Д - значит Драко

Часть 1

Глава 1

Автор: vzmisha4 (mishka_adk @ yahoo.com)
Беты: Aerdin и Руфина
Пейринг: Гарри/Драко
Жанр: action, romance
Рейтинг: R
Предупреждение: легкое АУ - во-первых, сюжет вне шестой книги, (в частности Блейз - девушка), во-вторых, случайно позаимствовала одного из персонажей чужого фика - Патрика Лестранга. Ну и может что-то еще по мелочам.
Summary: Действие происходит на шестом курсе Хогвартса. Гарри возвращается туда вновь – но изменился мир как внутри самого Гарри, так и вокруг него; дети повзрослели, и их мировоззрение поменялось - у каждого по-своему. Уже в поезде Гарри узнает об одном незначительном, казалось бы, факте. Малфой больше не учиться в Хогвартсе. Повод для радости или…?
Disclaimer: все принадлежит Роулинг
Размещение: с разрешения автора.



Это был шестой год.

Какие бы события ни происходили в жизни Гарри до этого, каждый год он возвращался. Каждое лето проходило под знаком "Эй, Хогвартс, забери меня обратно!". Потому что Хогвартс был домом. А Дамблдор был тем, к кому возвращаются "домой". Но только не в этот раз. Только не в шестой.

Сириус...

Гарри бессильно привалился спиной к стене. Он сидел на кровати в своей комнате. Но мог ли он называть их действительно своими, а дом Дурслей - домом? Никогда. Разве дом - это место, где наилучшим компромиссом является равнодушие?

Его не любили здесь - а может ли кто-то, обладающий счастливым детством и нежными родителями, действительно понять его, почувствовать, а как это - быть ненужным и ненавистным в своей "семье"? Нет, но у него были Рон и Гермиона - они любили его и делали его существование осмысленным. Они были его друзьями, и этим все сказано.

Дамблдор подарил ему Хогвартс, а точнее - целый мир, с Роном и Гермионой впридачу. И не только с ними - а как же Хагрид и МакГоннагал, Дин и Симус, Джинни, Фред и Джордж, Чжоу, Люпин и...

И Сириус.

Но Сириуса больше нет. И не будет. Не будет!

Он не плакал, он еще в детстве отучился от этой глупой привычки. Даже когда Петтигрю порезал его руку, чтобы вытекла "кровь врага". Даже когда дементоры окружили их с Сириусом, чтобы высосать из них все хорошии эмоции и воспоминания. Даже когда давным-давно, в Тайной Комнате, уничтожив дневник Тома, он понял, что умирает - он не плакал. В голове тогда у него билась одна мысль - успеть сказать полумертвой Джинни, что надо бежать...

Джинни... Ох. Гарри несколько запоздало понял, что же произошло тогда с ее точки зрения. Теперь, после стольких лет, он увидел эту ситуацию со стороны. Он спас ей жизнь, уничтожив василиска и Тома Реддла, она очнулась и увидела его - Гарри Поттера, с позволения сказать, свою мечту - со сверкающим мечом, раненого, но победившего - все  ради нее. Прямо-таки сказка.

Только он не поцеловал ее и не предложил руки и сердца. По канонам сказки, он бы должен был сделать именно так, наверное. Правда, ему было тогда всего двенадцать... Сообразив это, Гарри невесело рассмеялся. На самом деле он прекрасно понимал теперь, что обманул ожидания девочки.

Он, черт побери, обманул ожидания стольких людей. Дамблдор, наверное, сердит и разочарован, хотя не показал этого тогда, в кабинете. Когда Гарри этот самый кабинет разносил. На мелкие кусочки.

Рон с Гермионой, наверное, недоумевают, чем же они провинились в смерти Сириуса, что он так непозволительно вел себя с ними последние недели пятого года. Фадж разъярен тем, что вся его репутация канула в Лету благодаря этому мальчишке... Нечего было - а что нечего? Показывать Вольдеморта общественности? Да как будто он это контролировал. Ха! Смешно, да не очень.

