Daddy's Little Dragon

Автор: Deirdra
Перевод: Катюха ( katyusha30 @ yandex.ru )
Пересказ: Сон
Пейринг: Люциус/Драко (основной)
Рейтинг: NC-17
Жанр: romance
Предупреждение: педофилия, инцест
Summary: Люциус и Драко проводят ночь в постели, вспоминая, как все начиналось…
Disclaimer: Ни на что не претендую
Разрешение автора на перевод: запрос отправлен был - ответ не получен




Драко дожидался отца, лежа в кровати. Уже голый. Предвкушение, как и ожидание, никогда не было долгим - этот раз тоже не отличался от других. Драко даже не оглянулся в сторону тихо приоткрывшейся и быстро закрывшейся двери. Кровать прогнулась, и его окутал тонкий запах отцовского одеколона. Когда рука старшего Малфоя легла на голое бедро Драко, тот немного повернулся, встречая желанные губы и тихо простонал, впуская жадный язычок.

Так было всегда - Драко ждал своего отца в кровати и уже голый. Он не стыдился этого и не жалел о происходящем. Любовь к собственному отцу была всеобъемлющей, и Драко точно не хотел бы ничего менять. Большинство людей сказали бы, что это отвратительно и неправильно. Но Драко знал - они Малфои. Сделаны из другого теста и подчиняются только своим правилам. Если бы кто-нибудь увидел их вместе - отца и сына, охваченных страстью, то подумал бы, что это красиво, более того, эротично. Но никто и никогда не видел их такими, какими они были наедине - влюбленной парой. Их кровное родство не имело к происходящему ни малейшего отношения.

Перейдя в обычное положение - Люциус чуть нависал над Драко - они поцеловались, скользя и слегка касаясь друг друга. Но этой ночью у сына были немного другие планы относительно отца. Вывернувшись, он уселся сверху, наклонился к уху Люциуса и шепнул:

- Сядь и откинься на спинку кровати. Думаю, отец, что тебе понравится сегодняшний вечер.

Люциус ахнул, но подчинился - Драко редко проявлял инициативу в постели, так что он был более чем счастлив, уступая контроль сыну. Подвинувшись и облокотившись на спинку, как и предложил Драко, Люциус с горящими страстью глазами наблюдал, как юноша медленно устраивается на нем, замерев только тогда, когда они оказались лицом к лицу. Близко.

Белокурый сын захватил губы отца в жаркий поцелуй, одновременно передвигаясь так, чтобы горячий напряженный член упирался прямо в его отверстие. Оторвавшись от губ - он хотел видеть лицо Люциуса, когда все это будет происходить - Драко начал осторожно опускаться.

Сначала Люциус хотел остановить его - он же не подготовил своего любимого сына, но тот, опускаясь ниже, выдохнул:

- Я подготовился сам. Мне… не… будет больно.

Образ Драко, растягивающего себя для него, заставил Люциуса застонать. Картина была настолько яркой, что чуть не заставила его тут же кончить. Спохватившись, он тряхнул головой, чтобы избавиться от мыслей и сосредоточился на удовольствии, разливающемся по лицу сына.

Полностью усевшись на член, Драко начал медленно двигаться, затем снова наклонился к отцу и прошептал:

- А ты помнишь наш первый раз? Мои маленькие ручки и рот? Мою узкую маленькую задницу? Мне было семь лет, я скакал на тебе, а ты в это время трогал меня. Ты сам растянул меня, позволив прикасаться к тебе в ответ. А я молил «засунь его в меня, папочка» - и ты это сделал.

Простонав от нахлынувших воспоминаний, Люциус двинул бедра вверх, входя в желанное тело над собой. Медленно… а молодой человек продолжал шептать:

- Или первый раз, когда я действительно смог кончить. Ты был внутри меня, помнишь, отец? Как тебе было хорошо, оттого, что ты знал - именно ты даешь мне это наслаждение? - губы и зубы Драко опустились на шею Люциуса, отмечая территорию.

Они всегда оставляли метки друг на друге, но раньше это было опасно - об их специфических отношениях могла узнать Нарцисса.

Старший Малфой продолжал двигать бедрами, а Драко приподнимался и медленно опускался назад. Единственным звуком в комнате сейчас было тяжелое дыхание. Оба вспоминали примерно об одном и том же.

- Ммм… отец, - почти простонал Драко. - Так хорошо, когда ты во мне. Помнишь, мы были в постели, когда вошла эта сука? Мне уже было четырнадцать, когда она начала что-то подозревать. Я стоял на коленях и держался за спинку кровати, крича от удовольствия. Помню, что так сильно сжал руки, что побелели костяшки пальцев. А ты был сзади и трахал меня так сильно, как никогда раньше. Ты входил и выходил, а я хотел большего! Она тогда закричала… Помнишь, отец? «Как ты можешь делать это с нашим дорогим мальчиком? Он не хочет!» Как же она ошибалась. Я усмехнулся ей и простонал «отец, трахни меня сильнее», а ты поглаживал мой член, пока я не кончил. И она смотрела! А потом выбежала из комнаты, когда я выкрикнул твое имя.

Люциус застонал и попытался сделать более резкое движение, но Драко не позволил - он прикусил шею отца, вырвав грудной стон. Юноше так нравилось доставлять ему удовольствие! Драко долго не было дома, он жутко соскучился за время учебы. А больше всего ему не хватало отца, именно в постели. Теперь, когда уроки закончились, он может проводить с Люциусом каждую ночь - и Драко планировал, вспоминая прошлое, донести эту идею до отца.

Очередной яркий эпизод, вспомнившийся Драко, сделал движения Люциуса резче и быстрее.

- О, Мерлин! Два года назад я пробрался к тебе в постель. Мы ведь даже не вспомнили о суке, лежавшей рядом! Она заставила тебя спать с ней только для того, чтобы ты не мог ходить ко мне ночами, - Драко усмехнулся, резко выдохнул и начал насаживаться на член отца быстрее. - Я подготовил себя сам, пробрался к тебе, пока она спала, и насадился на тебя. Когда она проснулась, то увидела, как я двигаюсь на тебе, а твоя рука яростно сжимает мой член. Я откидывал голову и насаживался глубже… Ооо… я помню, как она испуганно вскрикнула - я почти кончил от этого. Простонав твое имя, я посмотрел ей в глаза и кончил. Больше она не вмешивалась.

Люциус тоже прекрасно это помнил. Нарцисса даже не пыталась после этого заставить его прикоснуться к себе. Она не говорила им ничего - наверное, знала, что он просто вышвырнул бы ее, вякни та хоть слово.

Сейчас ему хотелось перевернуть сын и вбить его в матрас, но он сдерживался, догадываясь, что Драко запланировал что-то еще.

- Ааа… Ты помнишь, как я впервые сам вошел в тебя? В прошлом году. Я так волновался, но ты был очень любящим и нежным. Нет, не хочу сказать, что это вообще мой первый раз сверху, но это был ты. Ты посмотрел мне в глаза и сказал, что хочешь меня очень сильно. Хочешь меня в себе. Я встал на колени, раздвинул твои ноги, осторожно подготовил тебя и скользнул внутрь. Знаешь, я словно делал это всю жизнь! Быть в тебе - это как вернуться домой, отец! В ту ночь я обрел себя, глядя, как ты извиваешься подо мной, как, кончая, выкрикиваешь мое имя. И моя рука была на твоем члене, - почти шепотом закончил он, тихо простонав.

Старший Малфой ахнул.

- Да, Драко, я всю жизнь чувствовал пустоту, пока впервые не вошел в тебя. А когда ты сам взял меня первый раз - это было как рай.

- Ммм… Чувствовать твой член внутри - вот настоящий рай, отец. Тебе нравится трахать меня? - выдохнул Драко, ускоряя темп.

- Никто никогда в жизни не заставлял меня чувствовать то, что я чувствую с тобой, мой Дракон. Я не смогу отказаться от тебя, даже если это будет незаконно. Им придется убить меня, чтобы я престал каждую ночь врываться в твою маленькую узкую задницу.

И так оно и было. Когда дело касалось секса с собственным сыном, удержать Люциуса было невозможно. Он мог только попытаться рассказать о свои чувствах.

От его слов Драко застонал и наклонился за поцелуем. Их языки сражались друг с другом в диковинном танце. Рука Люциуса легла на член Драко, двигаясь в ритм с их толчками - он стремился доставить сыну как можно больше наслаждения.

У Драко было много партнеров - как мужчин, так и женщин. Но ни один из них и близко не мог сравниться с его отцом.

- Отец, я хочу быть с тобой до конца жизни. Принимать в себя твой член, целовать тебя, чувствовать твою руку на моем члене. Входить в тебя, смотреть, как ты выгибаешься подо мной, когда я скольжу внутрь. О, Мерлин! - это было уже слишком. Драко знал, что скоро кончит, и что Люциус тоже последует за ним. Ему бешено хотелось ощутить экстаз, но так же сильно он хотел, чтобы это никогда не кончалось, потому что то, что давал ему отец, было настоящим полетом. Он парил в небесах.

Оба стонали, устремляясь к пику, но Драко еще не сказал главного:

- Отец, пообещай мне, что никогда меня не оставишь.

Интересуясь, откуда возник этот вопрос, Люциус посмотрел в глаза сыну:

- Никогда. Я не захочу и не смогу отказаться от тебя, мой Дракон. Ты такая же часть меня, как и я тебя.

