Золотой Снитч

Глава 18. Семейные портреты

            В четверг, как и накануне, шел дождь. Впрочем, погода никак не омрачила веселую болтовню за гриффиндорским столом, которую было слышно во всем Большом Зале. Драко посмотрел в их направлении и обнаружил Золотое Трио на своих обычных местах - рядом с Лонгботтомом, Томасом и Финнеганом. Он едва слышно фыркнул, поймав себя на ревности. Впрочем, нет. Он не столько ревновал Гарри к этим бесполезным гриффиндорцам, которым тот уделял внимание, сколько завидовал тому, что они вообще у него были. По части друзей Поттеру явно повезло гораздо больше, чем Драко, вынужденному постоянно вращаться в компании двух самых больших идиотов, когда-либо учившихся в Хогвартсе.

            - Хочешь немного омлета, Драко?

            Глаза Малфоя сами собой прикрылись, едва в поле их зрения попал Грегори Гойл. Он с немалым трудом сдержал вздох.

            - Нет, спасибо, Грег. Я наелся.

            - Но ты же ничего не съел! Только выпил чашку кофе!

            - И еще выкурил сигарету рано утром, - заметил Драко, чувствуя себя глупо.

            - Сегодня днем приедет твое семейство, да? Я так понимаю, ты из-за этого волнуешься? - вставил Винсент, который получал неподдельное удовольствие, доставая кончиком языка джем из маффина.

            Драко с отвращением посмотрел на него и тут же отвернулся.

            - С чего бы мне нервничать из-за приезда моей семьи, Вин?

            Толстяки обменялись взглядами, смысла которых блондин не уловил.

            - Ну что?

            - Ну-у… - начал Грегори. - Драко, мы кое-что знаем. О тебе и… - он перешел на шепот, - и мы знаем, что тебя вызвали.

            Малфой посмотрел на него с легким удивлением.

            - Да ну?

            Винсент перегнулся через стол - что далось ему не без труда из-за огромного живота.

            - Драко, наши отцы знакомы с твоим отцом. Мы кое-что слышим у себя дома. И тоже получаем информацию в письмах и через каминную сеть.

            - Не думал, что вы двое умеете разговаривать через камины, - усмехнулся Драко. - И, если честно, я даже не подозревал, что ваши родители такие идиоты, чтобы посылать подобные сведения в письменном виде на обычном пергаменте!

            Похоже, что и Крэббе, и Гойл всерьез озадачились, но важность только что сказанного доходила до них с трудом. Драко, наконец, вздохнул, чего пытался не делать с самого начала завтрака.

            - Только не говорите мне, что эта информация давно уже не новость в Слизерине.

            - Э-ээ, ну… Что-то вроде того. Мы сказали Пэнси, а она - остальным.

            Драко откинулся на спинку стула так резко, что тот покачнулся.

            - Поверить не могу! - простонал он, закрывая глаза. И внезапно его охватила дикая ярость.

            «Да мне же теперь конец! Если Дамблдор узнает… Если Поттер узнает… О, Боже…»

            Винсент опасливо покосился на него.

            - Драко? Пэнси хотела тебя о чем-то спросить.

            - Вот интересно, и о чем же? - издевательски хмыкнул Драко, испытывая невыносимое желание немедленно наложить на всех слизеринцев чары забвения.

            - Как ты собираешься продолжать отношения с нашим чудо-мальчиком после того, как примкнешь к Темному Лорду?

            Драко прищурился так, что его глаза превратились в две узкие щелочки, и процедил сквозь зубы:

            - Мои отношения с «чудо-мальчиком» никоим образом вас не касаются.

            - Ага, но нас очень даже касается то, что он сделает с тобой после того, как обо всем узнает. Мы беспокоимся за тебя, Драко, - сказал Винсент, впрочем, не отвлекаясь от огуречной каши.

            Малфой молча допил остывший кофе.

            «Если они будут волноваться обо мне, то хотя бы не станут трепаться об этом на каждом углу, эти безмозглые придурки… Боже, ну и что мне теперь делать? Отец приезжает сегодня днем, и он, скорее всего, расскажет подробнее о планах Темного Лорда. Мне следует обратить его внимание на утечку информации через семейства Крэббе и Гойла. Вот же черт, мне осталось только считать минуты до того момента, когда целой школе станет обо всем известно. Эта девица Пэнси совершенно не умеет держать язык за зубами… Сначала Райвенкло… потом - Хаффлпафф… и, наконец, Гриффиндор и святой Поттер».

            Драко был так зол, что ему даже стало трудно дышать. Поэтому он вышел из-за стола, не удостоив друзей ни единым взглядом, и  стал подниматься по лестнице в кабинет Предсказаний, где через пятнадцать минут должен был начаться урок, первый в его расписании на сегодняшний день.

            «А правда, что произойдет, когда Поттер узнает? Наверняка положит конец нашей милой связи и сдаст меня Ордену. А может, наоборот. Он же хороший гриффиндорец, герой, так что он может попытаться убедить меня перейти на сторону Ордена. Ха! Ну пусть попробует!»

            Драко нахмурился. Он был невысокого мнения об Ордене Феникса. На его взгляд, Ордену суждено было распасться после следующей же встречи с Волдемортом. Перескочив фальшивую ступеньку, Малфой перекинул школьный рюкзак через другое плечо.

            «Но что, если Гарри Поттер не попытается остановить меня? Тогда сложится весьма интересная ситуация. Он может просто пожать плечами и пожелать мне удачи, попрощаться: «до встречи в аду». Это будет означать, что ему на меня совершенно наплевать. Это будет означать, что я ничего не заслуживаю, даже права сражаться на Светлой стороне. - От этой мысли Драко взбесился окончательно. - Черт тебя подери, Поттер! Я такой же хороший волшебник, как и ты, если не лучше тебя!»

            Он хищно ухмыльнулся.

            «Но что, если мой план увенчается успехом? Что, если Поттер действительно влюбится в меня? А ведь это вполне вероятно, если учесть тот факт, что я отличный любовник, да еще и красавчик в придачу. Не говоря уже о том, что до дня рождения Хэйли остается целая неделя. А потом… я передам его Темному Лорду, и Феникс падет».

            В груди что-то предательски кольнуло.

            «Ох, ну вот только не сейчас! Я уже все решил!»

            Но колющая боль не только не отступала, но напротив, становилась сильнее. Вздохнув и сдаваясь, Драко попытался забыть об идее предательства и придумать что-нибудь еще.

            «Эй, а ведь я мог бы стать другом шрамоголовому! Да, полагаю, что мы с ним вполне могли бы подружиться. А значит, я смогу влиять на него. А что, если мне удастся убедить Поттера перейти вместе со мной на Темную сторону?»

            Драко покачал головой и вмазал ногой по стене, испачкав сверкающий черный кожаный ботинок в посыпавшейся от удара штукатурке.

            «Я, видно совсем спятил.  Если так и дальше пойдет, скоро я увижу у себя на плече маленького чертика, гадостно хихикающего и тыкающего в меня вилкой. Надо быть полным безумцем, чтобы даже просто предположить, что Святой Поттер может примкнуть к Темному Лорду. Это последнее, что он сделает».

 

                                                           *          *          *         

 

            Этим утром Гарри Поттер встал очень поздно. Возможно, именно поэтому он пребывал в превосходном настроении и весело хохотал в компании друзей Он видел, как крайне недовольный Драко Малфой закончил завтрак раньше кого-либо из слизеринцев, но сегодня Гарри был слишком осторожен, чтобы позволить своему взгляду задержаться на блондине долее нескольких секунд, ибо не хотел услышать от друзей фразы вроде «он всего лишь ублюдок», «забудь о нем», «не думай о нем».

