудом и бросил умоляющий взгляд на Гермиону. Она характерно посмотрела на него в ответ, и Рон вздохнул.

- Ладно.

Я подумал о том, что надо бы и с Драко поговорить насчет извинений.

- Давай поиграем во взрывающиеся хлопушки? – предложил Рон, отчаянно желая сменить тему разговора.

Я не возражал, так что до тех пор, пока после ужина Гермиона не прижала меня к стенке, этого вопроса мы больше не касались. Увы, вечером Рон увлеченно обсуждал квиддич с Шеймусом, так что спасти меня было некому.

- Эти книги, которые ты брал у меня несколько месяцев назад… - осторожно начала она.

- Да?

- Они тебе помогли?

Даже если Гермиона и не хотела знать, она все равно знала. Я задумался над тем, как бы так ей ответить, чтобы при этом ничего конкретного не рассказывать.

- В некотором роде – да.

- Что ты хочешь этим сказать? Какая-то информация оказалась неточной? – обеспокоенно спросила Гермиона.

Я очень постарался не закатить глаза.

- Я не это имел в виду. У нас все немного иначе. Не совсем так прямо и сухо, как описывается в книжках.

Она приняла мой ответ, легко кивнув, но потом ее глаза загадочно заблестели.

- Гарри, но почему ты решил втянуться в это? Ты же не мог просто однажды проснуться утром и сказать «Хочу быть садистом», правда?

- Садистом? – повторил я, не уверенный в том, где раньше слышал это слово.

- Это человек, который испытывает сексуальное удовлетворение, причиняя кому-то боль, - пояснила она, словно зачитав определение из словаря.

А, вот она о чем.

- Ну, технически я не совсем садист, - сказал я, не очень-то желая объяснять ей всю подноготную. Я не знал, следовало ли мне огорчаться или радоваться тому, что она так увлеклась этим вопросом, что ушла от первоначальной темы.

- Что это значит?

Да, что это значит?..

- Ну, я… мне не нравится причинять ему боль. Как я уже сказал, у нас все немного иначе. Ну право же, Гермиона! – Я был уверен, что мое лицо сейчас по цвету даже краснее, чем волосы Рона.

Однако она не сдавалась.

- Ты залечил его раны со скоростью колдомедика! Если у вас это все не ради твоего удовольствия, тогда почему ты втянулся в это?

Я решил, что этого достаточно. Я не собирался рассказывать ей о фотографии, с которой все началось. В конце концов, это ее вообще не касалось.

- Нам приходится экспериментировать, Гермиона. Ни один из нас заранее не знает, чего захочет другой, или что ему понравится.

- О. – Она нахмурилась, словно размышляя над моими словами.

- Эй, Гарри! – к нам подскочил Рон. – Как насчет партии в шахматы?

И я пошел за ним в гостиную Гриффиндора.

 

                                               *          *          *

 

Когда вечером я зашел в нашу особую спальню, Драко стоял у кровати и раздевался.

Его штаны упали на пол, и он наклонился, чтобы поднять и аккуратно сложить их. Я с восхищением смотрел на его ягодицы, когда он двигался. Отметины, оставшиеся с прошлой ночи, все еще были красными на его белоснежной коже. Драко повернулся и снова встал рядом с кроватью. Он опустил взгляд и сцепил руки за спиной. Я не сразу понял, почему он до сих пор не заметил меня, но потом вспомнил, что так и не снял свою мантию-невидимку.

Это был первый раз, когда я видел его таким. Обычно Драко всегда приходил гораздо раньше и уже ждал меня.

Я подошел ближе, и он резко распахнул глаза.

- Гарри? – прошептал он.

Стянув с себя мантию-невидимку, я усмехнулся. Драко нахмурился, не зная, как реагировать. Я прильнул к нему и легко поцеловал, тогда он робко улыбнулся.

- Давно ты здесь?

- Несколько минут. Ты как раз снимал штаны, - пожал плечами я.

- И тебе понравилось то, что ты увидел? – приподняв бровь, поинтересовался он.

Это был мой Драко. Он знал, что выглядит превосходно.

- Угу. – Усмехнувшись, я заключил его в объятия. – Всегда. – И я снова поцеловал его, на этот раз более страстно.

Драко расслабился и ответил на поцелуй, прижавшись ко мне, а я крепче обхватил его руками, когда он приоткрыл губы, и проник языком ему в рот, на этот раз активно поощряя его сделать то же самое. Поначалу Драко вел себя неуверенно, но я сознательно заставил себя полностью расслабиться, и постепенно он стал более решительным. Мы несколько раз прерывали поцелуй, когда нам переставало хватать воздуха, но тут же снова встречались губами.