- Черт! Обожаю, когда ты меня так называешь, - Драко не отводил взгляда. - Останься со мной навсегда.

Старший Малфой моргнул. Он хотел этого больше всего на свете, но Драко должен думать о наследнике, а им не сделать ничего, пока они вместе. Люциус понимал, что скрыть такие отношения от будущей супруги Драко почти нереально, а надеяться на то, что та позволит продолжать все это… О чем он и сказал сыну.

Драко на мгновение замер:

- Во-первых, отец, мне не нужна никакая жена, во-вторых, если она у меня все-таки будет, то ее вполне устроит, что я буду трахать ее, пока она не забеременеет. Ведь у нее будет все - имя Малфоев, деньги. Не думаю, что остальное ей не будет безразлично. К тому же, все девчонки уже знают, что я предпочитаю мужчин, так что она не будет ждать меня в свою постель после того, как родит наследника.

Резко подняв бедра, Люциус насадил Драко на себя. Юноша застонал, но намек понял - снова начал двигаться. «В чем-то он прав», - подумал Люциус. - «Но кто может оказаться настолько понятливым?»

Тут он сообразил, что Драко уже говорил так, словно у него есть кто-то на примете.

- Кто она?

Драко усмехнулся, впуская отца в себя особенно глубоко:

- Панси, конечно, кто же еще? В любом случае, она в том же положении, что и я. Она понимает мои нужды, я - ее. Но нам придется быть осторожными, чтобы ребенок точно было моим. А теперь - может, оставим эту тему, и ты позволишь мне потрахаться?

Громко застонав, Люциус кивнул, и Драко начал двигаться быстрее. Быть внутри сына - единственного сына - это прекрасно! На грани оргазма Драко снова склонился к Люциусу и прошептал:

- Никогда и никого я не буду любить так, как тебя, отец. Никогда.

Услышав его признание, Люциус схватил Драко за бедра и начал яростно насаживать на себя, прохрипев в ответ:

- Никто и никогда не может сравниться с тобой.

Драко откинул голову и начал двигаться еще быстрее, в то время, как Люциус снова обхватил его член рукой.

- Кончи для меня, мой Дракон.

Нежное прозвище, которым отец называл Драко, стало для того последней каплей - он кончил, простонав:

- Ооо, отец!

Почувствовав, как задница Драко сжимается вокруг его члена, Люциус сделал еще несколько толчков и кончил сам, с именем сына на губах. Они сидели, прижавшись друг к другу, целуясь, их руки медленно двигались вдоль спин и плеч, оба шептали слова любви как молитву. Они никогда не оставят друг друга. Пусть их ночные действия не соответствуют представлениям об отношениях, приличествующих отцу и сыну, но они не променяют их ни на что в жизни.

 

Совращение Драко

Одним прекрасным вечером, опустившимся над Поместьем Малфоев, папа Люциус укладывал спать маленького пятилетнего Драко Малфоя. Прежде чем погасить свечи и закрыть за собой дверь, Люциус всегда укутывал сына в одеяло, читал ему сказку, целовал в лоб и желал сладких снов. Драко любил отца больше всех, даже больше мамы Нарциссы.

Этим вечером Люциус выбрал для Драко волшебную версию «Подарка», являвшуюся реальной историей, поэтому маленький мальчик ахал и охал от переживаний, вызывая у отца усмешку. Услышав о том, что ведьма поймала бедных детишек и теперь собирается зажарить их и съесть, Драко забрался к отцу на колени.

Он ерзал и вздрагивал, так что Люциус почувствовал, что возбуждается - не первый раз сын вызывал у него такую реакцию. Но первый раз Люциус решился на какие-то действия.

Продолжая читать, он поглаживал руку Драко, затем спину, потом медленно передвинулся к теплому животику, остановившись на маленьком члене, скрытом под сатиновыми пижамными штанишками. Медленно и осторожно поглаживая сына, Люциус читал сказку.

Драко нахмурил бровки. Что папочка делает, и отчего это странное чувство между ног?

- Папочка? Что ты делаешь?

Люциус улыбнулся и, наклонившись, прошептал ему на ухо:

- Папочка хочет сделать тебе хорошо, Дракон. Ты хочешь, чтобы папочка остановился?

Чувствуя, как рука отца потирает и поглаживает его, Драко тихо простонал:

- Нет, папочка, пожалуйста, не останавливайся.

Мужчина усмехнулся, когда мальчик положил голову ему на плечо и продолжал нежно сжимать член через пижамные штанишки, нашептывая на ушко сказку. Когда история закончилась, он поднял Драко и уложил в кровать.

- Папочка любит тебя, Дракон, - прошептал он, накрывая его одеялом и целуя в лобик.

- Я тоже люблю тебя, папочка, - сонно пробормотал Драко, счастливо вздыхая и зарываясь еще глубже в одеяло с улыбкой на лице.

Так продолжалось почти год - пока однажды вечером Драко сам не рискнул в ответ потрогать отца. На этот раз Люциус читал ему «Красавицу и Чудовище». Почувствовав детскую ручку, он запнулся и чуть не выронил книжку. Кашлянув, Люциус продолжил чтение, как ни в чем не бывало.

Драко решил, что он что-то делает не так, и прикусил губу. Немного поерзав на коленях Люциуса, он устроился поудобнее, получив лучший доступ, и снова попробовал коснуться отца. На этот раз Люциус все-таки не удержал книгу. Он запрокинул голову и низко застонал. Драко улыбнулся и продолжил ласкать его через брюки, глядя в лицо, чтобы удостовериться, что делает все правильно. В конце концов - раньше он никогда никого не трогал там, хотя и прикасался к себе несколько раз, с тех пор, как папочка начал прикасаться к нему.

Посмотрев сыну в глаза, Люциус проговорил:

- О, Дракон. Так хорошо.

- Тебе нравится, папочка? Я все делаю правильно?

- Ты все отлично делаешь, малыш, - Люциус кивнул. - Папочке очень нравится. Ты такой хороший мальчик.

- Я так рад, папочка, - улыбнулся Драко. - Я хочу сделать тебе так же хорошо, как ты всегда делаешь мне.

Люциус накрыл руку Драко своей рукой, расстегнул брюки и просунул его ладошку внутрь. Немного сильнее обхватив собственный член его пальцами, он показал сыну, что делать. Мальчик быстро все понял, приспособившись к движениям Люциуса, и продолжил сам, доставляя тому массу удовольствия.

- Да, Дракон, да! Вот так, - почти болезненно прошептал Малфой-старший. - Папочке нравится, когда ты его там трогаешь.            

Маленький Драко был счастлив, оттого, что его отцу так хорошо - он двигал ручкой, пока Люциус не задрожал и не вскрикнул, кончая. Тогда Драко вытащил покрытую спермой ладошку и с интересом посмотрел на нее. Он еще не знал, что это такое, но возможности собственного отца привели его в благоговение.

- Однажды ты тоже так сможешь, малыш, - прищелкнул языком Люциус, посмотрев на сына.

- Правда? - Драко широко раскрыл глаза.

- Правда, - рассмеялся его отец. - А теперь, думаю, тебе пора спать. Залезай в постель. - Люциус уложил Драко и, как всегда, поцеловал его в лоб. - Папочка любит тебя, Дракон. Сладких снов.

- Люблю тебя, папочка, - ответил сонный Драко и - тоже, как всегда - счастливо вздохнул, забираясь глубже под одеяло. Заснул он со счастливой улыбкой на лице.

Отец продолжал приходить к сыну каждый вечер, хотя книги были забыты. Теперь Люциус даже не старался делать вид, что читает - он просто усаживал Драко на колени и гладил его, в то время, как Драко ласкал в ответ его. Но время шло и ситуация снова изменилась.

Той ночью Драко снова сидел у отца на коленях, теперь они касались друг друга голой кожей. Маленький Драко полулежал в объятиях отца, елозя маленьким возбужденным членом о более крупный. Все шло как обычно, но…

Драко вдруг наклонился и прижался целомудренным поцелуем к уголку рта Люциуса. Тот оказался захвачен врасплох - Драко раньше никогда не целовал его. Хотя, когда они трогали друг друга, сам Люциус обычно целовал его в щечку, в шейку или в ушко. Но раньше они никогда не целовались в губы. Может быть, пришло время перевести отношения на другой уровень? Возможно, это не вспугнет его дорогого мальчика?           

Люциус посмотрел в глаза трущегося о него Драко и увидел, что они наполнены желанием. Тогда он поднял его личико и поцеловал в губы. Мальчик ахнул, его рот приоткрылся, и Люциус скользнул языком вовнутрь. Вскоре язычок Драко переплелся с его собственным, и мужчина застонал.

Они целовались, словно в лихорадке - новое замечательное открытие сделало их игры еще более волнующими. Люциус потерялся в поцелуях сына, а Драко с головой окунулся в неизведанные ощущения, которые давал поцелуй. Ему всегда нравилось, когда папочка трогал его и позволял прикасаться к себе в ответ, но сейчас все стало еще лучше. Драко никогда не сомневался, что папочка любит его, но сейчас это было ясно, как никогда.

Люциус и Драко продолжали двигаться, ладонь отца скользнула в пижамные штанишки Драко и ласкала его. Драко лежал на Люциусе, не касаясь его руками, но продолжал тереться. И Люциус кончил, прошептав в экстазе два слова. «Мой Дракон». А Драко тоже дрожал в удовольствии - пусть сухого - но наслаждения.