            Ну как Гарри Поттер мог не думать о Драко Малфое?

            Никак.

            Всякий раз, стоило Драко показаться в поле его зрения, Гарри начинал витать в облаках. Одного присутствия слизеринца было достаточно для того, чтобы сердце начинало выпрыгивать из груди. Драко Малфой был ядом, проникшим в кровь и отравлявшим его организм. И все же, ни за что в жизни Гарри не отказался бы от этого чувства.

            Он уже вполне смирился с тем фактом, что был «чуть-чуть геем». В конце концов, в этом смысле ему нравился только один парень - Драко Малфой. О том, что порой его внимание привлекали и другие мужчины, Гарри предпочитал не думать, ибо они все равно ни в какое сравнение не шли с Драко. А еще он напрочь выбросил из головы мысль о том, что даже не попытался встречаться ни с одной девушкой после того, как бросил Лаванду.

            Но Драко был каким-то подозрительно отстраненным этим утром: только один раз посмотрел в направлении Гарри, и во взгляде его не было и намека на заигрывание. Мрачный взгляд, под которым гриффиндорец почувствовал себя весьма неуютно.

            «Вчера было так весело… Я уже думал, что обвел его вокруг пальца. Он казался таким смелым, таким забавным и счастливым, будто действительно наслаждался моим обществом. И я подумал было, что близок к победе… что завоевал его сердце… Но, полагаю, я все-таки ошибся. Сегодня он снова далекий и чужой, и избегает смотреть на меня».

            - Гарри, приятель, смотри, это же Лаванда! Нет, ты только посмотри, что она на себя надела! - Рон потряс его за плечо, прервав поток мыслей. Гарри медленно оторвал взгляд от пустующего теперь уже места Малфоя и перевел его в направлении, в котором повернулись сейчас все головы. А там - там стояла Лаванда, прямо перед столом преподавателей, в обтягивающей белой миниюбке и короткой небесно-голубой маечке с надписью «Блондинки рулят» и балансировала в розовых туфлях на высоченных каблуках. Ее волосы странно блестели, как будто она посыпала их звездной пылью.

            - Во имя Морганы, что она делает?! - скривился от отвращения Гарри.

            - Собирается напомнить нам о голосовании, - мрачно ответила Гермиона. - Утром она сообщила мне, что всю ночь изучала новые чары красоты. И даже предложила помочь с прической.

            - Не смей ничего делать со своими волосами, Миона, - вскинулся Рон. - Они мне нравятся такими, какие они есть.

            Девушка ответила ему нежной улыбкой.

            Гарри очень не хотелось ни слышать, ни видеть Лаванду. Он размышлял о том, удавалось ли кому-нибудь за всю историю так унизить Гриффиндор, как сделала это Лаванда за последние два дня?

            - Рон, Гермиона, вы не обидитесь, если я пройдусь немного один перед началом урока?

            - Конечно, приятель, иди! - улыбнулся Уизли. - Встретимся у Хагрида.

            Гарри вытер рот носовым платком, встал из-за стола и вышел из Большого зала в коридор, на ходу плотно заворачиваясь в мантию. Воздух снаружи был холодным и влажным, а гриффиндорцу не хотелось расставаться с теплом. Он распахнул дверь и быстро сбежал по высоким каменным ступенькам, направлясь к озеру.

            От темной воды поднимался легкий  туман. Зрелище понравилось Гарри, и он даже остановился, чтобы дотронуться до зыбкой поверхности озера, позволяя себе утонуть в воспоминаниях и мыслях.

            «Хотел бы я знать, к чему приведут наши отношения с Драко. В последнее время я сам не свой. Он изменил  меня. Полностью изменил. - Гарри уставился на свое размытое  отражение в озере. - Прежде всего, похоже, я не могу больше по-прежнему относиться к Рону и Гермионе. Я начал искать в них недостатки, сомневаться в причинах того, почему они стали моими друзьями. И во всем этом виноват Малфой. Вот же мерзавец! - Он съежился и вздохнул. Его рубашка до сих пор хранила аромат тела Малфоя  - Из-за него я поставил под вопрос правильность собственных суждений и действий. Из-за него я стал слабым. Я ведь отлично знаю, что его отец - никто иной, как Люциус Малфой, и вскоре Драко примкнет к Пожирателям Смерти и Волдеморту. Все так. Но, похоже, я так сильно им увлечен, что даже перестал осуждать его за все это. Конечно же, наши отношения носят чисто плотский характер и не могут продолжаться слишком долго. Так что я не думаю о будущем. Да и есть ли оно вообще у нас? Знаю только, что я не хочу менять его. Он нравится мне именно таким, какой он сейчас - бессердечный мерзавец, для которого не имеет значения ничего, кроме собственной выгоды».

            Гарри снял очки, протер стекла и снова надел.

            «С Малфоем безопасно. Он не сможет разбить мне сердце. Он надежен. Как бы парадоксально это ни прозвучало, он надежен именно потому, что совершенно не заслуживает никакого доверия».

            Поттер покачал головой.

            «Черт, и о чем я только думаю? Мой последний вывод, так или иначе, не имеет никакого смысла».

            - Пчела в ухо залетела, Гарри?

            Гриффиндорец так резко повернулся, что потерял равновесие и едва не упал прямо в озеро, но в результате дело ограничилось лишь тем, что он наступил в воду правой ногой.

            - Профессор Дамблдор, сэр, - запыхтел он, отряхиваясь. - Я не слышал, как вы подошли.

            Директор тепло ему улыбнулся.

            - Я бы хотел поговорить с тобой, Гарри, - сказал он, направляя на гриффиндорца палочку и высушивая его одежду. - Если ты не против, разумеется.

            Гарри безуспешно попытался улыбнуться в ответ. На самом деле, в данный момент ему меньше всего хотелось разговаривать с кем бы то ни было, но просто так избавиться от общества Дамблдора он тоже не мог.

            - Конечно, - пробормотал он, сцепив руки за спиной. - Что случилось, директор?

            - Я почувствовал, что в последнее время ты ведешь какую-то внутреннюю борьбу, - довольно строгим тоном ответил тот. - И я хотел спросить, нет ли чего-нибудь, о чем ты бы хотел мне рассказать?

            Гарри приподнял брови, неосознанно копируя мимику Драко.

            - Нет, сэр. Нету.

            - Гарри… Я знаю, что ты предпочитаешь держать все внутри себя и никому не рассказывать о проблемах. Но позволь мне дать тебе совет. Если есть кто-то, с кем бы ты мог поговорить…

            - Директор, что вас заставляет думать, что у меня какие-то проблемы? - немного раздраженным тоном поинтересовался Поттер.

            - Ну… В последнее время ты сам не свой. И в твоем характере появилось что-то… темное.

            - И что бы это значило? - спросил тот. Слова директора вызывали у него неуверенность: это был едва ли не первый разговор между ними двумя, когда Дамблдор говорил прямо, выражая беспокойство, а не отвечал вопросом на вопрос.