Это был один из самых долгих наших поцелуев, а мы еще даже не дошли до секса. И этот поцелуй был одним из лучших. Драко целовал меня так же страстно, как и я его, и когда я, наконец, отстранился, чтобы раздеться, он уже был полностью возбужден. Я сорвал с себя одежду и снова набросился на него.

Кожа у него на груди и животе сильно покраснела: видимо, он слишком крепко прижимался ко мне во время поцелуя. Но очевидно, Драко совершенно об этом не жалел, потому что едва я подошел ближе, как он снова потерся об мое теперь уже обнаженное тело. Он зашипел от боли и наслаждения, вздрогнул и застонал. Я притянул его в еще один поцелуй и подтолкнул к постели. Мы легли, по-прежнему целуясь, я прижал его еще ближе, обхватив ногой его бедро. Он застонал мне в рот, когда я положил его руку на свой член. А когда я обхватил ладонью член Драко и потер пальцем головку, размазывая влагу, то был немедленно вознагражден сдавленным всхлипом. Первый раз мы целовались вот так, до самого конца, и я надеялся, что это сработает.

Мы изгибались навстречу друг другу, сталкивались языками так отчаянно, будто пытались проглотить друг друга. Он кончил первым, разбрызгивая семя по моей руке, через несколько секунд я последовал за ним.

Наконец, мы разомкнули губы, тяжело дыша.

- Это было здорово, - усмехнулся мне Драко.

Я не сдержал ответной ухмылки. Хорошо, что ему не было скучно. Я немного отодвинулся, чтобы посмотреть на него. Потом, выровняв дыхание, сказал:

- Давай поговорим.

Драко одарил меня вопросительным взглядом, но перевернулся на бок лицом ко мне:

- Ладно.

- Насчет сегодня. И Рона, я хочу сказать.

Я не знал, с чего начать.

Драко пристыжено отвел взгляд.

- Извини. Я старался, но я был слишком расстроен.

Драко решил, что я на него сержусь?

- Не извиняйся за сегодня, - поспешно сказал я. – На этот раз виноват был он. Ты очень классно отреагировал. Я гордился тобой, когда ты не оскорбил его в ответ.

- Правда? – он был явно потрясен. – Но я же говорил с сарказмом.

- Да, я знаю. Но твои слова не были ни злыми, ни подлыми. К тому же, ты просто ответил ему. Я думал, ты не справишься, но ты смог. – Я поцеловал его в лоб.

- Спасибо, Гарри, - с облегчением сказал Драко. – И как они отреагировали, когда ты им потом все объяснял?

Я не знал, как ему ответить. Возможно, если рассказать ему о Гойле, все будет проще.

- Ты знаешь, что разговариваешь во сне? – спросил я.

Он покачал головой.

- Помнишь, на Зельях Гойла поставили в пару с Гермионой? Ну, в общем, они разговорились. Кажется, Гойл считает, что ты изменился к лучшему. Он объяснил Гермионе, почему ни он, ни Крэбб не попытались немедленно помочь тебе сегодня во время драки с Роном, и еще он рассказал ей, что ты говорил утром насчет магглорожденных. Отпустив несколько язвительных комментариев, Рон решил, что может, ты не так уж и плох. И Гермиона тоже готова принять наши отношения.

- И что теперь им известно, что я люблю, когда меня наказывают? – обеспокоенно спросил он. – Если отец об этом узнает, он будет крайне расстроен.

Я тоже покачал головой.

- Судя по всему, Гойл и Крэбб решили, что теперь главный я, а не твой отец, но они не знают, почему… ну, если конечно ты не умоляешь во сне, чтобы тебя выпороли.

- А что насчет твоих друзей? Уизли будет подкалывать меня этим всякий раз, когда разозлится? – спросил он, закусив губу.

- Рон считает, что мы нравимся друг другу, и что ты пытаешься порадовать меня. Гермиона кое о чем догадывается, но когда она попыталась докопаться до истины, я ушел от прямого ответа.

- И откуда у нее эти догадки? – раздраженно поинтересовался Драко.

- Когда мы только начали все это, я брал у нее книги почитать. Ну и сегодня, увидев, как я легко и быстро вылечил твои раны, она сложила два плюс два, - объяснил я.

- Но ты же не рассказал ей ничего о том, чем мы тут занимаемся, или почему я пытаюсь измениться, правда?

- Разумеется нет, Драко. Если ты вспомнишь, в самом начале я сказал тебе, что ничего из того, что произойдет или будет сказано в этой комнате, никогда не станет известно моим друзьям. И я не лгал, - сказал я, тоже начиная сердиться.