Как всегда папочка уложил его спать, накрыв одеялом:

- Папочка любит тебя, Драко. Сладких снов.

- Тоже люблю тебя, папочка, - сонно ответил Драко, счастливо вздыхая и зарываясь поглубже. Когда он засыпал, то улыбался. Как всегда.

           

Воспоминание: Драко дает папочке то, что он хочет.        

Драко всегда купал отец - с самого рождения. Нарциссу мальчик никогда особенно не волновал, а Люциус был более чем счастлив заняться купанием ребенка - это давало ему еще одну возможность, кроме как перед сном, поиграть с сыном. С тех пор, как Драко исполнилось пять лет, они с Люциусом стали ближе друг другу. Все началось с осторожных прикосновений, и таких же робких касаний в ответ. Год назад они впервые поцеловались. Теперь Люциус был готов сделать следующий шаг, и - он был в этом уверен - Драко тоже ждал этого.

Люциус мыл Драко, осторожно поглаживая одной рукой его член. Но на этот раз другая рука тоже не осталась без занятия. Пробежавшись по животу сына вверх, через плечи, вниз по спине, она нахально остановилась на маленьких ягодицах. Папочка раньше никогда не трогал Драко там, когда тот был без одежды. Обычно он ограничивался нежными поглаживаниями, пока Драко двигался в папочкиных объятиях.

Люциус аккуратно сжал каждую ягодицу, затем намылил руку.

Прикусив губу, Драко наблюдал за папочкой, но тот отвлекся буквально на несколько секунд, тут же снова обратив все внимание на него. Намыленная рука оказалась скользкой, было так приятно, когда папочка трогал его там. Затем другая папочкина ладонь тоже переместилась к его попке, но вместо того, чтобы сжать или погладить, она осторожно проникла меж ягодиц. Гладкий палец обвел его вход.

Маленький Драко заинтересовался новым ощущением и попробовал вжаться в руку. У Люциуса перехватило дыхание - его сын показал себя безрассудно смелым и очень отзывчивым. Большего от партнера по постели Люциус и просить не мог. Осторожно прижав палец, Люциус насладился тихим стоном Драко, который попытался вжаться в руку. Поглаживая маленький член, он знал, что Драко сейчас захвачен ощущениями.

Папочка немного поводил пальцем по расселинке - Драко ахнул, заставив того усмехнуться. Когда палец Люциуса вошел в Драко, тот вцепился в отцовский бицепс и насел глубже. Ему было немного неудобно - раньше внутри него ничего не было, но он знал, что папочка никогда не сделает ему больно, ведь ему желают только добра, поэтому он с радостью окунулся в новые ощущения. Все, что показывал ему папочка, было замечательно.

Теперь внутри мальчика двигались два пальца, растягивая его словно для чего-то большего. Драко не знал, что произойдет дальше, но тут папочкины пальцы прикоснулись к чему-то внутри - по венам тут же пробежал жидкий огонь, и Драко сразу перестал волноваться. Только бы эти волшебные ощущения не прекращались!

Он то насаживался на пальцы, вжимаясь в них, то двигался вперед - к руке, ласкающей его член. Над ухом раздался папочкин смешок - Драко посмотрел на отца, надеясь, что тот доволен и увиденное подсказало ему продолжать двигаться.           

Когда Люциус добавил следующий палец, Драко слегка поморщился, но тут же снова застонал от удовольствия - пальцы опять коснулись той точки, словно папочка точно знал, что нужно сделать, чтобы он позабыл о дискомфорте. Драко возбудился еще сильнее - хотя ему всегда было хорошо, когда они делали это, но сейчас было еще лучше, чем когда-либо. Все было так же здорово, как в тот раз, когда они впервые поцеловались - Драко и представить не мог, что может быть еще чудеснее.

Наблюдая за сыном, Люциус возбуждался все сильнее, он представлял, как скользнет в эту маленькую тугую попку, которую сейчас растягивает пальцами. Добавив четвертый палец, он удостоверился, что его маленькому Дракону не больно - ведь тот никогда раньше ничего подобного не ощущал. От мысли, что он будет первым и от звуков, издаваемых Драко, Люциус чуть не кончил в брюки.

Наконец, Люциус решил, что его сын готов, и убрал руку. Драко протестующе захныкал.

- Не беспокойся, малыш, - усмехнулся Люциус. - Сейчас папочка сделает тебе еще лучше. Давай я вытащу тебя из ванны и вытру, ммм?

Драко кивнул и позволил себя поднять. Его маленький член гордо стоял. Люциус осторожно вытер его, потратив на это гораздо больше времени - он не прекращал ласкать сына. Когда мальчик был вытерт насухо, Люциус взял его на руки и отнес в спальню. Сам сел на кровать, оставив Драко у себя на коленях, прижатого спиной к его груди.

- Малыш, ты хочешь еще чего-нибудь? Это будет ох-как-хорошо, - мурлыкнул он на ухо Драко.

Тот кивнул и ахнул, когда папочкина ладонь накрыла его член.

- Тебе понравилось то, что мы делали в ванной, а, Дракон?

- Да, папочка, - ответил Драко высоким, дрожащим от предвкушения, голосом. - Мне было очень хорошо.

- Папочка рад слышать это, малыш. Хочешь, чтобы я снова так сделал?

Драко кивнул и моментально скатился с колен Люциуса, чтобы подставить ему попку. Усмехнувшись, Люциус осторожно провел пальцем по входу Драко. Поддерживая сына одной рукой, он снова толкнул палец в растянутую уже дырочку. Драко застонал, тогда Люциус убрал руку и, расстегнув брюки, вытащил собственный, уже подрагивающий от возбуждения, член. Затем достал из кармана пузырек с маслом, которое и нанес на себя.

Снова усадив Драко к себе на колени, так, чтобы член разместился меж маленьких ягодиц, он начал ласкать мальчика.

- Так хорошо, Драко?         

Драко заерзал, папочкин член коснулся его отверстия, посылая по всему телу разряды удовольствия:

- А-а, - выдохнул он.

- Хорошо, - мурлыкнул Люциус в маленькое ушко, осторожно скользя по попке сына.

Мальчик застонал, понемногу двигаясь назад и вперед, так, чтобы головка папочкиного члена слегка толкалась в него:

- О, папочка… так хорошо…

Тоже застонав, Люциус немного приподнял Драко, направляя себя в отверстие:

- Хочешь, чтобы папочка сделал еще лучше?

Задрожав, Драко попытался опуститься на член, простонав:

- Засунь его в меня, папочка.

Не в силах больше сдерживаться, Люциус осторожно опустил мальчика на член. Драко откинул голову ему на плечо и немного поерзал, охнув и застонав. Склонившись над сыном, Люциус хрипло прошептал ему на ушко:

- Прыгай на папочке, малыш. Будет лучше, если ты попрыгаешь.

Мальчик начал двигаться, осторожно поднимаясь и опускаясь в папочкиных объятиях. Член двигался внутри него, снова и снова задевая что-то внутри, а папочка ласково поглаживал его спереди. Люциус с ума сходил от выбранного мальчиком темпа, но подтолкнуть его двигаться быстрее, не решался, опасаясь спугнуть, или не дай Мерлин, сделать маленькому Дракону больно.

Первый раз должен быть чем-то особенным для них обоих, и он не собирался разрушать волшебство своим неуместным сейчас желанием вбить мальчика в матрас.

- Вот так, малыш, ты делаешь папочке очень хорошо, - простонал он.

Маленькая попка Драко была очень тугой, но член Люциуса так хорошо там умещался, что складывалось ощущение, что именно там он и должен быть. Гладя и дергая возбужденный член сына, он заставлял его стонать. Трепет худенького тельца, впускающего и выпускающего его из себя, лучше всего говорил о наслаждении, испытываемом мальчиком.

Темп был медленным, но Люциус знал, что вот-вот кончит. Он видел, что Драко уже тоже на грани и немного ускорил движение руки на члене сына - осторожно, чтобы не сделать ему больно. Почувствовав приближение оргазма, Драко начал двигаться быстрее и сильнее, заставляя и себя и отца стонать громче.          

Драко вскрикнул и задрожал, когда сухой оргазм накрыл его с головой. Внутренние тугие мускулы сжались вокруг папочкиного члена, заставляя того сжать его бедра. Люциус еще несколько раз насадил на себя тельце сына, осторожно, чтобы не причинить вреда, и, наконец, кончил. Он так давно хотел Драко!

Люциус уткнулся лицом в шею мальчика, тихо повторяя его имя, а затем крепко прижал к себе, пока оба восстанавливали дыхание и сердцебиение. Когда оба успокоились, Люциус приподнял Драко - тот хныкнул, почувствовав, как папочкин член выходит из него - вытер и уложил в кровать. В конце концов, маленькому Дракону уже пора было спать.

- Малыш, - спросил Люциус, укрыв сына одеялом и поцеловав в лоб, - тебе понравилось? Папочка сделал тебе приятно?

Драко зевнул и кивнул:

- Очень понравилось, папочка. Мы можем снова это сделать?

Люциус рассмеялся и убрал прядь волос со лба Драко:

- Конечно, Дракон, но не сегодня. Тебе надо поспать, - он снова поцеловал его, на этот раз в губы, а затем, как всегда, прошептал. - Папочка любит тебя, Дракон. Сладких снов.

Лицо мальчика озарилось улыбкой, он притянул отца в еще один поцелуй, более страстный, чем предыдущий:

- Тоже люблю тебя, папочка.