            - Я слышал, что ты все чаще проводишь время вдали от друзей. Ты вел себя не лучшим образом по отношению к некоторым гриффиндорцам, не говоря уже о том, что часто дрался в последнее время. А наиболее странным твое поведение было во время Хэллоуина, когда ты просто сидел в одиночестве за столом, полностью всех игнорируя. Это на тебя не похоже, Гарри. Ты стал еще более отстраненным, чем прежде, ты избегаешь даже меня. Все эти наблюдения возвращают нас к моему первому вопросу. Нет ли чего-то, что ты хотел бы рассказать мне?

            Гарри закусил губу и переступил с ноги на ногу.

            - Это обычные проблемы подростков, правда, директор. Я… Я встретил кое-кого.

            - Неужели? - в глазах Дамблдора мелькнул огонек, и Гарри пришлось приложить усилие, чтобы не ухмыльнуться.

            - А я полагал, вы знаете обо всем, что происходит в замке, сэр.

            - Должен признать, что это всеобщее заблуждение. Согласись, окажись это правдой,  это было бы ужасно.

            Гарри улыбнулся.

            - Полагаю, что да.

            - Могу тогда я поинтересоваться… эти отношения, о которых ты говоришь - они и являются причиной твоего необычного поведения?

            - Нам было нелегко поначалу, сэр. - Гарри призадумался, что же еще он может сказать, не выдавая всей правды до конца. - Думаю, я был чрезмерно уверен в собственной… сексуальной ориентации.

            - А-а, - только и произнес Дамблдор.

            - В общем, я хочу сказать, сэр, что эти отношения оказались весьма необычны, а потому и вызвали столь странное поведение с моей стороны.

            Во взгляде Дамблдора мелькнуло любопытство, которое он тут же спрятал за маской невозмутимости.

            - Тогда, полагаю, что я могу быть спокоен. Я рад, что объяснение оказалось столь простым. А то я уже начинал волноваться, вдруг тебя снова беспокоит шрам.

            - Нет, сэр, ничего подобного, - поспешно ответил Гарри. В любом случае, даже окажись это правдой, он бы все равно не стал ничего сообщать Дамблдору. - Э-ээ.. просто с этим я должен разобраться самостоятельно. Личные отношения с… с моим парнем.

            Глаза Дамблдора снова подозрительно заблестели.

            - Конечно, мой мальчик, конечно.

            Гарри кивнул и с улыбкой отвернулся, якобы разглядывая гладкую поверхность озера. Директор понял намек и направился обратно в замок.

 

                                               *          *          *

           

            В это утро не случилось ничего особенного. Гарри думал о Драко на Уходе за магическими существами, пока Хагрид пустился в рассказ о детенышах гидры, которых он прикупил у какого-то странного типа в Кабаньей Голове. Драко же провел весь урок Предсказаний в мыслях о Гарри, совершенно не слушая Трелони и ни разу даже не взглянув в хрустальный шар. Травология и Трансфигурация были у Гриффиндора со Слизерином общими парами, но и тут Драко изо всех сил ради собственного душевного здоровья старался игнорировать Поттера, а тот, напротив, активно пытался привлечь его внимание. Помимо этого, не происходило ничего интересного, за исключением, правда, одной вещи: наблюдались значительные перемены во внешности всех учеников - ну, кроме Драко Малфоя, разумеется, который выглядеть еще лучше попросту не мог. А вот остальные были аккуратно причесаны и красовались в своих лучших одеждах, пытаясь завоевать восхищение учеников младших классов. Гарри находил все это отвратительным, а самым ужасным были Лаванда Браун и Парвати Патил. Они явно достигли нового уровня в применении чар гламура.

            - За кого ты будешь голосовать, Гарри? - поинтересовался Невилл во время Травологии.

            - Да знаешь, я как-то вообще не думал о голосовании, - ответил тот, поглаживая подросшие жабросли в своем котле.

            - Но ты просто обязан в нем поучаствовать! Там будут тянуть жребий, и двое из голосовавших выиграют поездку в Ильфракомб!

            - Ильфракомб?

            - Это курортный городок на северном побережье Девоншира, Гарри, - своим привычным тоном всезнайки сообщила Гермиона. - В 1932 году там произошло ужасное нападение валлийского зеленого дракона на магглов, прямо на пляже. К счастью, людей спас Тили Тоук, обладатель Ордена Мерлина первого класса. Позже он стер их воспоминания.

            - Ну ладно, - пожал плечами Гарри. - А чего в этом интересного? Нападение было семьде           сят лет назад. Судя по всему, теперь там совершенно нечего посмотреть.

            - Это с какой стороны посмотреть! - ухмыльнулся Рон. - Я слышал, пляж там отличный. И много девушек в бикини…

            - Рон, поездка планируется на сентябрь, так что будет слишком холодно для девушек в бикини, - немного жестким тоном заметила Гермиона.

            Гарри хихикнул, Рон вылупился на них обоих.

            - А ты сам-то за кого будешь голосовать, Невилл? - спросил он, стараясь вежливо уйти от темы.

            Тот улыбнулся с каким-то наивным энтузиазмом на лице.

            - Мне кажется, что Джинни очень симпатичная.

            Рон вылупился еще больше, но ничего не сказал.

            - А в номинации «Самый красивый парень»? - подбодрил его Гарри.

            - Ну, мне кажется, что Дин неплохо выглядит. А ты как думаешь? - голос Невилла звучал неуверенно. - Я хочу сказать, что он в хорошей форме, ну и вдобавок гриффиндорец.

            - Ага, он вполне подойдет, - съехидничал Гарри, улыбаясь в направлении Дина и в очередной раз отмечая, что сокурсник выглядит весьма аппетитно в рубашке цвета хаки. Потом он посмотрел на слизеринцев и наткнулся на ревнивый взгляд серых глаз. Поттер ухмыльнулся. - Дин определенно войдет в пятерку лучших, - добавил он достаточно громко для того, чтобы Драко мог его услышать.

            Тот и услышал. Помрачнел и отвернулся.

            - Рон, ну а ты? - продолжил любопытствовать Невилл.

            - Мне кажется, вполне очевидно, что я буду голосовать за двух моих лучших друзей - Гермиону и Гарри, - улыбнулся тот.

            - И почему это вы, гриффиндорцы, всегда голосуете только друг за друга? - спросила Трейси Дэвис, проходившая мимо к источнику соленой воды. - Прямо какое-то внутривидовое скрещивание.

            - Последи за языком, Дэвис, - фыркнул Рон. - То, что все слизеринцы чертовски уродливы - это лишь одна из немногих причин, по которым мы даже не рассматриваем возможность голосования за них.

            - Все слизеринцы уродливы? - повернулась к ним Трейси, устремив взгляд на Гарри. Она мило улыбнулась и спросила, подмигнув: - А ты, Гарри, тоже так считаешь?

            Поттер покраснел. Ему очень не хотелось отвечать на этот вопрос, а потому он поспешно и как будто случайно уронил свой котел с жаброслями, в результате чего обрел благовидный предлог скрыться под столом. Он не слышал, как Драко захихикал вместе с Забини, Крэббе и Гойлом. Он не видел озадаченного выражения на лицах Гермионы, Невилла и Рона. Он просто покраснел.

 

 

                                               *          *          *

 

            В день, когда семейство Малфоев прибыло в Хогвартс, небо было очень серым - и увы, вовсе не того прекрасного серого цвета, как глаза Драко.

            Он ждал родителей около главного входа, гордо приосанившись. Люциус поднялся по ступеням и вежливо улыбнулся сыну.

            - Прекрасно выглядишь, Драко, - сказал он.