Чжоу... Он не смог ее любить. Может, она и не оказалось тем замечательным человеком, каким ее раньше видел Гарри, но все же она имела право на сочувствие. Седрик, наверное, был ей близким другом. А Гарри так неумело с ней обращался, расстраивал ее... Да что уж теперь. Он просто не знал, в сущности, что с ней делать. Говорить с ней? О Скдрике - тяжело, а другие темы как-то не придумывались. Водить ее в кафе? Но там тоже надо говорить, к тому же Гарри слишком орошо помнил то приторно-розовое кафе с сердечками и занавесочками. Целовать? Да, они целовались, но Гарри это не нравилось. Мерлин знает, почему. Все у него не как у людей. Первый поцелуй должен быть прекрасен и незабываем, а этот был... Но, впрочем, она плакала и, возможно, поэтому все вышло не очень гладко. Короче говоря, шестнадцатилетний черноволосый юноша в очках сидел на кровати в одном из скучных домиков Тисовой улицы и предавался разным грустным мыслям, необычным для него, потому что в заголовке этих мыслей стояло страшное "Я не хочу в Хогвартс в этом году".

 

- Гарри! - в этом году он не встретился с друзьями на Диагон-аллее, он и вовсе туда не пошел, заказав учебники по почте, а перьями решил обойтись старыми. Правда, мантии стали коротковаты - но ничего, придумает что-нибудь, когда начнется учебный год. Поэтому звонкий голос Гермионы впервые за лето услышал только здесь, на вокзале. Хотя Гарри и избегал друзей летом и на письма отвечал сдержанно, однако, удивляясь сам себе, обнаружил, что рад ей.

- Привет, Гермиона, - обернулся он, с удовольствием наблюдая этот маленький праздник жизни: Гермиона похорошела, загорела и светилась радостью от встречи.

- Гарри! - еще один окрик, Гарри резко оглянулся, почему-то вдруг очень соскучившись и по Рону, и - да, вот она, рыжая голова, теперь только чуть выше его. Губы Гарри непроизвольно растянулись в улыбке. Как же он мог без них... Целое лето!

- Привет, Рон! Рад тебя видеть, дружище! - не ожидавший такой бурной реакции Рон удивился было, но тут же радостно обнял Гарри. Гермиона с рыжим переглянулись, облегченно вздохнули, и троица направилась к поезду занимать свободное купе.

В душе Гарри все пело - а черт его знает почему! Эти ежегодные поиски купе, суета на перроне, Невилл с Тревором, Симус с Дином (Эй, почему они держатся за руки?), Джинни...

- Привет, Джинни! - (Джинни, ты когда-нибудь простишь мне то?... Впрочем, это было так давно!)

Взволнованные родители, ухающие, мяукающие и квакающие домашние животные, толкотня... А вон еще Парвати с Лавандой, Колин Криви, Ханна Эббот, Чжоу (Гарри быстро отвернулся, чтобы не создавать неприятных ситуаций. Не самое умное решение, но ему не хотелось портить праздничное настроение...), ага, вон там еще Эрни МакМиллан, Захария Смит (Гарри поморщился, но решил, что вообще-то рад видеть даже его), Майкл Корнер... а вон и Слизеринская кампания. Гарри задался вопросом, а не рад ли он видеть и их тоже, но решить не сумел и предпочел попросту не думать об этом. Они зашли, наконец, в поезд и нашли пустое купе. Усевшись, Гарри посмотрел на друзей и спросил:

- Как вы думаете, заявится Малфой в этом году к нам в купе? И влезут ли они втроем в дверной проход на этот раз? Кажется, мы уже староваты для всех этих стычек, но, думаю, Малфою не избавиться от детства - слышал, он спит с розовым медвежонком до сих пор...

- Ну, уж не с розовым медвежонком, это я тебе гарантирую, - донесся голос от двери. Трое вздрогнули и посмотрели на "посетителя". Это была Забини, рыжеволосая девушка из Слизерина. Гарри покраснел. Гм, действительно, слишком наивная шуточка вышла...

- А тебе-то что здесь надо? - иронически спросила Гермиона. - Заменяешь Малфоя? А то он, бедненький, слишком устал, затаскивая двадцать сундуков со своей одеждой в купе?

- Грейнджер, - нахмурилась Забини. - Не советую тебе оскорблять меня. Я не заменяю Малфоя или кого бы то ни было еще. Я пришла всего лишь по просьбе профессора Снейпа - напомнить двум недоумкам об их обязанностях... Вы ведь вроде старосты?

- Снейп в поезде? - расстроенно спросил Рон.

- Уизли, раз тебя назначили старостой, полезно бы тебе замечать такие вещи - Блейз говорила почти дружелюбно. Но лицо ее было бесстрастно.