Счастливо вздохнув - как и всегда - Драко забрался поглубже под одеяло и уснул с улыбкой на лице.

Отец и сын не последний раз занимались этим, но на данный момент оба были полностью удовлетворены.

         

Воспоминание: Любовь отца.

Ночами, когда Люциус приходил в постель к Драко, иногда их действия отличались от привычных - оба делали все возможное, чтобы доставить друг другу как можно больше наслаждения. Конечно, им предстояло много запоминающегося, но эта ночь оказалась одной из самых ярких.

Когда Драко исполнилось пять лет, отец начал интимно касаться его. Мальчику было почти шесть - и он сам стал трогать отца в ответ. После шестого дня Рождения они с Люциусом впервые поцеловались. В семь лет отец впервые вошел в Драко. Младшему Малфою очень нравилось, когда папочка приходил к нему и дарил столько удовольствия.

Теперь ему было двенадцать, Драко начал ласкать себя сам - гораздо чаще, чем раньше. В конце концов, он достиг половой зрелости и веселился на полную катушку. Хотя с папочкой было все равно лучше.

Той ночью Люциус пришел к нему, разделся и лег рядом. Первые несколько месяцев, когда они только начали все это, Люциус предпочитал оставаться в одежде, но со временем, он привык приходить укладывать Драко спать в одной мантии на голое тело, которую можно было легко скинуть. В ту же секунду, как дверь в спальню сына закрывалась за окном, лишняя одежда сразу соскальзывала на пол.

Люциус лежал рядом с Драко, лаская худощавое тело ладонями, пока их языки боролись за право оказаться во рту партнера. От первого же прикосновения отцовской ладони к члену, Драко выгнулся и громко застонал в рот Люциуса. Никто никогда не трогал его так - даже в Хогвартсе. Драко только что вернулся после первого года учебы и теперь был более чем счастлив снова оказаться в постели с папочкой. Поцелуи тоже принадлежали только папочке - Драко никогда никого больше не целовал.

Рука передвинулась вниз, скользнув по мошонке, и начала терзать его задницу. Стремясь навстречу папочке, Драко застонал еще громче, обхватывая Люциуса за шею и притягивая ближе. Тогда Люциус решился попробовать кое-что новенькое - раньше они этого не делали. Осторожно войдя в сына пальцами, Люциус немного растянул его, затем убрал руку и наклонился, захватывая губы сына в поцелуй.

Оторвавшись от своего сладкого мальчика, он потихоньку начал спускаться все ниже и ниже. Добравшись до члена, который за последнее время заметно подрос, хотя это был еще явно не предел, Люциус облизал его, вырвав у Драко горловой всхлип. Посмотрев в глаза своему Дракону, Люциус усмехнулся и взял его член в рот полностью, облизывая и посасывая, одновременно продолжая растягивать тугой вход.

Папочка раньше никогда так не делал, но Драко был уверен, что если он сам сделает так же в ответ, то тому понравится. В конце концов, папочке нравилось все, что делал Драко, и это было замечательно - он сам наслаждался, доставляя папочке столько удовольствия.

Выпустив, наконец, изо рта член сына, Люциус лег рядом с Драко, но прежде чем он успел сделать что-то еще, сын скользнул вниз и старательно облизал папочкин член. Для того, кто раньше никогда этого не делал, получилось у него просто отлично. Больше всего Люциуса возбудила именно невинность прикосновений и само желание сына доставить ему удовольствие.

Схватившись за спинку кровати, Люциус встал на колени и широко раздвинул ноги. Драко устроился прямо под его членом, некоторое время просто примериваясь, облизывая и посасывая его, пред тем как полностью взять в рот. Целиком он все-таки не поместился, но все же вошел достаточно глубоко, и Драко решил думать о нем, как о леденце на палочке. Спустя некоторое время, Люциус отодвинулся и вернул Драко в прежнее положение.

- Папочка? Тебе не понравилось? - почти страшась ответа, спросил Драко - ничто не пугало его настолько, кроме мысли о том, что папочке может не быть так же хорошо, как ему самому.

- Малыш, ты был великолепен. Но папочка хочет быть в тебе, когда будет кончать. Ты не против, Дракон?

Счастливый, оттого, что все сделал правильно, Драко застенчиво кивнул и раздвинул для папочки ноги. Люциус тут же встал меж его бедер, проверил, достаточно ли растянут его мальчик, наклонился и страстно поцеловал. Направив собственный член в тугое отверстие, он медленно скользнул внутрь, внимательно следя за Драко - больше всего он боялся повредить своему драгоценному сыну.

Драко ахнул  и двинулся ему навстречу, глубже принимая член в себя. Они никогда не трахались - они всегда именно занимались любовью. Ничего грубого - Люциус страшился причинить своему Дракончику боль.

Оба ненадолго замерли, медленно целуясь, а затем Драко чуть подвигался, давая папочке знать, что уже готов к большему.

Осторожно двигаясь вовнутрь и обратно, Люциус наслаждался каждым толчком, каждым стоном и всхлипом, каждым жестом Драко, который хватался за его бицепс и молил о большем. Эти моменты близости с сыном он обожал. Накрыв ладонью член Драко, он начал поглаживать его в такт движениям.          

- Ааа, папочка, еще… пожалуйста… - тихо стонал Драко.

Рыкнув, Люциус склонился, покрывая поцелуями его лицо. Облизав губы мальчика, он переместился на его шею, ненадолго задержавшись там, чтобы прикусить чувствительное местечко. Драко всегда был отзывчивым любовником - Люциусу безумно это нравилось - даже больше, чем то, что как бы часто он не входил в мальчика, тот все еще был тугим, как девственник. Белокурый сын двигался навстречу толчкам отца, извиваясь и постанывая, когда папочкин член двигался в нем рывками.

Немного ускорив темп толчков и движений собственной руки, Люциус наклонился для поцелуя и в то время, как оба были близки к экстазу, прошептал на ухо сыну:

- Я люблю тебя, мой Дракон. Только тебя.

Кончая, Драко закричал, и из его члена вдруг вырвалась перламутрово-белая струя, заливая папочкину грудь и его собственную. Люциус улыбнулся и сделал еще несколько толчков, тоже достигая пика. Затем рассмеялся, снова склонился для поцелуя и только потом отстранился, все еще улыбаясь.

Драко смотрел на него с некоторым страхом, боясь, что папочка смеется над ним. Но Люциус тут же рассеял его сомнения, поцеловав и уверив:

- Я же говорил тебе, что однажды ты тоже сможешь это сделать, - весело сказал он.

Драко хихикнул и притянул папочку к себе, целуя, пока тот не вышел из него. Драко всегда ненавидел, когда папочка выходил - это ощущалось противной пустотой. Зато с тех пор, как ему исполнилось девять, папочка стал оставаться на ночь в его кровати. Он прижался к Люциусу, положил голову ему на грудь и закинул на него одну ногу. Затем счастливо вздохнул.          

- Папочка любит тебя, Дракон. Сладких снов, - прошептал Люциус, целуя сына в макушку.           

- Тоже люблю тебя, папочка, - сказал Драко, зевнул и прижался к отцу, снова засыпая с улыбкой на лице.

 

Воспоминание: Неприятный случай.

В ночь перед поездкой в Хогвартс на четвертый курс, Драко решил попробовать кое-что новенькое. Он всегда любил находить разные способы прикасаться к себе, особенно с тех пор, как ему исполнилось двенадцать, так что он частенько входил в себя пальцами, представляя, что это папочка готовит его. Этим вечером он решил зайти немного дальше.

Достав из тумбочки баночку с маслом, он разделся, устроился на кровати и смазал собственные пальцы. Затем подтянул колени к груди, широко раздвинул ноги, одной рукой пройдясь по груди. Немного поиграл с сосками, в то время как вторая рука уже заканчивала путешествие под яичками.

Драко вошел в себя одним пальцем и застонал от наслаждения. Другой рукой спустился к члену и начал его гладить, не забывая двигать пальцем внутрь и наружу. Немного ускорив темп, он добавил еще один палец, двигая ими в себе как ножницами, словно готовя себя для папочки. Ни звука открывающейся двери, ни стона, сорвавшегося с папочкиных губ, Драко не услышал.

Люциус наблюдал, как Драко добавил еще один пальчик в собственную тугую попку и начал чуть ли не подпрыгивать на руке, пока другая яростно двигалась вдоль члена. Зрелище, открывшееся Малфою-старшему, было самым прекрасным, что тот когда-либо виде в жизни, поэтому он едва сдержался, и даже не схватил своего мальчика и не втрахал его в матрас. Собственное имя, выкрикнутое сыном, который начал двигаться еще быстрее, не понимая, что уже не один, вывело Люциуса из ступора.

- Папочка, - хрипел тот, не открывая глаз, представляя, что это отец доставляет ему такое наслаждение.

Мужчина повел плечами, скидывая мантию на пол, и пошел к кровати, забыв запереть за собой дверь. Драко заметил его только тогда, когда кровать прогнулась под дополнительным весом. Тут же широко раскрыв глаза, он увидел, кто перед ним - и усмехнулся. Папочка никогда не трахал его так сильно, как он мечтал. Сам Драко яростно трахал в школе других, но с папочкой они только занимались любовью, а ему так хотелось бы узнать, как это будет с отцом. Сегодня он решительно настроился это выяснить.

- Папочка, хочу тебя. Трахни меня! - прошептал он.