            - И ты тоже, отец, - польщенным тоном ответил тот.

            - Дракон, мой хороший, я так соскучилась! - защебетала Нарцисса из-за плеча мужа. - Ну же, подойди поближе, дай мне посмотреть на тебя.

            Нарцисса Малфой сияла. Она была столь же прекрасна, как и всегда, и медленно поднималась по лестнице вместе с двухлетним ребенком на руках. Драко приблизился и запечатлел поцелуй на тыльной стороне ее протянутой ладони.

            - Драко! Дракодракодрако!

            Он поднял голову и в удивлении встретился взглядом с огромными лучезарными глазами младшей сестренки.

            - Хэйли? Ты научилась говорить мое имя?

            Малышка захихикала и захлопала в ладоши.

            - Драко!

            - Она теперь повторяет почти все, что слышит, - пояснила Нарцисса. - Ловит буквально на лету.

            - Иногда это меня немного раздражает, - вставил Люциус. - Особенно когда у нас гости, и она вдруг решает запомнить слова, которые ей совсем ни к чему знать.

            - Понимаю, - едва сдержал улыбку Драко, представив, как младшая сестренка кричит словечки вроде «Пожиратель Смерти», «Запрещенные заклятия» или «Темный Лорд» в общественных местах.

            - Может, мы войдем, наконец, внутрь? - попросил Люциус, брезгливо поглядывая на каких-то третьекурсников-хаффлпафцев, которые тут же исчезли из поля его зрения. - Я бы не отказался от чашки чая.

            - Конечно, отец, - кивнул Драко, провожая семью внутрь замка через огромные дубовые двери.

 

                                                           *          *          *

 

            Гарри Поттер наблюдал за прибытием Малфоев вместе с Роном и Гермионой, стоя в тени под лестницей, ведущей в подземелья Слизерина. Рон заметил, что ему еще никогда не приходилось видеть сразу так много платиновых волос, бледных лиц и снобизма одновременно. Гарри же только улыбнулся, думая о том, что Драко, по сути, является уменьшенной копией Люциуса Малфоя, если не принимать во внимание форму носа, доставшуюся ему от матери, и от природы темные ресницы. Ему даже вдруг пришло в голову, что, пожелай он представить себя вместе с Драко лет через сорок пять, тот будет выглядеть именно так, как сейчас Люциус. И, несмотря на то, что Люциус - сволочь и Пожиратель Смерти, в привлекательности ему не откажешь. Странно улыбаясь, Гарри продолжил наблюдать за Малфоями.

            - Профессор Снейп был очень любезен и позволил нам воспользоваться его личными апартаментами, чтобы мы могли поговорить, - сообщил Люциус, направляясь в подземелья. - Тем не менее, Нарцисса, дорогая, полагаю, этот разговор не для ушек Хэйли.

            Та кивнула и повернулась к трем шестикурсницам-слизеринкам, стоявшим у окна и с благоговением взиравшим на прибывших.

            - Девочки, не могли бы вы оказать мне услугу и присмотреть за младшей сестренкой Драко? - обратилась Нарцисса к Панси Паркинсон, сияя улыбкой полувейлы.

            - Конечно же, миледи, - с очевидным восхищением пропищала та.

            - Мы сделаем для вас все, что пожелаете, - эхом отозвалась Миллисента, очарованная красотой матери Драко.

            Нарцисса снова улыбнулась.

            - Я рада, что в Слизерине у Драко есть такие хорошие и умные друзья, как вы.

            Пэнси села на подоконник,  Нарцисса передала ей на руки Хэйли - и в ту же минуту раздался пронзительный крик: малышка заплакала.

            Люциус Малфой развернулся на каблуках. Нахмурившись, он подошел к дочке и взял ее за щеки двумя пальцами:

            - Немедленно прекрати ныть, Хэйли! Малфои никогда не плачут.

            Девочка тут же замолчала и уставилась на отца огромными серыми глазами. Гарри, Гермиона и Рон обменялись многозначительными взглядами. Осознала ли малышка смысл сказанного отцом или же просто испугалась того, как холодно он на нее посмотрел?

            - Он просто чудовище, - прошептала Гермиона. - Теперь я почти понимаю, отчего Драко вырос таким ужасным человеком.

            Гарри вздрогнул при упоминании имени Драко, но ничего не сказал, продолжая наблюдать, как Люциус ведет своего единственного сына в направлении подземелий.

            - Помни, что тебе сказал отец, Хэйли, - Нарцисса легко потрепала девочку по щеке и последовала за мужем. - Я вернусь через полчаса.

            Хэйли Ангис просто смотрела с мрачным выражением на лице, как мать уходит все дальше и дальше, а когда Нарцисса совсем скрылась из виду, крошка Малфой как будто зарычала и начала выкручиваться из рук Пэнси.

            - Эй, эй, эй! - Та постаралась удержать ее. - Тише, Хэйли. Мамочка скоро вернется.

            Но попытки успокоить маленького монстрика не увенчались успехом: Хэйли начала яростно кричать и драться, так что Пэнси была вынуждена передать ее на руки Миллисенте, которая, в свою очередь, жутко испугалась, ибо ей впервые в жизни приходилось держать ребенка. И страх ее только усилился, когда малышка вцепилась зубами ей в предплечье.

            - Забери ее! - взвизгнула она, спихивая Хэйли на колени Блейз Забини. Та мгновенно схлопотала пощечину и чуть не оглохла от протестующих воплей девочки.

            Рон, Гермиона и Гарри захихикали в углу.

            - Люциус ее неплохо выдрессировал. Она и правда не плачет.

            Блэйз очень быстро устала от сестрички Драко и сдала ее обратно Миллисенте, которая тут же попыталась сплавить ее Пэнси, но та ретировалась:

            - Отдай ее Грэнджер,  - надула она губы. - Готова поспорить, она справится с девчонкой.

            Гарри и Рон согнулись пополам от смеха, когда Миллисента приблизилась к ним и разве что не сбросила брыкающуюся и кусающуюся кроху на руки Гермионе.

            А вот Гермиона, напротив, побледнела.

            - А что, если Малфои вернутся и обнаружат свою драгоценную принцессу у грязнокровки? - воскликнула она, надеясь, что Гарри услышит ее, несмотря на вопли ребенка. - Я совсем не хочу, чтобы на меня наложил проклятие Люциус. Да и потом, эта девчонка царапается и молотит меня ногами по животу!

            Рон только захихикал, представив себе выражение лиц Малфоев, когда они увидят свое чадо на руках у Грэнджер. Впрочем, Гарри лучше понял ситуацию и предложил отдать ребенка ему. Гермиона с радостью согласилась и спихнула девочку ничуть не ласковее Миллисенты. Гарри подхватил Хэйли правой рукой так, что ее ножки свешивались вдоль его бока - он видел, что именно так ее несла Нарцисса, - после чего отвел несколько прядей светлых волос с серых глазок и улыбнулся.

            И чудо произошло. Хэйли прекратила кричать и улыбнулась ему в ответ.

            Если бы поблизости сейчас был Колин Криви со своей камерой, для него этот день стал бы удачным. У всех девушек, окружавших Гарри и Хэйли, на лицах было одинаковое выражение благоговейного ужаса, а рты открылись от изумления. Рон страшно побледнел.

            Но Гарри ничего этого не видел. Он был полностью увлечен светловолосой крошкой, сидевшей у него на руках,  и напоминавшей ему о Драко. Ее глаза были, возможно, немного темнее, а волосы по-детски вились, но сходство трудно было не заметить.