- Так и ты староста в этом году? А Панси? Как же она добровольно отдала тебе место рядом с Малфоем? - не удержался Рон.

- Панси недобросовестно выполняла обязанности, хотя вам это знать абсолютно ни к чему, - спохватилась Блейз на полуфразе. - А что касается Малфоя, то он в Хогвартсе больше не учится. Грейнджер, Уизли, купе семь, собрание через пятнадцать минут, - с этими словами она вышла.

- Я и сама знаю, что пора на собрание! - вознегодовала Гермиона, - просто так соскучилась по тебе, Гарри! Хотела немного посидеть вместе.

- Малфой что? - Рон не смог сдержать радостный вопль. - Нету? Больше совсем нету?

- Ой, - протянула Гермиона, - а я как раз собиралась потренироваться в своих мыслезаменяющих заклинаниях... А теперь не на ком. У Кребба с Гойлом ведь мыслей и вовсе нет, верно, Гарри? - она, конечно, говорила невсерьез - она бы никогда не стала экспериментировать на людях, просто ей хотелось развеселить Гарри

- Еще бы, - протянул он, не очень слушая подругу.

Малфоя - больше нет в школе? Никто не будет останавливать в коридорах и говорить всякие гадости. Не будет ухмыляться, оглядываясь на "телохранителей". Не будет вспышкой золотых волос отвлекать Гарри от поисков снитча на квиддичном поле. Он должен бы радоваться.

Фестралы ждали их у карет. Да, теперь их отлично видели и Рон с Гермионой, и Невилл, и Джинни. Они все уже видели смерть - тогда, в недрах Тайного отдела...

- Боже! - с отвращением произнес Рон. - И я на этом летал? Фу!

Гарри в очередной раз изумился, до чего просто Рон воспринимает такие страшные, в общем-то, вещи.  Он хотел было его спросиь об этом, но сообразил, что вопрос будет звучать как-то наивно, что ли.

 

Большой зал был оживлен, как и всегда. Стайки второкурсников сновали туда-сюда «Совсем дети! - подумал Гарри. - И как я мог думать, что Джинни чего-то от меня ждала? И как хоть кто-то мог вообще чего-то ждать от меня, если и я был вот такой вот писклей?». Вскоре двери открылись, и в зал прошествовал Хагрид, ведя за собой напуганных (вечно они напуганы!) первокурсников. Вид Хагрида заставил сердце Гарри радостно екнуть.

- Хагрид! - он энергично замахал рукой леснику.

Хагрид был тоже рад встрече - впрочем, как всегда - и при этом явно доволен видом Гарри. "Не сравнить с тем, летним", - думал лесничий.

Хагрид был до всего. Он первый рассказал Гарри о волшебстве, он привел Гарри в первый раз на Диагон-аллею, он всегда выручал его - ну хотя бы просто ободрял его своим таким родным и добродушным видом. Он был частичкой прошлого, не связанной с кошмарами последнего года. Так что и Гарри был искренне рад его видеть. Однако, когда все расселись, Гарри взглянул на преподавательский стол и помрачнел. Вид Дамблдора не действовал на него так, как раньше. Раньше он успокаивал, теперь он вызывал в памяти отнюдь не "успокаивающие" события. Гарри отвернулся.

Взгляд его упал на стол Слизерина, он, казалось, впервые заметил, что там, в сущности, полно народу. Раньше он как-то в основном замечал одного Малфоя. Сейчас там царило оживление; стол, на самом деле, не очень отличался от остальных - мелкие хихикали и проливали сок, ученики постарше болтали и громко смеялись. Старшекурсники же, в отличие от их "коллег" с других факультетов, вели чинную беседу. Панси, накрашенная и еще более некрасивая, чем в прошлом году, беседовала с Малькольмом Бэддоком, вежливо поднимавшим одну бровь и, видимо, игравшим роль покорного слушателя. Кребб и Гойл сидели несколько отдельно от остальных. «Наверное, у остальных не хватает терпения общаться с полными даунами, - мстительно подумал Гарри, - их только Малфой терпел.» Забини разговаривала с какими-то девушками-семикурсницами.

"А им, пожалуй, не скучно без Малфоя", - вдруг подумал Гарри, - "Даже вид у них поспокойнее. Не надо думать, когда хлопать, а когда нет, или что там еще нравится-не нравится Его Высочеству"

- Гарри? - Рон толкнул его в бок, - ты почему на стол слизеринский пялишься? На Панси загляделся? - однако его шутка, будь они третьекурсниками, была бы встречена с большим вниманием - а так его соседи улыбнулись, но не захохотали.