Зарычав, Люциус набросился на мальчика, яростно выпиваясь ему в губы, одновременно скидывая руку сына с члена. Резко схватив Драко за волосы, он откинул его голову назад, заглядывая в глаза.

- Ты хочешь жесткости, мой Дракон? - прошептал он, прожигая его горящим взглядом.

- Черт. Да! Пожалуйста, папочка, - прохрипел Драко, которого смесь боли и удовольствия возбудила еще сильнее.

Папочка усмехнулся:

- Хороший мальчик. Продолжай трахать себя пальцами, пока папочка не разрешит тебе остановиться.

Белокурый юноша кивнул и застонал, продолжая двигать пальцы взад и вперед. Он попытался потереться об отца, но Люциус придержал его, не давая приблизиться к себе.

- Знаешь, что со мной стало, когда я вошел и увидел тебя? Сладкий Дракон, ты выглядел таким восхитительным с широко раздвинутыми ногами и с пальцами в твоей тугой дырочке. Папочке захотелось перевернуть тебя и оттрахать с бешеной силой, - вкрадчиво поведал Люциус на ухо Драко.

Тот задрожал и снова попытался выгнуться Люциусу навстречу, но его развернули и поставили на колени. Зайдя сзади, так что Драко мог чувствовать только папочкин член, касающийся его задницы, Люциус прошептал:

- Возьмись за спинку, Драко, сейчас папочка тебя оттрахает.

Делая, что ему велено, Драко застонал от этих слов. Он широко раздвинул ноги и приподнял попку вверх. Сглотнув, Люциус сделал глубокий вдох, глядя на своего мальчика, стоящего перед ним на коленях, с широко разведенными ногами и выставленной округлой маленькой попкой. Сладкие ягодицы разошлись, открывая замечательную тугую дырочку. Больше Люциус ждать не собирался - он схватил баночку с маслом, валяющуюся тут же на простынях, нанес смазку на член, положил руки на бедра Драко и резко вошел в него.

Мальчик громко застонал, наслаждаясь каждым мгновеньем жесткого траха.

И никто из них не заметил, что дверь открылась пошире, не услышал испуганного «ах!», и шагов высокой светловолосой женщины, подходящей к кровати. Люциус продолжал яростно вбивать себя в тугую задницу сына.

Нарцисса смотрела на них - на сына, которого насиловал его же собственный отец. Она видела выгнутую спину, слышала отчаянную мольбу, и по ошибке умудрилась принять стоны наслаждения за боль и страх. Поймав взглядом побелевшие пальцы Драко, отчаянно вцепившиеся в спинку кровати, она сначала испытала отвращение, а затем жутко рассвирепела.            

- Какого черта ты делаешь, Люциус?! Как ты можешь?! Это же наш дорогой мальчик! Он не хочет! - выкрикнула она.

Люциус на мгновение замер, но Драко тут же сел к нему на колени. Увиденное далее, у Нарциссы вызвало рвотные позывы. Драко посмотрел на нее, заерзал на члене и простонал:

- Сильнее, папочка, трахни меня сильнее!

Нарцисса в ужасе поднесла руку ко рту, когда Люциус усмехнулся, и продолжил вколачиваться в Драко, одновременно схватив стоящий член сына, яростно сжав его и задвигав ладонью.

- ПАПОЧКА! - крикнул Драко и кончил.

Люциус вошел в него еще несколько раз, опустошил себя в сына и крепко прижал его к груди. Повернув голову, Драко впился в папочкины губы страстным поцелуем, постанывая и все еще насаживаясь на его член.

Еле сдерживая рвоту, Нарцисса выскочила из комнаты, но эти двое еще не закончили.

Драко продолжал двигаться на члене внутри себя, пока отец снова не возбудился и не втрахал его в матрас, как они оба давно и мечтали. Их уже несдерживаемые крики раздавались по Поместью - Нарциссу всю ночь рвало в туалете. Уснула она, опустив голову на унитаз.

Уложив маленького Дракончика в постель и накрыв его одеялом, Люциус прошептал:

- Папочка любит тебя, мой Дракон. Сладких снов.

- Тоже люблю тебя папочка. Мне всегда хорошо спится в твоих руках, - ответил Драко, прижимаясь к нему и засыпая с улыбкой на лице. Наконец-то Драко оттрахали так, как ему давно мечталось.

На следующий день он уехал в Хогвартс, поцеловав на прощанье папочку до того, как они вышли на станции из машины. Улыбнувшись тайной улыбкой, сын послал отцу воздушный поцелуй, как только поезд тронулся. Люциус вздохнул, не желая, чтобы его маленький Дракон уезжал от него, но зная, что они скоро увидятся снова.

           

Воспоминание: Несчастье матери (или, как поставить суку на место)

Драко был очень счастлив вернуться домой после долгого четвертого курса. В ночь перед отъездом в школу, его отец, наконец-то, трахнул Драко так, как ему хотелось. И это оставалось лучшим, что с ним произошло, пусть даже мать случайно оказалась свидетельницей этой сцены. Сидя в поезде рядом с Панси, своей «девушкой», Драко вздыхал, предвкушая предстоящее веселье с папочкой. Разумеется, он уже знал об отношениях Панси с ее собственным отцом, но предпочитал не задумываться об этом, потому что тоска по папочке тут же возрастала.

Поезд остановился на станции, Драко выбежал и сразу увидел отца. Подбежав к Люциусу, он крепко его обнял, не обращая внимания на выражение лица матери - отвращение. Отстранившись, Люциус вымученно улыбнулся Драко, но сын хорошо видел любовь, сияющую в папочкиных глазах. Драко понял, что что-то не так, но отец скажет ему об этом только тогда, когда матери не будет рядом.

Все втроем они сели в машину и молча поехали в Поместье. Нарцисса молчала, потому что не могла придумать, что сказать этим двоим, без того, чтобы ее не затошнило, а Люциусу и Драко слова были просто не нужны - они обменивались страстными взглядами, когда считали, что на них не смотрят. Как только они приехали, Люциус потихоньку от Нарциссы быстро затащил Драко в кабинет для важного разговора.

В тот же миг, как дверь закрылась, Драко бросился к Люциусу и начал его целовать. Люциус крепко прижал к себе маленького Дракона и жадно целовал в ответ. Затем отстранился и серьезно глянул на сына - заводить этот очень серьезный разговор ему совсем не хотелось.

- Драко, малыш, нам надо поговорить, - наконец, сказал он.

Драко внезапно охватило подозрение, что папочка больше не хочет его.

- Нет, папочка, пожалуйста… - его губы задрожали.

Тон сына разбивал сердце Люциуса. Не выдержав, он притянул Драко к себе:

- О, Дракон… Твоя мать - отвратительная корова. С тех пор, как ты уехал, она медленно, но верно превращает мою жизнь в ад, все время вспоминая то, что видела. И теперь она решила спать в моей постели, пока ты дома, чтобы не дать нам быть вместе.

Слезы катились по щекам Драко:

- Папочка, ты больше не хочешь меня?

- Малыш, я никогда не перестану хотеть тебя. Но она твердо решила разлучить нас - я ничего не могу поделать, кроме как выкинуть ее и… - Люциус прикинул, как понятнее объяснить Драко ситуацию. - Понимаешь, то, что мы делаем, очень осуждается обществом. Не все отцы спят со своими сыновьями.

Его слова еще больше расстроили Драко - не то, чтобы он не знал об этом, но ему всегда казалось, что уж его отца это точно не волнует.

- Но… ты говоришь, что считаешь это неправильным?

- Мерлин, нет! Я люблю тебя всем сердцем, Дракон, но если вышвырнуть ее, она проговорится, и тогда мы больше не сможем быть вместе, - притянув сына еще ближе, Люциус поцеловал его в макушку. - Я не хочу потерять тебя, Дракон.

Драко улыбнулся папочкиным словам и уткнулся носом в шею Люциуса, вдыхая его аромат:

- Ты никогда не потеряешь меня, папочка. Я люблю тебя.

Люциус скривился и грустно вздохнул:

- Но нам придется прекратить на время, чтобы она нам поверила. Прости, малыш.

Драко кивнул сквозь слезы, давая Люциусу понять, что мотивы ему ясны. Люциус еще раз поцеловал его, горячо уверяя, что любит сына больше всего на свете, и вышел. Дверь закрылась и Драко тут же начал яростно искать выход. Мамашу надо было как-то обезвредить - в его глазах она упала окончательно, так что больше всего ему хотелось избавить собственную семью (а еще лучше - мир) от ее присутствия. Он точно найдет способ вернуться в кровать к отцу.

Тем же вечером, хоть и гораздо позже, когда папочка и сука отправились спать, Драко откинул одеяло и стянул с себя пижаму. Перевернулся на спину, широко раздвинул ноги и, подтянув колени к груди, начал себя готовить. Способ добраться до папочки был найден, теперь оставалось только пробраться в комнату к родителям и удивить их обоих.

Пока его пальцы двигались внутри, он представлял себе папочку, вспоминая недавнее время, когда делал то же самое, пропустив папочкин приход в комнату. Драко отчаянно хотел, чтобы это снова произошло, но понимал, что запланированная выходка будет еще лучше. Посчитав, что растянут достаточно, Драко накинул на плечи мантию, взял баночку с маслом и бесшумно пробрался в папочкину спальню. Там он прошел к кровати и скользнул под одеяло.          