            - Ну привет, Хэйли Малфой, - усмехнулся он, а та довольно захихикала в ответ. - Меня зовут Гарри Поттер.

            Малышка жизнерадостно заулыбалась.

            - Арри!

            - Да, я Гарри.

            Хэйли снова захихикала и дотронулась ладошками до его щек, а в следующую секунду сдернула с него очки.

            - Тебе они тоже не нравятся? - поинтересовался Гарри, не обращая внимания на окружающих.

            Хэйли швырнула очки об пол со всей силой, на какую только способен двухлетний ребенок. Конечно же, они разбились.

            - Гарри, будь с ней осторожен! - заикающимся голосом посоветовал Рон, все еще пребывавший в шоке от того, с какой нежностью его лучший друг возится с сестрой Драко Малфоя.

            - Не утруждай себя их починкой, Гермиона, - попросил Гарри, улыбнувшись девушке, которая подняла оправу и произнесла над ней «Окулус Репаро». - Брось их. Они мне больше не понадобятся. Кажется, без них я вижу собственную жизнь гораздо лучше.

            Рон с Гермионой уставились на него в тихом ужасе.

 

 

                                                           *          *          *

 

            Апартаменты Снейпа были полностью декорированы в цветах Слизерина: черном и зеленом. Драко отчего-то вдруг подумал, что на самом-то деле его любимый профессор - всего лишь занудный сорокалетний старикашка, в котором нет ничего примечательного,  кроме ужасной ежедневной и обычно совершенно беспричинной сердитости. Люциус сотворил заклинание, защищающее от подслушивания, и изящным жестом вложил свою палочку, украшенную декоративной змейкой, обратно в черную трость.

            - У меня не так много времени, сын. На острове Скай, за хребтом Куиллин, а если точнее - на склоне Гарс-Бхеинн располагается армия из четырех сотен солдат. Она надежно спрятана, и мы только собираемся проложить в те края тайный ход. Темный Лорд спешит, а потому и мне нужно поторапливаться.

            - Я понимаю, отец, - ответил Драко, прикидывая, стоит ли ему упоминать, что и через тайные ходы информация может неплохо утекать, как, например, в случае со старшими Крэббе и Гойлом.

            - Тогда давай перейдем сразу к делу, - продолжил Люциус.  - Полагаю, ты уже понял из моего письма, что твоя инициация произойдет в конце будущей недели?

            - Да, понял. Правда, я несколько озадачен, тем, что должно случиться так рано. Я знаю, что почти  подготовлен, но все-таки я до сих пор продолжаю учиться в школе. Мне казалось, сначала я должен закончить Хогвартс.

            - Ты закончишь его, сын. Это не имеет никакого отношения к инициации. Более того, твое первое задание тебе придется выполнить прямо здесь, в стенах этого замка.

            - Вы собираетесь напасть на Хогвартс, отец? - спросил Драко, стараясь не проявлять беспокойства. - Мне нужно найти способ обезоружить стражу или что-то вроде того?

            - Да, атака на Хогвартс является одной из наших целей, - ответил Люциус, откусывая кусочек круасана. - Но пока тебе не следует об этом волноваться. У Господина на твой счет другие планы.

            - Конечно же.

            - А теперь скажи мне, Драко… Как в последнее время поживает Гарри Поттер?

            Вопрос несколько взволновал Драко, но он все-таки умудрился ответить равнодушным тоном:

            - За последние два года он умудрился стать чертовски хорошим волшебником, и, мне кажется, получил несколько частных уроков от нашего предыдущего учителя по Защите Ремуса Люпина. Он может стать серьезным препятствием, если Темный Лорд решится напасть. Мы не должны забывать, что Поттеру уже четыре раза удалось победить Господина, и едва ли он внезапно захочет проигрывать.

            Уголок рта Люциуса изогнулся в подобии ухмылки.

            - Вот об этом я и приехал поговорить с тобой, сын. Мы хотим, чтобы ты позаботился об этом мальчишке Поттере.

            Драко удивленно воззрился на него.

            - Я? Но зачем? Я не смогу…

            - Послушай, что я тебе скажу, сын, - нетерпеливо прервал его Люциус. - Тебе не придется его убивать. Но Темный Лорд полагает, что он не сможет лично справиться с мистером Поттером из-за этого странного шрама. А поэтому ему нужен человек, который не вызовет излишних подозрений, но одновременно будет столь же силен, как Поттер, и сможет использовать свои способности против чудо-мальчика. А это значит, что Темному Лорду нужен ты, Драко. Он хочет, чтобы ты потревожил личную жизнь Поттера. Чтобы ты занял его так, что он перестанет даже думать о войне. Темный Лорд хочет, чтобы мысли Поттера переключились с Него на тебя. Ты должен сбить его с толку.

            - Сбить с толку?

            - Теоретически ты все еще слишком молод для того, чтобы стать Пожирателем Смерти, Драко. И это придает тебе некий ореол невинности - даже несмотря на частые стычки с Поттером. По всеобщему мнению, тебе регулярно промывают мозги твои ужасные родители на тему того, что ты должен ненавидеть мистера Поттера. Профессора расценивают это как всего лишь дурное поведением подростка. Но я-то знаю, что это не так. Ведь я просил тебя стать другом Поттеру с самого начала, не так ли? Ненависть, которую ты к нему испытываешь,  - это твое собственное детище, Драко.

            - Знаю.

            Люциус рассмеялся.

            - Даже удивительно, как ты постоянно подпитываешь свою ярость. Я получаю от Снейпа как минимум четыре сообщения в неделю относительно твоего ужасного поведения.

            - Да?

            Люциус махнул рукой и притворно улыбнулся.

            - Для меня это не имеет значения. Я бы никогда не стал тебя наказывать за что-то подобное. Поттер заслуживает хотя бы одного человека, который бы ненавидел его.

            Драко фыркнул и достал для себя и для отца сигареты из кармана брюк.

            - Отец. Если мне позволено будет сказать… Я не совсем понимаю мотивы Темного Лорда. Весь этот план кажется… плохо подготовленным. Очень глупым. Как он полагает, я смогу вклиниться в личную жизнь Поттера?

            - Ты прав, на самом деле, это едва ли не худшая затея из всех, с которыми мне приходилось сталкиваться, - равнодушно ответил Люциус, затягиваясь сигаретой. - Но у меня просто нет иного выбора, кроме как передать тебе приказ Лорда. Ты же не думаешь всерьез, будто я желаю, чтобы мой собственный сын связывался с Поттером?

            -  Хорошо, но что я должен сделать, чтобы сбить нашего мальчика-героя с толку? Голову ему оторвать? Ради всего святого, осталась всего одна неделя! А ты отлично знаешь, что с ним так легко не совладать! Он силен!

            - Да, но Темный Лорд ожидает, что ты приложишь все усилия. Это не впервые, когда он требует от своих слуг невозможного, - устало заметил Люциус.

            - Тогда ответь, что произойдет, если я не справлюсь?

            Или если я не захочу справляться?..

            - Ты знаешь, что произойдет, Драко, - подала голос Нарцисса, выглядевшая обворожительно, даже несмотря на крайнее беспокойство. - Он применит к тебе Круциатус. Очень сильный. Ты видел его в действии много раз, так что представляешь, как это больно.

            Люциус криво усмехнулся, очевидно, вспомнив собственный опыт.

            - Действительно, применение непростительных заклятий - это вполне в стиле Темного Лорда.