Впрочем, они просто были заняты другими делами. Дин что-то шептал Симусу на ушко, Гермиона болтала с каким-то парнем из Равенкло, перегнувшись через скамьи и заливисто смеясь, и даже Невилл сосредоточенно кормил свое новое сомнительное растение кусочками хлеба.

Итак, официально начался новый учебный год. Шестикурсников распределили по новым специализациям. Троица друзей, вопреки всем своим ожиданиям, (за ислючением разве что вполне увереной в себе Гермионы), сдали СОВ довольно прилично, а Гермиона - даже блестяще. Она отбросила пока что идеи юридической карьеры, хотя права эльфов-домовиков ее по-прежему волновали гораздо сильнее, чем стоило бы - так, по крайней мере, считали ее друзья. Столь решительный поворот ее мыслей произошел из-за беседы с преподавателями, которая состоялась перед летними каникулами.

 

- Мисс Грейнджер, в вас, безусловно, есть отличные задатки для работы в Министерстве; вы неплохой оратор и явный будущий борец за справедливость. - Дамблдор, как всегда, добр и несколько старомоден в выражениях.

- Но, тем не менее, ввиду недавних событий, вы должны понять, что ваши лучшие качества могли бы служить во имя добра. Вы нужны нам сейчас, мисс Грейнджер, - МакГоннагал терпелива и неожиданно расточительна на комплименты.

- Вы прекрасно занимаетесь по всем без исключений предметам, вы были и являетесь одной из лучшей моих учениц, - и, хотя Гермиону и коробит немножко это "одной из", она благодарно улыбается Флитвику.

И только Снейп молчит. Но под конец и он, чуть морщась, отстраненно произносит несколько слов:

- Хотя я всегда считал вас выскочкой, - при этих словах МакГоннагал недовольно хмыкает, а Дамблдор прячет улыбку в усы, - однако среди остальных никчемных личностей вашего факультета вы несколько выделялись своим упорством. Надеюсь, вы сознаете, что за времена наступили, и помощь каждого, даже, - тут губы профессора слегка кривятся, - даже ваша помощь пригодится.

В общем, Гермионе дали понять, что на нее рассчитывают. А для такого человека, как она, это было очень важно, поэтому нумерология вместе с эльфами были временно отложены.

 

После ужина Дамблдор, попросивший шестикурснивов задержаться, рассказал им о том, что предстоит им в этом году. Список предметов их теперь несколько изменился - мальчики больше не ходили на Предсказания (чему, если честно, не очень огорчались), Гермиона бросила Нумерологию (почти с отчаянием), кончилось их обучение Истории Магии, Астрономии и Гербологии, а также, к их общему сожалению, Уход за магическими существами. Однако вскоре друзья приободрились.

Специально для будущих авроров был введен курс Опасных и Полезных магических существ, вести который должны были Хагрид вместе с профессором Граббли-Дерг. Вначале друзья опасались, что неловкий Хагрид будет выглядеть не очень по сравнению с грозной Граббли-Дерг, но вскоре их опасения развеялись - оказалось, что они будут вести курс неодновременно, сменяя друг друга каждую неделю.

Кроме того, для их группы были подготовлены спецкурсы Трансфигурации, Заклинаний и Зельеварения (к ужасу Невилла, да и Гарри с Роном тоже) и, разумеется, Защиты от Темных сил - разделенной аж на три подкурса. Первый подразумевал защиту от различных темных существ, второй обучал студентов тонкостям психологии противника, что включало в себя теорию интриг и заговоров, искусство реморализации врага, изучение истории деятельности Вольдеморта и других великих темных магов и еще множество скучнейших, по мнению Рона, вещей. Наконец, третий курс непосредственно подготавливал студентов к бою с Упивающимися Смертью. Десятки новых заклинаний, полеты на метле - теперь уже Гермиона пришла в ужас, в этом она отнюдь не преуспевала - физические тренировки и - наконец-то! - трансгрессия.

В их группу кроме Невилла входили также Дин с Симусом, Эрни МакМиллан, Ханна Эббот, Захария Смит, Майкл Коронер и Терри Бут. К большому удивлению гриффиндорцев, к ним присоединились и пара слизеринцев - Блейз Забини и Патрик Лестранг.