Люциус тихо застонал во сне, когда смазанная рука Драко коснулась его члена. Нарцисса не шевелилась, но и Люциус не просыпался, хотя член отреагировал как надо. Возбудив и смазав отца, Драко сел сверху, так, чтобы папочкин член коснулся впадинки меж ягодиц, и наклонился поцеловать папочку в губы. Головка члена медленно заскользила внутрь Драко - и это разбудило Люциуса.

- Драко, что ты делаешь? - тихо спросил он, стараясь не разбудить жену.

Мальчик усмехнулся и снова наклонился за поцелуем:

- Готовлюсь принять твой член, папочка. Разве ты против? - невинно спросил он.

Люциус застонал, но попытался взять себя в руки:

- Малыш, мы не можем. Твоя мать спит рядом - она проснется.

- И пусть. Она все равно не увидит ничего нового, - ухмыльнулся Драко и полностью опустился на член Люциуса.

Тот громко застонал - невозможно было думать о том, что нужно прикрыть рот, или еще как-то сдержаться - только не тогда, когда тугая задница сына обхватывает его член. Постанывая и целуя отца, Драко начал двигаться. Выпрямившись, он быстро и резко насаживался на член внутри себя. Оба производили достаточно шума - ни одного из них уже не волновала мысль, что Нарцисса проснется. Что и произошло.

Открыв глаза, Нарцисса увидела собственного сына, скачущего на Люциусе с таким видом, словно от этого зависела его жизнь. Рука ее мужа дергала член Драко, заставляя того стонать еще громче. Ошеломленный возглас привлек внимание Драко - посмотрев ей в глаза, он задвигался еще быстрее, одновременно провоцируя отцовскую ладонь сжиматься вокруг члена еще плотнее.

- О! Отец! - кончая, выкрикнул Драко, невозможно сильно сжимая внутренние мускулы.

И продолжал двигаться, доводя до экстаза папочку:

- Драко!

Наблюдающая за всем этим Нарцисса чувствовала, что ее мир разваливается на кусочки: ее муж и ее сын - любовники. Люциус не заставлял Драко, тот сам хотел этого. В конце концов, если бы он не хотел - не стал бы пробираться сюда и садиться на Люциуса, не так ли? Осознание полностью изменило ее отношение к происходящему - если они хотят трахаться - пусть. Больше она не будет пытаться их остановить.           

Она молча поднялась с постели и, ни разу не оглянувшись, прошла в собственную комнату. Усмехнувшись, Драко поцеловал отца:

- Видишь? Она не может надолго разлучить нас, папочка. Я же знал, что смогу все исправить.

Притянув сына к себе, Люциус рассмеялся и повернулся на бок, укладывая мальчика рядом с собой:

- Я тоже знал, что у тебя получится, Дракон. И рад, что ты это сделал. Не думаю, малыш, что она еще будет доставать нас.

- Да папочка, - Драко уткнулся в шею отцу.

- Теперь пора спать. Я люблю тебя, Дракон. Сладких снов, - сказал Люциус, целуя любимого сына в губы.

- Люблю тебя, папочка. Не могу спать без тебя, - прошептал Драко, тесно прижимаясь к папочке и засыпая с улыбкой на лице.

С того дня, точнее, с ночи, Нарцисса больше не упоминала о том, что ее муж и сын спят вместе, хотя и знала, что это правда. Она решил делать вид, что ничего не происходит. И хотя будущее семьи было ей небезразлично, она отказывалась думать на эти темы, зная… нет, надеясь, что со временем вопрос решится сам собой.

           

Воспоминание: Мой Отец, Мой Любовник

Это произошло через два года после того, как Нарцисса застала Драко и Люциуса вместе в постели, и через год, после того, как смирилась с тем, что помешать им не сможет. Чтобы помочь ей это осознать, Драко пришлось ночью забраться в родительскую спальню, насадится на член отца и скакать на нем до тех пор, пока оба не кончили, делая вид, что ее здесь нет. С того момента она оставила их в покое, надеясь, что те сами как-нибудь поймут, что творят, потому что она точно не смогла дать этому определение.

Драко вот-вот должен был уехать в школу, учиться на шестом курсе. Люциуса выпустили из Азкабана почти сразу же после того как поймали, и Нарцисса старалась вести себя как можно незаметнее. Она запиралась у себя в комнате, опасаясь выходить ночами даже для того, чтобы пропустить рюмочку перед сном. Впрочем, домашние эльфы носили ей ликер прямо в спальню. Состояние блаженного неведения по поводу того, что творится в комнате ее мужа, Нарциссу вполне устраивало.

Как обычно Люциус и Драко лежали на кровати, лицом к лицу, целуясь, и лаская друг друга. Драко стонал от каждого движения отцовской руки на члене, устремляясь ему навстречу и моля о большем.

- Папочка, трахни меня, - задыхаясь проговорил он.

На секунду Люциус задумался, точно что-то взвешивая, и принял решение:

- Мой Дракон, папочка хочет, чтобы не этот раз ты трахнул его.

От этих слов Драко чуть не свалился с кровати - Люциус всегда был сверху.

- Я?

- Да, ты, - мужчина хохотнул. - А к кому, по-твоему, я обращаюсь?

Молодой человек с жадностью оглядел отца, придвинулся ближе и начал нежно целовать его в шею:

- Ты хочешь, чтобы я был сверху?

- Кажется, именно это я и сказал, - подтвердил тот.

- Думаю, я могу это устроить, - хрипло ответил Драко.

У Драко уже был некоторый опыт «сверху», но не с Люциусом. То, что Малфой-младший вытворял в школе, касалось только его - Люциус об этом не желал ничего знать. Ни о людях, с которыми спал Драко, ни об их существовании. Но даже если он знал, что Драко трахает других, то все равно был уверен, что оставался единственным, кому посчастливилось быть внутри Дракона. Только это примиряло его с мыслью о том, что Драко был и с другими.

Драко навис над ним. Подвинувшись, Люциус лег на спину, застонав и выгнувшись, когда нежные пальчики начали ласкать его грудь, играя с сосками, пока те не отвердели, превратившись в два возбужденных бугорка. Затем пальчики перебежали ниже, прошлись по дорожке волос, ведущей к члену - Драко определенно знал, что делает. И Люциус совершенно об этом не жалел.

Рука двинулась еще ниже, осторожно раздвигая ноги отца, чтобы пробраться между ними, впервые коснувшись входа. Люциус резко выдохнул, когда пальчик Драко вошел в него - в этом смысле он уже давненько ни с кем не был. Да, он трахал других, пока Драко был в школе. Да, раньше ему приходилось бывать снизу, но с тех пор, как он получил своего Дракона, больше его там не трогал никто - это было только для Драко.

Шестнадцатилетний юноша двинул пальцем и усмехнулся, услышав стон отца, и добавил еще палец. Осторожно двигая ими, он растягивал вход, надеясь, что все делает правильно. С другими он проделывал это уже много раз, но с папочкой - впервые, и сейчас очень нервничал, опасаясь, что вдруг окажется не слишком хорош для того.

Почувствовав в себе третий палец, Люциус застонал, вжимаясь в руку сына и выгибая спину. Драко наклонился и начал целовать его, одновременно раздвигая упругие мускулы. К тому времени, как добавился следующий палец, Люциус уже умолял, что-то бессвязно бормоча.

- Пожалуйста, Драко. Трахни меня, сейчас. Я так хочу тебя, - выдохнул он, глядя сыну в глаза.

Слова ударили в молодого человека с силой пятитонной стены. Неуклюже встав между ног отца, он нервно вошел в него, прикусив губу и крепко зажмурившись, на случай, если делает что-то не так, или - Мерлин упаси - папочке больно. Люциус протянул руку и нежно погладил Драко по лицу:

- Эй, что не так, малыш? - обеспокоено спросил он.

Открыв глаза, Драко уставился в серебристые озера глаз, так похожих на его собственные:

- Не хочу сделать тебе больно, папочка. И не хочу, чтобы ты подумал, что я плох в этом. Я хочу доставить тебе удовольствие.

От слов сына Люциус чуть не заплакал.

- Ты никогда не будешь плох со мной, и не сделаешь мне больно. Потому что это ты - все будет восхитительно прекрасно, - притянув сына к себе, прошептал он ему на ухо. И добавил фразу из далекого детства Драко. - Папочка просто хотел, чтобы тебе было хорошо, малыш.           

Юноша полностью вошел в отца и остановился, давая тому возможность привыкнуть. Как только Люциус дал понять, что готов, Драко начал медленно двигаться, одной рукой поглаживая член папочки, а другой держа его за бедро. Откинув голову назад, Люциус обхватил Драко ногами за талию - он уже и забыл, как хорошо иметь кого-то внутри себя. Хотя, конечно же, никто никогда не даст ему того, что сейчас давал ему Драко.

Они двигались как единое целое, постанывая и вскрикивая, твердя друг другу, как им хорошо. Именно этого они ждали всю жизнь.

Теперь они стали единым целым во всех смыслах. Годами Люциус занимался любовью с Драко, и вот теперь сын возвращает ему это. С тех пор, как он впервые вошел в Драко, это было самым замечательным ощущением в его жизни - словно попасть в рай.

Оба подбирались к пику, движения руки Драко и его толчки ускорились - он уже почти вбивался в отца, но снова замедлил темп, чтобы продолжить занятия любовью. Притянув Драко в поцелуй, Люциус двигал бедрами, встречая каждый толчок сына, насаживаясь на его член. Через несколько минут кончили оба, Люциус - первым, выкрикнув имя сына, пока его тело сотрясал умопомрачительный экстаз.