            Драко сглотнул.

            - Ну хорошо… Скажите, что я должен сделать, чтобы войти к Поттеру в доверие. Мне потом все-таки придется оторвать ему голову?

            - Нет, это будет неэффективно, к тому же, ты можешь не справиться. Нет. Ты должен не просто войти к нему в доверие, но и найти его слабое место и, воспользовавшись этим, сломить его. Когда смысл его существования будет уничтожен, Поттер тоже будет уничтожен. Изнутри.

            Заметив, что он уже несколько секунд как затаил дыхание, Драко торопливо вздохнул.

            «Черт… Разве во время Хэллоуина Поттер не сказал, что это я - его слабое место? Я! А  это наверняка было правдой, ведь он находился под действием Веритасерума, пусть даже совсем небольшой дозы… - Он заставил себя выдохнуть. - Должен ли я уничтожить себя, чтобы победить его? Должен ли я уничтожить нас обоих?»

            - Но у меня есть только одна неделя…

            - Это не имеет значения. Будем надеяться, что ты как-нибудь все-таки сможешь привести мистера Поттера в Имение ко дню своей инициации. Это будет забавно, - улыбнулся Люциус.

            - В Имение? - Драко попытался придать себе более невозмутимый вид.

            - Да. Как только Поттер утратит силу духа, ты должен будешь привести его к Темному Лорду. Дальше Господин справится сам. Он будет присутствовать на вечеринке по поводу дня рождения Хэйли на следующей неделе, и, если ты справишься со своим первым заданием, он сделает тебя одним из своих слуг.

            Драко осторожно посмотрел на Люциуса.

            - Я приложу все возможные усилия, отец. Я не хочу разочаровывать Его, хотя и считаю, что это очень слабый план, порожденный слабым рассудком.

            Нарцисса и Люциус удивленно посмотрели друг на друга. Они, несомненно, весьма гордились своим сыном, и при этом были ошарашены тем, что в его понимании Лорд Волдеморт больше не был лучшим.

            К несчастью, в этот момент вошел домашний эльф Малфоев и сообщил им, что малышка Хэйли Ангис находится в руках ужасного Гарри Поттера. Нарцисса в панике вскочила со стула, но Люциус остановил ее, удержав за запястье.

            - Дорогая, я думаю, лучше будет, если с этим разберется Драко.

            Его губы изогнулись в злой улыбке.

 

                                               *          *          *

 

            Гарри прогуливался взад-вперед по коридору перед входом в помещения Слизерина, бормоча какую-то ерунду малышке. Он полностью игнорировал Рона и Гермиону, наблюдавших за ним с ужасом в глазах: происходящее они категорически не одобряли. Гарри с Малфоем на руках - пусть даже и такой крошечной девочкой - это было очень неправильно. Но, так или иначе, ни они сами, ни кто-либо из слизеринок не были готовы сменить его.

            - Знаешь, а ты очень хорошенькая маленькая девочка! - сообщил Гарри улыбающейся Хйэли, перебирая мягкие светлые пряди ее волос.  - Но тебе нужно научиться себя вести. Нельзя драться и кусаться. Неужели папочка не говорил тебе этого?

            - Папочка! - громко повторила она.

            Гарри оглянулся и увидел, что на лицах окружающих застыло какое-то странное выражение. Рон выглядел так, будто он сел на ежа, одновременно поедая тех самых слизней, которых он изрыгал после неудачной попытки заколдовать Малфоя. И тут до Гарри дошло, что они, видимо, решили, что Хэйли назвала «папочкой» его! Он расхохотался.

            - Ты очень забавная, Хэйли, ты знаешь об этом?

            - Поттер!

            Гарри мгновенно узнал этот голос. Драко Малфой.

            Медленно повернувшись, он увидел приближающегося слизеринца. Миллисента и Пэнси мгновенно кинулись к Драко, выражая убогие сожаления относительно того, что не смогли сдержать обещания, данного его матери.

            - Малфой, - ответил Гарри, ухмыляясь. - И тебе доброго дня.

            - Вижу, ты подружился с моей младшей сестренкой? - растягивая слова, поинтересовался Драко и подошел ближе.

            Гарри передал Хэйли ему на руки и улыбнулся.

            - Она разбила мои очки. Похоже, ей они тоже не понравились.

            Драко изо всех сил постарался не улыбнуться в ответ, но уголки его губ все же слегка приподнялись.

            - Мы, Малфои, ценим элегантность. У нее такой же хороший вкус, как и у ее брата.

            - Драко! - захихикала Хэйли. - Драко и Арри!

            Гарри покраснел, а Драко фыркнул.

            - Драко и Гарри, говоришь? - усмехнулся он, когда малышка запечатлела слюнявый поцелуй на его щеке. - Гарри хорошо обращался с тобой, божья коровка?

            - Арри хороший, - последовал уверенный ответ. - А он­ - нехороший! - указала она на Уизли.

            Драко нахмурился, а Рон в ту же секунду очнулся от транса, в котором пребывал и подошел к ним ближе, за ним последовала и Гермиона.

            - Гарри, пойдем, - тихо сказал Рон. - Малфой, послушай, он не виноват, в том, что этот маленький монстр - твоя сестра - попал к нему на руки. Вопросы к Пэнси и Миллисенте. Так что вали отсюда и выражай недовольство слизеринцам.

            - Уизел, если ты не заметил, мы с Поттером в кои-то века пытаемся цивилизованно поговорить, - ледяным тоном поведал Драко. - Так что не вмешивайся.

            - Цивилизованно?! - карие глаза Гермионы вспыхнули гневом. - Как ты можешь говорить с кем-то цивилизованно, если ты понятия не имеешь, что это такое?! Едва ли именование друзей Гарри Уизелами и грязнокровками можно назвать цивилизованностью.

            Драко приподнял бровь, а Хэйли счастливым голоском повторила слово «грязнокровка».

            - Грэнджер, ради твоего же собственного блага, не советую тебе вмешиваться. Тебе совсем не нужно все знать об этом, поверь.

            - Малфой... - предостерегающе начал Гарри.

            Гермиона выглядела озадаченной - и это уже второй раз за день. А вот Рон слишком опасливо смотрел то на Поттера, то на Малфоя - и по его взгляду Гарри понял, что не нужно давать ему новый повод для подозрений.

            - Малфой, придурок, не смей так говорить с моими друзьями. Рон, Гермиона, пойдемте ужинать.

            Он снова многозначительно покосился на Драко и развернулся на каблуках. Рон, торжествующе хмыкнув в сторону слизеринцев, взял под руку Гермиону и последовал за ним.

            Малфой был похож на рассерженного скорпиона, готового ужалить любого, кто к нему приблизится.

            - Драко и Арри! - радостно сообщила Хэйли.    

            Миллисента, Пэнси и Блейз захихикали.

            И теперь пришла очередь Драко краснеть.

 

            Гарри уже завернул за угол, когда внезапная мысль пришла ему в голову. Он развернулся, достал палочку и послал в направлении Малфоя какое-то заклятие: нечто вроде серебристой стрелы сорвалось с ее конца, в ту же секунду принимая форму крошечной птицы, которая облетела вокруг головы Драко, а потом врезалась ему в висок и растворилась. Взгляды гриффиндорца и слизеринца встретились, понимание проскользнуло между ними, а потом их обладатели разошлись в разные стороны.