Список студентов их группы троица прочитала на доске объявлений факультета в первый же день. Следующий день, понедельник, первым уроком обещал, конечно же, Зельеварение. Кто бы сомневался. Спасибо, хоть не сдвоенное. Далее следовал ЗОТС «третий», а после него стоял прочерк. Недоумение рассеял Дин, объяснивший:

- Да нас там гонять часа четыре будут. Профессор новый, еще неизвестно, какой... Ладно, пойдем наверх, там сейчас веселье! Отмечаем начало года!

 

Гарри с удивлением оглядел помещение, в котором находился. Поскольку гостиная была полна младших, шестикурсники набились в комнату Необходимости, обставленную в этот раз точно как мальчишеская спальня. Сливочное пиво и огневиски лилось рекой, совершенно слетевшие с катушек Парвати с Падмой плясали на столе, Дин с Симусом, уже не обращая ни на кого внимания, целовались в углу, Рон, Гермиона и Лаванда громко спорили и смеялись, лежа на кровати Рона, а остальные играли в какую-то очень подвижную и лишенную координации в пространстве игру на полу; проигравшие с хохотом исполняли какие-то поручения выигравших, явно напрочь лишенные стыда и совести.

Гарри сначала пытался веселиться вместе со всеми, но быстро устал от шума и уселся в дальнем углу, стараясь не смотреть на "любящих друзей", скрученных в не очень-то дружеской позе. Он, конечно, замечал порой странные взгляды Дина, но чтобы Симус... Но, впрочем, кажется им хорошо вместе. А чего еще надо?

Парвати поскользнулась и упала со стола прямо на Рона. Тот приобнял ее и стал шептать что-то на ухо, отчего та беспрерывно хихикала и дрыгала ногами. Гермиона прислушалась и дала Рону подушкой по голове, тот потянул ее за собой, и все они свалились с кровати на пол. Стало еще громче.

Да, друзья изменились за лето... Вон Рон какой стал, а где же былая застенчивость и неуклюжесть? Гарри почувствовал себя лишним здесь. На него накатила прежняя мрачность.

Тем временем дверь с грохотом распахнулась; ворвавшиеся Фред с Джорджем завопили, что пришли погостить и тут же запустили парочку своих "подарков" - музыкальные конвертики наподобие вопиллеров, видимо, имитирующие музыку, и мигающие разноцветными огнями нескончаемые хлопушки. Рон с Лавандой тут же пустились в пляс, Джордж подхватил сопротивляющуюся, но смеющуюся Гермиону, а Фред присоединился к куче-мале на полу.

Гарри почувствовал, что уши его сейчас лопнут, и незаметно проскользнул к двери. На комнату были наложены Заглушающие чары и снаружи было тихо - все остальные либо спали, либо столь же неплохо управлялись с этими чарами. Он прислонился разгоряченным лбом к стене и замер.

Тишина окружала его. Тишина и полумрак. Постояв с минуту, Гарри отошел от стены и спустился на свой этаж по недовольно заскрипевшей лестнице. Пройдя по коридору к портрету Полной Дамы, он прошептав пароль - "Рог Единорога" и тихо вошел в гостиную Гриффиндора. В гостиной царил беспорядок, везде были раскиданы книжки и обертки от конфет, видно, эльфы еще не убирались сегодня. На диване лежал чей-то свитер и даже на одном из столов, в первый день как правило девственно чистых - кому охота заниматься сразу по приезде - что-то поблескивало. Гарри подошел поближе.

Это был странный кулон, сплетенный из маленьких серебряных змеек. В центре его находился круглый зеленый камень, который не отражал, а словно бы поглощал тусклый свет свечей гостиной, слегка дымчатая поверхность будто медленно вращалась, завораживая. Гарри обнаружил, что смотрит на кулон, навалившись на стол в неудобной позе и, привстав, протянул руку и взял украшение. В следующую секунду ноги его словно оторвались от земли - знакомое ощущение, это явно был портключ - его несло через крутящееся пространство, кружилась голова, желудок сжимался и протестовал. Гарри проклял себя за доверчивость и через секунду упал на какую-то гладкую поверхность, больно стукнувшись затылком. Последнее, что он увидел, перед тем как впасть в забытье, были чьи-то глаза.