Драко последовал за ним, с силой входя в тугое, конвульсивно сжимающееся отверстие. Пара толчков - он закричал и рухнул на отца, но папочкины руки обхватили его и прижали, давая возможность насладиться ощущениями.

- Это самая замечательная вещь в мире, Дракон. Спасибо, - мягко сказал Люциус, голос которого был полон непролитыми слезами счастья.

Драко посмотрел на него и улыбнулся:

- Значит, я все сделал правильно, папочка? - нахально спросил он.

Люциус не мог не рассмеяться, вспоминая некоторые моменты, когда тот же вопрос задавался его драгоценным Дракончиком:

- Да, малыш, ты был великолепен, - он притянул его к себе и поцеловал, прежде чем прошептать. - Никого нет, только ты.

Драко покраснел еще до того, как понял, что ему сейчас было сказано:

- Я знаю. Для меня тоже никого не существует, только ты.          

Мужчина был счастлив услышать слова сына. Конечно, он знал, что Дракон его любит, но все равно опасался, что тот со временем устанет от него и бросит - особенно с тем бешеным количеством партнеров, которых поимел в школе. Оказывается, ему даже волноваться об этом не стоило.

Драко прижался теснее, зарываясь лицом в шею Люциуса и вдыхая знакомый аромат. Люциус обнял его еще крепче, наслаждаясь временем, проводимым с сыном, вместо того, чтобы думать обо всем плохом, что может случиться с ними в будущем.

- Я люблю тебя, Дракон. Сладких снов, - сонно сказал он, зевая. Поцеловал любимое лицо и закрыл глаза.

- Тоже люблю тебя, папочка, - шепну Драко, поцеловал отца еще раз и заснул со счастливой улыбкой на лице.

           

Как Драко узнает о своей будущей жене… (Вся правда о Панси и Драко).

Панси Паркинсон и Драко Малфой знали друг друга все жизнь. Как знали и то, что, возможно, им придется пожениться, когда достигнут совершеннолетия, хотя ни один из них старался об этом не думать, потому что понимали, что если им все же придется это сделать, они не смогут быть с теми, кого действительно хотят - с собственными отцами.

Понимаете, так получилось, что и Драко и Панси с детства спали с отцами - Драко с пяти лет, а Панси с семи. И ни один из них не хотел, чтобы это закончилось. Каждую ночь, когда они приезжали на каникулах или в Рождество домой, отцы посещали их постели. Причем, другой не догадывался, что у будущего предполагаемого супруга точно такая же ситуация. И вот однажды они это выяснили.

Пока дети были в школе, их отцам (к сожалению) приходилось искать отдушину на стороне, если тем хотелось потрахаться. Но это же касалось и самих Панси с Драко - и именно тогда они пришли к первому соглашению. Теми ночами, когда им просто необходимо было расслабиться, они шли друг к другу в постель. Их отцы знали, что детки спят друг с другом, хотя мистер Паркинсон и мистер Малфой, скорее всего, не думали о других любовниках - если я чего-то не вижу, значит, этого нет.

К третьему курсу обоим до полусмерти хотелось поделиться секретом о ночных отношениях с отцами, но каждый боялся реакции другого. Оба не были глупы, и хорошо понимали, что то, что они вытворяют со своими папочками, нормальным не назовешь при всем желании. Поэтому оба молчали, встречаясь с другими студентами, если второй на тот момент был занят. Но пришел день, когда они открылись друг другу.

Они сидели в общей комнате, занимаясь домашней работой - и оба были не прочь порезвиться. В гостиной больше никого не было (да даже если бы кто и был - вряд ли кто заинтересовался, разденься они и начни облизывать друг друга, как карамельки). Панси первая пересела к Драко на диванчик, решив посмотреть, сможет ли она соблазнить его на трах. Ее рука скользнула по бедру Драко - тот моментально прервал учебу и внимательно посмотрел на девушку, понимая, чего она хочет.

Утвердившись во мнении, он усадил Панси к себе на колени, одновременно целуя в шею и расстегивая кофточку, чтобы добраться до небольшой грудки. Пока Драко облизывал и ласкал ее соски, Панси извивалась, ерзая на его коленях, умоляя трахнуть ее. Блондин усмехнулся и дернул ее на себя, засовывая руку ей между ног и отодвигая трусики, чтобы удобнее подобраться к влажной теплой расщелинке. Когда палец вошел в нее, Панси застонала и начала насаживаться на его руку, в то время, как он не прекращал терзать ее соски.

- Мерлин… Драко, трахни меня, как папочка, - она осеклась, когда поняла, что сказала, и попыталась вырваться, уверенная, что теперь тот точно почувствует отвращение к ней.

- Панс… ты тоже? - тихо спросил он.

- О чем ты? Ты то… О… Да, думаю, что да, - мягко ответила она.

- Отлично, - сказал Драко и продолжил приятное занятие, вырывая у нее все больше стонов, проникая пальцами все глубже.

Обычно Панси любила поспорить, но эту тему она решила не поднимать - как она поняла, Драко не собирался отворачиваться от нее, узнав ее тайну, а сейчас ей слишком не хватало члена между ног. Извиваясь у Драко на коленях, она запустила руку в его брюки и вытащила стоящий (в этом она не сомневалась) член. Когда ее тонкие теплые пальчики сомкнулись на подрагивающей головке, Драко застонал.

Придвинувшись ближе, Панси села на этот член, вздохнув от замечательного ощущения заполненности, но Драко заметил на ее лице выражение почти полного умиротворения и толкнулся вверх, привлекая ее внимание. Открыв глаза, Панси усмехнулась, наклонившись за страстным поцелуем, и начала так усердно двигаться, словно сегодня был последний день перед Апокалипсисом.

Одной рукой Драко придерживал ее за бедра, а другой скользнул ей между ног, начав поглаживать клитор. Не зря они учили друг друга, как можно доставить наилучшее наслаждение. Пальцы Драко двигались по самой эрогенной точке Панси, в то время, как та скакала у него на коленях и громко стонала. Драко потянулся к ней, целуя и покусывая ее шею, но пальцы так и не отпускали клитор.

Панси кончила, громко вскрикнув, стенки ее влагалища сжались вокруг члена Драко - и тот тоже кончил, заполнив ее спермой.

Пока оба восстанавливали дыхание, Панси положила голову ему на плечо, а потом оба медленно расцепились, чтобы привести себя в порядок. Теперь можно было заняться домашней работой.

Несколько дней спустя, когда они лежали на кровати, приходя в себя после очередного траха, Панси, наконец, завела тот самый разговор:

- Драко, а что ты хотел сказать, когда говорил «ты тоже»?           

Посмотрев ей в глаза, Драко нахмурился:

- О, ты говоришь о своем отце? - и продолжил после ее кивка. - Ну, мой отец тоже приходит ко мне по ночам. Поэтому тебе не о чем беспокоиться, Панс. Твой секрет у меня в полной безопасности, так же как и мой - у тебя. - Он зевнул. - Любимая, а не пора ли нам спать?

Панси согласно кивнула и прижалась к нему, устраиваясь поудобнее. Больше на эту тему они не говорили, пока не стали чуть постарше.

Когда обоим было по четырнадцать, они вместе пошли на бал, но быстро свалили оттуда - им хотелось потрахаться в кабинете по дороге в подземелья. Где их чуть не застукал Поттер с компашкой - грязнокровкой и Уизелом. К счастью, те прошли мимо, так и не открыв дверь, не то им досталось бы незабываемое зрелище - Панси с Драко как раз трахались на одной из парт.

Люциуса посадили в Азкабан, когда Драко исполнилось пятнадцать. До окончания семестра оставалось меньше двух месяцев, и отца Драко поймали в Министерстве в обществе Волдеморта. Узнав эту новость от собственной матери, Драко пришел в ярость - та не слишком понимала его, хоть и догадывалась, что для сына это значит очень много. Единственной, кто его тогда хорошо понял, оказалась Панси - та приходила в ужас при одной мысли, что ее отец мог бы тоже попасть в тюрьму.

Ночью, когда Драко об этом узнал, Панси сделала все, что только было ей по силам, чтобы успокоить Драко и уверить, что даже если Люциус не сможет выйти из Азкабана, то любить сына он все равно не перестанет. Тогда они и занялись любовью первый раз - то, чего не делали ни с кем, кроме своих отцов - а потом просто лежали и болтали до самого утра.

Той же ночью они составили план - еще одну договоренность - уже о том, что однажды поженятся. По крайней мере, им это должно было помочь избежать ненужных разговоров, позволив жить собственными жизнями за закрытыми дверями. Они смогут произвести наследника для семьи Малфоев, а саму Панси не будут считать в обществе старой девой. Оба понимали, что не влюблены, хотя и любят друг друга. И что единственные, кто будут всегда занимать место в их сердцах - их же собственные отцы. План оказался прост и приемлем для обоих, тогда-то они и поклялись, что однажды раскроют этот план дорогим им людям. А пока им оставалось только держать его при себе и надеяться, что все пройдет так, как они задумали.          

Люциуса выпустили из тюрьмы через неделю после окончания занятий в Хогвартсе - той же ночью он был в постели сына. Драко всю ночь не давал ему спать, а на следующий же день Люциус крепко обнял приехавшую убедиться, что все в порядке, Панси, поблагодарив за все. И Люциус и мистер Паркинсон замечали отношения детей, но предпочитали молчать, слишком боясь, что их опасения подтвердятся, хотя ни один из них не был настолько глуп, чтобы не понимать, что однажды их дети поженятся.