 

                                               *          *          *

 

            Наступил вечер. Драко сидел с Забини в гостиной Слизерина и, если это так можно назвать, играл в шахматы. На самом же деле он с отсутствующим выражением лица перемещал фигуры на доске, в то время как его мысли витали исключительно вокруг сказанного отцом.

            Семейство Малфоев задержалось в Хогвартсе лишь на два часа, и большую часть времени они провели в апартаментах профессора Снейпа, разговаривая о войне. Драко получил некоторую новую информацию об армии и дальнейших действиях  Волдеморта, и теперь знал, что Темного  Лорда поддерживал отряд волшебных монстров, среди которых было тридцать две гидры, группа из двадцати великанов, два черных дракона того же вида, что и Венгерская Хвосторога, пять белых драконов со снежных равнин Лапландии, а также совершенно уникальное существо - почти взрослый детеныш Василиска. Конечно, это были далеко не все, но остальных Драко по усталости не упомнил.

            - Тебя что-то угнетает, малыш? - с беспокойством глядя на него, спросила Блейз. - Это из-за Поттера?

            Драко закусил нижнюю губу. Он никак не мог выразить мысли в словах.

            - Блейз… Думаю, ты знаешь, что я скоро стану Пожирателем. Ладно, это, конечно, глупо звучит, но все равно… Скорее всего, Пэнси растрепала уже всем в этой комнате. А стать Пожирателем Смерти… Ну, это было целью всей моей жизни. Но боюсь, что это светлое будущее вошло в противоречие с моей связью с Поттером.

            Блейз встала, подошла к Драко и опустилась на подлокотник его кресла.

            - Вот об этом мы с Пэнси и Мэри Энн как раз волновались, - сказала она, обнимая его. - Нам кажется, что вы с Поттером подходите друг другу. Вражда переросла в огненную страсть… Ваши с ним отношения могут быть идеальны.

            - У меня нет никаких «отношений» с Поттером, - поправил ее Драко. - Мы просто развлекаемся.

            Блейз послала ему удивленную и недоверчивую улыбку.

            - Не сомневаюсь. Это не может быть серьезно, потому что, по всеобщему мнению, вы такие разные!

            Драко поднял на нее странный взгляд.

            - Блейз… Знаешь, я думаю, мне вообще не следовало связываться с ним. Это опасно для моего рассудка. Я думал, что смогу контролировать Поттера, но сама посмотри, что происходит. Он сделал меня, Блейз. Он заставил меня… поставить под сомнение мои же собственные ценности.

            Девушка погладила его по волосам и прижалась лбом ко лбу.

            - Уверена, что ты тоже заставил его усомниться в его ценностях, Драко.

 

*          *          *

 

            Пробило одиннадцать. Драко стоял у входа в гостиную Гриффиндора, прижавшись спиной к стене рядом с портретом Полной Леди, которая ежесекундно то бросала на него недовольные взгляды и фыркала, то интересовалась, что он тут делает, и рекомендовала ему убираться куда подальше. Проходившие мимо первокурсники и второкурсники-гриффиндорцы в шоке воззрились на знаменитого предводителя слизеринцев, ошивающегося рядом с их спальнями. Они так тихо пробормотали пароль, что Полной Леди приходилось наклониться, дабы расслышать их. Но как только портрет отодвинулся, пропуская их, из гостиной Гриффиндора вышел наружу другой человек.

            - Уже пришел, Малфой? Прекрасно.

            Драко выглядел раздраженным.

            - Я так понимаю, ты сотворил это заклятие-посыльного, потому что хотел со мной поговорить. Но чего я не могу понять, так это какого черта из всех возможных мест ты выбрал коридор перед гребаной башней Гриффиндора, где нас не увидит только ленивый?!

            - Успокойся, драгоценный мой, - ухмыльнулся Гарри. - Я хочу немного встряхнуть эту башню. Как-то в ней стало тоскливо. Подумай только, как там сейчас все перешептываются и удивляются!

            - Очень забавно, только вот почему же мне не смешно?

            - Не беспокойся, скоро и ты повеселишься.

            Гарри схватил Драко за предплечье и притянул ближе к себе прежде, чем набросить на них обоих мантию-невидимку.

            - Мы сейчас устроим дикий трах, - сообщил он. - Потому что ты целый день вел себя, как мерзавец, и игнорировал меня.

            - Неправда, - надул губы Драко.

            - К сожалению, правда.

            - Поттер…

            - Ответь мне, Малфой… Ты все еще хочешь, чтобы я научился любить тебя? - хрипло прошептал Гарри, придвигаясь к нему еще ближе и обжигая щеку горячим дыханием.

            Драко задрожал, а кожа на его шее покрылась мурашками.

            - Полюбив меня, Поттер, ты уничтожишь себя и все, во что ты веришь. Я принесу тебе одни проблемы.

            - Это все я знаю и без тебя, - промурлыкал Гарри. - Просто скажи мне, если тебе все еще нужна моя любовь. Потому что не так давно я вдруг обнаружил, что готов подарить ее тебе.

            Драко сглотнул и закрыл глаза, ощущая эйфорию, когда руки Поттера обхватили его за талию.    

            «Ну и что мне ему сказать? - слизеринец часто задышал. - Конечно же, я хочу, чтобы он любил меня! Но все не так просто. Его любовь нужна мне по двум причинам. Во-первых, для меня самого. Но, во-вторых, еще и для Темного Лорда. Для предательства. Поттер ставит меня в сложное положение… - Он прикусил язык. - Вот об этом я и говорил. Он заставляет меня переосмысливать ценности…»

            Гарри провел подушечкой большого пальца по губам Драко. Его глаза сияли.          «Да… Я так сильно хочу, чтобы он полюбил меня… Так сильно… Он должен полностью принадлежать мне. Мне одному», - подумал Драко, но вслух произнес:

            - Поттер, с твоей стороны будет крайне неразумно любить меня.

            - Трахать тебя с моей стороны тоже неразумно, - возразил Гарри.

            - Верно, - признал Драко.

            Гриффиндорец поцеловал его так, будто губы Малфоя были самым сладким, что ему только приходилось пробовать в жизни.

            - Пойдем… Я хочу трахнуть тебя в гостиной Гриффиндора.

            - ЧЕГО?!

            - Тш-шш! - он прижал палец к его рту. - Мы же под мантией-невидимкой. Нас никто не увидит.

            - Да, но они услышат! И потом, думаю, что я не смогу… - побледнев, запротестовал Драко.

            - А я могу. И хочу. И это не просьба, Драко, - прошипел гриффиндорец, хватая его за шею и грубо целуя. - Тебе придется держать рот на замке, если ты не хочешь, чтобы нас кто-нибудь услышал, придурок.

            И прежде, чем Малфой успел что-нибудь возразить, Гарри поставил его перед собой, прошептал пароль Полной Леди и втолкнул внутрь. 

            В гостиной царила суета. Ученики младших курсов с энтузиазмом рассказывали более старшим, что они только что видели Драко Малфоя, стоявшего прямо перед входом в их башню, а те, потрясенные, задавали им вопросы, пытаясь выведать подробности. Как выглядел Малфой? Говорил ли он что-нибудь? Во что он был одет? Делал ли он что-то? Держал ли в руке палочку? Какая у него была прическа? Вопросам не было конца.

            Гарри тихонько фыркнул и подтолкнул Драко к стоявшему в уголке шахматному столику. Поставив слизеринца спиной к себе, он стащил с него брюки.