 

Веселье продолжалось, однако Гермиона почувствовала себя какой-то вялой. Она не падала от усталости, как на обычных вечеринках в предыдущие годы, когда девушка пыталась совмещать безумные учебные нагрузки с "нормальной жизнью гриффиндорца-разгильдяя", которую вели ее сокурсники. Сегодня ведь был только первый день. Тем не менее, нахохотавшись и навалявшись вместе с другими на полу, она решила немного отдышаться снаружи, в коридоре. К тому же она заметила, что Гарри вышел и не вернулся, и, сознавая, что не позаботилась занять и развеселить несколько выпавшего из их веселой жизни друга, решила найти его и, если получится, вернуть к остальным.

Однако, пройдясь по смежным к Комнате коридорам - благо положение старосты давало ей сомнительное право не бояться Снейпа, бродя по коридорам после отбоя - Гарри она не обнаружила. В помещении было душно, и она, недолго думая, выскользнула через черный ход на улицу. Ей в лицо повеяло прохладой, ветер заигралее волосами, прогоняя остатки легкого опьянения. Староста, как это бывает только поздними вечерами, почувствовала вдруг необыкновенную ясность в голове, и в то же время некоторую отстраненность от реальности. Присев на скамейку, девушка задумалась.

Этим летом она уехала от родителей погостить в Нору. В этот раз все было по-другому: жить запросто в одном доме с Роном, как когда-то в доме Блэков, теперь не получалось "просто так". Они все-таки были уже достаточно взрослыми, и Рон не умел скрыть того, что девушка ему нравилась. Гермиона же не была уверена в своих чувствах. В этот раз она таки сумела сохранить их отношения на грани легкого флирта и бесконечного подкалывания друг друга. Но что будет дальше и станет ли Золотое Трио дуэтом, она не знала.

Ей захотелось пройтись вокруг замка. Прекрасно сознавая, что правила не только не позволяют подобного, а, напротив, совершенно категорически такие вещи запрещают, Гермиона, привстав, потянулась и медленно пошла вдоль старинных арок. Ветер гулял между потемневшими от времени колоннами и баллюстрадами, в свете луны замок казался почти зловещим. Внизу темнел Запретный лес, в избушке Хагрида горел еле заметный свет свечи, еще дальше сверкало озеро, казавшееся гладким, будто матовое стекло.

«Удивительно, - вдруг подумала она, - теперь я ведь совсем не боюсь темноты, монстров в шкафу или, скажем, духов. Раньше я была обычной маленькой девочкой, для которой привидения были страшной сказкой, а эльфы - чудесной выдумкой. После первого же года в Хогвартсе я совсем потеряла эти детские страхи; я отлично знаю, что привидения совсем безобидны и чаще всего дружелюбны, а эльфы - маленькие сморщенные уродцы, если говорить честно, да еще и ущемленные в правах... Теперь, если я увижу что-то бормочущее и извивающееся у себя под кроватью, это будет вовсе не поводом для испуга, а радостью - вдруг это ранее неизвестный вид? Скорее надо будет поймать его и отнести Хагриду.»

Да, знание волшебного мира лишило их страхов перед ирреальным. Зато оно подарило страх перед вполне настоящим - Упивающимися смертью, дементорами... Вольдемортом.  Это имя даже Гермиона боялась произносить вслух - приучившись к аналогичному страху окружающих. Только Гарри... Кстати, где же он? Наверное, вернулся в спальню. В отличие от её беспокойного друга, нередко выражавшегося в духе: "Я вдруг понял… ощутил… головоломка сложилась… волосы на затылке дыбом встали…", Грейнджер совсем не обладала чем-то вроде предчувствий или интуиции. Ей просто стало холодно, и юная ведьма повернула назад, к черному ходу. Неожиданно какая-то тень привлекла ее внимание. Неужели кроме нее в первый день кто-то столь же бессовестно нарушает правила? Поймать его, что ли? Нет, это будет нечестно даже со стороны старосты, сама ведь хороша!

По заросшей - мимо окон личных покоев Снейпа мало кто отваживался ходить - тропинке крался кто-то очень маленький. Заинтригованная девушка прижалась к стене и осторожно выглянула из-за угла.

- Хозяйка будет очень недовольна, очень! - приговаривало существо, - но я должен доложить ему... Она узнает, как старый Кричер ему услужил!

Гермиона внимательно прислушивалась, но домовик, пыхтя и продолжая что-то ворчать, быстро исчез в кустах. Нахмурившись, девушка быстро зашагала к входу.

 

Следующая глава           




-На главную страницу- -В слэш по "Гарри Поттеру"-