Время шло, Панси и Драко становились все ближе и ближе друг к другу - они действительно любили друг друга, и в конце концов была свадьба, затем рождение наследника… Но ночами в их постелях были другие. Драко спал с Люциусом, а Панси - со своим отцом. Все так, как и должно было быть.

Это вся правда о Панси и Драко.

          

Что Драко делал в школе…(Другие любовники Драко)

Драко Малфой был сексуально активным подростком. Он спал с отцом с пяти лет, трахал Панси с двенадцати, а с тринадцати не пропускал в Хогвартсе ничего, из того, что двигалось. В общем, в любой момент, да хоть прямо сейчас, вы можете обнаружить его либо в одном из кабинетов, либо в каком-нибудь темном углу, либо в пустующем коридоре, где он будет кого-нибудь трахать.

Спросите любого - вам обязательно расскажут несколько историй, приключившихся с ними самими, а может, наблюдаемых со стороны, которые включали бы Драко и трах. Некоторые описания будут яркими и детальными, другие - без особых подробностей, но все они будут правдой. Возможно, вам повезет услышать об эпизоде, включающем знаменитых близнецов Уизли, или о том, как Драко сделал Снейпа на его же собственном столе. По Хогвартсу даже как-то ходили слухи о нем и МакГонагал, и даже Дамблдоре, но Драко сам их быстро пресек.

Что ж, вот вам несколько эпизодов, точно имевших место.

Однажды Терри Бут, идущий по своим собственным делам, наткнулся в одном из коридоров на Драко с Гермионой Грэйнджер. Вы, конечно, спросите, зачем бы Драко вообще с ней связываться, тем более - заниматься сексом… Я скажу вам, что у него наверняка были какие-то скрытые мотивы.

По словам префекта Райвенкло, Драко прижимал гриффиндорскую зубрилку к стене, его рука двигалась у той под юбочкой, ноги Гермиона закинула ему на талию и умоляла о большем. Он облизывал и покусывал ее шею, в то время как та, откинула голову назад. До оргазма Драко доводил ее пальцами - даже если его и не тошнило оттого, что он ею пользовался, пачкаться, трахая ее, он точно не собирался. Зато теперь она будет ему обязана.

Вам ведь интересно, как умудрилась Гермиона влипнуть в эту ситуацию? Спросите ее саму - она будет яростно все отрицать, но зато, переводя стрелки, расскажет, что видела сама. Если вы, конечно, согласитесь послушать.

Как-то раз, войдя в спальню девочек, она увидела Драко сразу с двумя девчонками - своей однокурсницей Парвати и с ее сестрой-близняшкой Падмой. Все трое сплелись, потерявшись в поцелуях и ласках.  Каким-то образом Малфой умудрился заставить обеих девочек ублажать друг друга - Гермиона до сего дня, не может понять, как ему это удалось. Из темного угла она смотрела, как Драко насаживает Падму на пальцы, в то время как та вылизывает Парвати. Падма стояла на коленях, спиной ко входу, так что Гермионе было хорошо видно, как двигаются пальцы Драко.

Когда обе кончили, Драко сел между раскинутых ног Парвати, затем усадил Падму той на грудь, чтобы видеть быстрый язычок, удовлетворяющий сестру. Гермиона посмотрела еще немного, и срочно отправилась в ванную комнату за холодным душем.

Если вы прижмете Парвати к стенке, она не сможет отрицать очевидного. Может, даже поведает подробности, упущенные Гермионой, а за совсем уж интимными описаниями отправит к сестре… Но это уже будет другая история - сейчас мы говорим о Драко и его приключениях в данный момент.

Крэбб и Гойл, занятые обычными делами - поисками еды, если точнее, наткнулись на Блейза, стоявшего на коленях в одной из постелей их же спальни, в то время, как Драко трахал его сзади. Забини стонал в голос, а Драко яростно дергал его член, доводя до экстаза. Затем, добившись желаемого, вошел в парня еще несколько раз и кончил сам. Когда оба отдышались, Драко просто отпихнул Забини и продефилировал в ванную.

У Северуса Снейпа тоже есть парочка историй, но любимая как раз о том, как он застукал Поттера, отсасывающего у Драко прямо в коридоре. Блондин откинулся на стену, а гриффиндорец стоял перед ним на коленях и так сосал член Драко, словно от этого зависела его жизнь.

Сам Снейп бы сказал, что даже не это было самым лучшим - ведь потом Поттер расстегнул собственные брюки, вытащил свой член и яростно его дергал, одновременно отсасывая врагу! Мальчик-Который-Выжил, сосущий член Драко Малфоя, и при этом еще и дрочащий! Посреди коридора! Где их мог увидеть кто угодно в любой момент! Разумеется, Драко знал, что за ними наблюдают, поэтому принялся громко стонать, трахая в рот Золотого мальчика и запустив пятерню в черные волосы.

Кончив Поттеру в рот, Драко оттолкнул его и ушел, оставляя того смотреть ему вслед и раздумывать, какого черта только что произошло. При этом, Поттер даже не сообразил, что задрочил себя до экстаза, пока отсасывал Малфою - и ведь он все еще не выпускал из рук собственный член! Снейп, скрывающийся в тени, давился хохотом, гогоча чуть ли не в голос.

Кое-что видел и Невилл. По дороге в третью теплицу за дополнительными очками по Гербологии он услышал шум из второй теплицы и решил проверить, что же там такое случилось. То, что он увидел, открыв дверь, будет теперь до конца жизни терзать его ночами.

Прямо на тепличном столе, среди растений и цветочков, расположилась Ханна Эббот. Ее юбочка болталась где-то в районе талии, голова была откинута назад в порыве страсти, А меж ее ног стоял Драко и резко двигал бедрами, трахая девушку довольно сильно. Та обхватывала его ногами, стремясь оказаться как можно ближе, и умоляя дать еще больше, резче, сильнее. Очень скоро оба кончили - Драко заправил член в брюки, застегнулся и ушел, оставив ту лежать на столе, с широко раскинутыми ногами и капающей собственной спермой. Бедный Лонгботтом вывалился из теплицы, напуганный на всю оставшуюся жизнь.

Если вы спросите у Поттера, видел ли тот хоть что-нибудь, он мгновенно свалит, смущенно оглядываясь, но не раньше, чем припомнит причину собственного поведения с Драко. А было так - Поттер мотался по школе, скрываясь под мантией-невидимкой, и наткнулся на заброшенный кабинет. Разумеется, оттуда доносились звуки.

Гарри открыл дверь - и его челюсть покатилась по полу. На пыльном столе лежала Лаванда Браун, перед которой на коленях стоял Драко Малфой, вылизывая… вылизывая… У Поттера выкатились еще и глаза. Малфой занимался этим до тех пор, пока тело девушки не затряслось в оргазме, затем встал, и с усмешкой, которая вполне могла бы посоперничать с отцовской, начал трахать Лаванду.

Деревянный стол аж сотрясался от силы его толчков и ее судорожных встречных рывков. При каждом движении Драко стонал, от удовольствия прикусив нижнюю губу. Заставив девушку кончить еще раз, он кончил сам, вытащил член и ушел, оставив ее приводить себя в порядок в одиночестве.

Никто не знает достоверно, но многие уверены, что именно эта сцена заставила Гарри захотеть, чтобы Малфой трахнул его. Опять же, неизвестно, получил ли Поттер свой трах, но точно ясно, что Драко позволил ему отсосать у себя и подрочить при этом.

Панси тоже может рассказать несколько историй, но ее любимая - о Драко, сидящем на диване (на том же самом месте, где она оседлала его на третьем курсе), пока Нотт стоял перед ним на коленях, опустив голову к паху. Голова Драко покоилась на спинке дивана, светлые волосы разметались по черной коже, а Нотт облизывал его член. Пока однокурсник доставлял ему удовольствие, руки Малфоя спокойно лежали на подлокотниках.

Теодор смотрел на Драко, в то время, как глаза блондина были плотно зажмурены - скорее всего, тот представлял вместо ноттовсокого рта - отцовский. Наблюдая от входа за всем этим, Панси улыбнулась, точно зная, о чем сейчас думает ее лучший друг. Все это ничем не отличалось от его - так же как ее - обычных фантазий во время постороннего траха.            

Еле слышно вздохнув, Драко кончил - его тело напряглось на мгновение, а затем снова расслабилось на диванных подушках. Нотт улыбался, но Драко не смотрел на него. Нахмурившись, Теодор поднялся с пола, раздумывая, что же он сделал не так - он просто не знал, что кроме отца Драко никто и никогда не сможет удовлетворить. Когда недоумевающий юноша ушел, Панси подошла и села рядом с Драко. Тот обнял ее, притянув к себе, и чмокнул в макушку.

Драко и сам может рассказать вам многое - ни один из тех случаев не значил для него ничего. Было еще много других партнеров, кроме упомянутых, но эти запомнились, потому что были свидетели. Каждый раз, трахая кого-то, или позволяя отсасывать себе, Драко думал не о них, а об отце.

Вы все еще удивляетесь, почему Драко всегда контролировал ситуацию? Могу поделиться единственным достойным объяснением - папочка очень хорошо обучил сына.



-На главную страницу- -В слэш по "Гарри Поттеру"-