            - Следи за тем, чтобы эта штука с нас не упала, - прошептал он замершему от ужаса Малфою, всучив ему в руки края мантии-невидимки. - Твоя задача - держать ее, пока я буду заниматься с тобой любовью.

            Драко едва слышно всхлипнул, почувствовав внутри себя палец Гарри.

            - Поттер, мне кажется, что это плохая идея… - попытался прошептать он.

            - Заткнись, Малфой, - тихо ответил гриффиндорец, вталкивая в него еще один палец.

            Определенно, это был самый интересный секс в жизни Драко: он стоял, опираясь локтями о шахматный столик, а Поттер входил в него сзади, и рядом находилось около двадцати гриффиндорцев, включая Рона и Гермиону.

            - Ты только представь себе их физиономии, если мантия вдруг упадет! - выдохнул Гарри в ухо Малфою.

            Но Драко был полностью сконцентрирован на том, чтобы не издать ни единого стона наслаждения.

            Мантия-невидимка действительно полностью скрывала их от взглядов окружающих, но все же ситуация была достаточно опасна, чтобы добавить в кровь адреналина. И это оказалось совсем не плохо. Более того: впервые в жизни Драко Малфой позволил себе испытать оргазм, когда кто-то трахал его.

            - Я хочу, чтобы ты полюбил меня… Гарри…

                                                           *          *          *         

           

            Немногим позднее Гарри лежал в постели, широко улыбаясь в темноту. Время близилось к утру, но он так и не смог заснуть. Он был слишком влюблен для того, чтобы спать.

            - Гарри? - раздался прямо над ухом голос Рона, и Поттер чуть ли не на полметра подпрыгнул на кровати от неожиданности.

            - Рон?! Что за черт? То есть, в чем дело? - он попытался придать себе заспанный вид.

            Уизли произнес «Люмос» и уселся на противоположном конце кровати, прижавшись виском к одному из столбиков, поддерживавших полог.

            - У нас с Гермионой все не так уж и хорошо.

            Гарри на мгновение подумал, что, возможно, стоит рассказать Рону о том, что знает, но потом решил поступить иначе:

            - Хм, а тебе не кажется, что ты просто принимаешь сказанное Малфоем слишком близко к сердцу?

            - Дело не только в Малфое, Гарри. Просто… ну… я сам кое-что замечал. Да и потом, даже ты не стал вчера спорить, когда Малфой…

            - Рон! Да забудь ты уже про Малфоя! Ты должен знать только то, что Гермиона тебя очень любит. И если что-то мучает ее, то почему бы тебе не спросить ее об этом прямо?

            Но Рон выглядел обеспокоенным.

            - Понимаешь, каждый раз, когда я подхожу к ней, она так странно смотрит… Это почти пугающе. И мы не целовались с самого Хэллоуина. Ну, по-настоящему не целовались, я имею в виду.

            - Знаю, - сболтнул Гарри прежде, чем успел остановить себя. - То есть я хочу сказать, что давно не видел, чтобы вы двое обнимались…

            - Думаешь, это из-за меня? Я что-то делаю не так?

            Гарри посмотрел ему прямо в глаза.

            - А почему бы тебе не отправиться в спальню девочек и не поцеловать ее?

            - Но… Но… я думаю, я… Гарри, боюсь, что я и правда плохо целуюсь…

            - С чего бы это вдруг такие мысли? - поинтересовался тот. - Уверен, Гермионе просто хотелось бы, чтобы ты ее поцеловал. И ее не особо волнуют твои способности. Она любит тебя. Она хочет быть ближе к тебе.

            - А знаешь, приятель, я даже почти начинаю верить твоим словам.

            - А почему только почти? - улыбнулся Гарри, и Рон заулыбался ему в ответ.

            - Потому что я совершенно уверен, что позорно целуюсь. И мне бы хотелось попрактиковаться. Но ведь это же совершенно невозможно… Гермиона убьет меня, если я буду практиковаться с другой девушкой.

            - А как насчет другого парня? - шутливо поинтересовался Гарри.

            - Что? Ты серьезно? Но это… это… - Рон выглядел потрясенным.

            - Отвратительно?

            - Нет! Просто… странно что ли…

            - Почему странно? - спросил Гарри, про себя подумав, что не далее чем две недели назад сам считал точно так же.

            - Ну… не то, что бы я был гомофобом, если ты об этом. В конце концов, Перси и Билл - часть моей собственной семьи. Но просто… я бы никогда не подумал, что сам стану целоваться с парнем.

            Гарри усмехнулся.

            - Между прочим, это не так плохо.

            Глаза Рона расширились от изумления.

            - Ты что, гей?!

            - Ну разве что только слегка, - покраснел Гарри.

            - Что за ерунда? Нельзя быть «слегка геем». Либо ты гей, либо нет! - настойчивым тоном заявил Рон.

            - Не беспокойся, Роннекинс, я не испытываю сексуального влечения к соседям по комнате, - фыркнул Гарри, краснея еще больше. - Тебе ничего не грозит.

            - Да… Тебя интересует Кто-то Другой, и теперь я начинаю понимать, что на самом деле это «он», а вовсе не «она»! - торжествующе заключил Уизли, ухмыльнувшись.

            - Да не ори ты, Рон, - смутился Гарри. - Я не уверен, что все поймут меня….

            - Знаю. Перси прошел через ад, - скривился Рон.

            - Так значит… ты не проклянешь меня за то, что я… пидор?

            Рон крепко обнял его.

            - Ну, конечно же, нет! Но давай не будем об этом никому рассказывать… Если остальные узнают, тебе будет очень нелегко, особенно когда Малфой начнет тебя подкалывать еще сильнее, чем обычно.

            Гарри подавил смешок.

            - Так… ты действительно предлагал мне попрактиковаться с тобой, приятель? - голубые глаза Рона весело блеснули.

            - Вообще-то я ничего не предлагал, но раз ты сам об этом заговорил… Я не вижу препятствий, если ты этого хочешь, - усмехнулся Гарри.

            - А что бы на это сказала Гермиона? - Рон заметно нервничал.

            - Да не думай ты о ней! - посоветовал Гарри, снова вспомнив сцену с Джинни. - Я же не прошу твоей руки или что-то в этом роде. Мы просто учимся целоваться.

            Рон с облегчением вздохнул.

            - Ладно. Но только один раз.

            - Только один, - расхохотался Гарри. - Не бойся.

            Но прежде, чем он успел сказать еще хоть слово, его рот накрыли губы друга. Поцелуй Рона был определенно слишком мокрым и, на вкус Гарри, чрезмерно активным.

            - Эй, успокойся ты! - он осторожно отстранился. - Ты же не хочешь, чтобы твой партнер в процессе задохнулся. Дай-ка я тебе сам покажу, как надо.

            Гарри представил себе Драко и прильнул к губам Рона. Через несколько секунд он остановился и обнаружил, что друг неподвижно сидит перед ним с открытым ртом.

            - Что такое?

            Тот закрыл рот и покраснел.

            - Э-ээ, ну… просто… я хочу сказать… Не знаю, с кем ты там встречаешься, но ему чертовски повезло. Ты потрясающе целуешься.

            - Да, ему действительно чертовски повезло, - подтвердил Гарри, ехидно усмехнувшись. - Но и мне тоже. В конце концов, именно он этому меня научил. А теперь иди в свою кровать, придурок, и попытайся хоть немного поспать.        

           




Следующая глава           

-На главную страницу- -В слэш по "Гарри Поттеру"-