Очевидно, он почувствовал мое раздражение, потому что мгновенно покраснел и извинился:

- Прости меня, Гарри. Я просто хотел, чтобы все это было личным… особенным. Я не имел в виду, что подозреваю тебя или не доверяю тебе. Потому что я тебе  доверяю, - пообещал он. Все его тело напряглось, и я вдруг заметил, что нас разделяет почти целый фут.

Я протянул руку и коснулся его щеки. Драко прильнул к моей ладони, пытаясь прижаться ближе. Я кивнул ему, чтобы он лег рядом, и он устроился головой у меня на плече. Когда я погладил его по спине, Драко тихо зашипел от боли, и внезапно я вспомнил, что до сих пор так и не залечил его раны. Не отпуская его пальцы, я чуть отстранился, перегнувшись через матрас, свободной рукой вытащил из кармана мантии свою волшебную палочку. Потом я снова повернулся к Драко и принялся накладывать заклинания на ссадины, покрывающие его тело. Когда все было закончено, я перекатился на спину и опять притянул его к себе. Драко удовлетворенно вздохнул.

- То, что хорошо для секса, не очень-то удобно для объятий, - заключил он, кладя голову мне на грудь. – Спасибо, Гарри.

Я провел рукой по его спине: теперь кожа была снова гладкой и ровной.

- Ты завтра не занят? – спросил я, решив больше не откладывать вопрос в долгий ящик.

- Нет, Гарри.

- Рон просил меня привести тебя. Ты не хочешь попытаться еще раз?

Поначалу ничего не сказал, но потом все-таки выдавил:

- Да, Гарри. Я попытаюсь.

- Ты не мог бы попытаться извиниться перед ним? – спросил я, скрестив пальцы.

Драко снова замолчал на несколько минут. Он кусал губы, словно размышлял над моим вопросом. Потом он посмотрел на меня, отвел глаза и тут же снова перевел взгляд на меня. Вздохнул и отстранился.

- Гриффиндорцы рулят, - прошептал он, глядя в пол. Он сел, его плечи были немного напряжены. Драко передвинулся на другой край кровати.

- Что? – Я не сразу понял, что он использовал свое стоп-слово. То, которое ни разу не использовал за все три месяца, невзирая на боль и наказания, которым я его подвергал. Он предпочел уйти, чем извиниться. Впрочем, он ведь действительно старался. Я не мог ожидать, что Драко полностью изменится ради меня. По правде говоря, я даже никогда не думал, что он зайдет в своих попытках так далеко. Было бы нечестно с моей стороны пытаться превратить его в того, кем он не был.

И вот теперь он был готов оставить меня, подчиняясь тому правилу, которое я сам установил в отношении стоп-слова. Поэтому я решил изменить правила. Тогда, раньше,  я еще не нуждался в нем так же сильно, как он во мне. Но теперь все стало иначе. Я протянул руку и схватил его за запястье.

- Драко… Это была просьба, а не приказ. Ты не обязан извиняться. А теперь иди сюда. – Я дернул его к себе, и он позволил мне уложить его на спину.

- Ты все еще хочешь меня? – потрясенно спросил он, но его тело само прижалось ко мне.

- Рон просил привести тебя, чтобы он мог перед тобой извиниться. Поэтому я подумал, что ты тоже мог бы извиниться за оскорбления, которые нанес ему в прошлом. – Он открыл рот, собираясь что-то сказать, но я еще не договорил. – Я не возражаю, если ты откажешься. Важнее всего то, как ты ведешь себя и относишься к нему сейчас, а не раньше. А Рон хочет извиниться за то, что не позволил тебе быть с ним вежливым, когда ты пытался.

Я нервничал. Я не хотел, чтобы он сдался только потому, что не чувствовал в себе желания извиняться за прошлое.

Но он прильнул ко мне и быстро поцеловал – осторожно и робко, как и всегда, когда он первым начинал поцелуй.

- Спасибо, Гарри. Если он действительно хочет извиниться, я тоже это сделаю. Он твой друг, я хотел бы с ним поладить.

И я обнял его, крепко. Все это время я не до конца доверял ему, но он действительно честно пытался измениться. Перестать быть презираемым и стать любимым. И мое сердце подсказало мне, что он в этом преуспел.

Драко удивленно приоткрыл рот, когда я крепче сжал его в объятиях, но потом осторожно обнял меня в ответ.

- Ты мой? – спросил я, и в голосе моем, наверное, отчетливо прозвучало желание.

Одна его рука зарылась в мои волосы, и я почувствовал, как он улыбается мне в шею.

- Всегда твой.

 



-На главную страницу- -В слэш по "Гарри Поттеру"-