Шах и Мат

Часть 2. Игра

Глава 6

Как это все произошло?

Никто и не предполагал -

Я сам того не сознавал,

Что ты мне очень близок стал

Прежде, чем я тебя узнал.

Пер. Dancing Wind

 

            Несмотря на то, что Гарри работал так быстро, как только мог, было уже гораздо больше восьми вечера, когда он наконец закончил домашнюю работу. Рон и Гермиона где-то уединились, а Дин, Невилл и Шеймус полностью сконцентрировались на каком-то глобальном проекте, который им нужно было подготовить до следующего понедельника к занятиям по продвинутому курсу Травологии, так что никто не задал Гарри ни единого вопроса, когда он покинул гостиную Гриффиндора. Гарри не собирался никому рассказывать, куда направляется. Если они хватятся его прежде, чем он вернется…. что ж, он что-нибудь придумает по ходу пьесы.

            Гарри быстрым шагом прошел по коридору и спустился по лестнице. Его одновременно охватили приятное волнение и нервозность. «Ой, да ладно тебе, Поттер, - сказал он себе, - признайся. Ты же до чертиков испуган!». Он вспомнил, что профессор Дамблдор говорил об отце Драко. Гарри всерьез отнесся к предостережению, потому что знал, что, скорее всего, ему рано или поздно все равно придется столкнуться лицом к лицу с Люциусом Малфоем и другими Пожирателями Смерти - ведь он был их первейшей целью. От этой мысли ему стало как-то нехорошо, и в этот момент Гарри больше всего на свете хотел никогда больше не встречаться ни с Волдемортом, ни с его приспешниками. По крайней мере, он не собирался этого делать, пока была такая возможность. Но то, что Волдеморт опасен, новостью отнюдь не являлось. А вот что действительно заставляло Гарри нервничать, так это грядущая встреча с Драко, таившая в себе, по мнению Дамблдора, неизвестность и едва ли не опасность. Что бы это ни означало.

            Мысленно Гарри вернулся к тому, что сделал Драко днем, когда они говорили с Дамблдором. Даже сейчас одно только воспоминание об этом заставляло гриффиндорца краснеть. Он как раз пытался объяснить директору, что они не дрались, когда вдруг ощутил, что Драко почти прижался к нему. Пальцы слизеринца скользнули под рукав его мантии и так-удивительно-мягко, так-удивительно-нежно погладили ладонь Гарри - от кончиков пальцев к запястью и обратно. Потом Драко переплел свои пальцы с пальцами Гарри, и какую-то секунду они держались за руки. Слава богам, что это пресс-папье свалилось со стола директора - по крайней мере, оставалась надежда, что Дамблдор не заметил действий Драко. Все это заняло не более нескольких секунд, но Гарри едва не превратился в желеобразную массу, прежде чем слизеринец пожал ему руку и отодвинулся.

            Никто, кроме Драко Малфоя, не мог разбудить в нем таких сильных эмоций одним лишь взглядом, или словом, а теперь вот прикосновением  - и, о Боги, поцелуем. Это должно было означать нечто важное, и нервничал сейчас Гарри или нет, но он хотел выяснить, что именно.

            Все между ними изменилось так быстро и так кардинально, что казалось, со вчерашнего дня прошла целая вечность, и сейчас, на пике нервозности, Гарри ощущал смущение и опасение. Действительно ли он теперь доверял Драко? Как он мог в один день стереть из памяти шесть лет вражды? А ведь именно это он и сделал. Конечно, все это по-прежнему могло оказаться всего лишь ловким трюком, но он видел достаточно правдивое доказательство того, что Драко изменился. Почему-то Гарри был уверен - хотя и совершенно не мог объяснить своей уверенности - в том, что происходящее не было уловкой, и перемена, которую он наблюдал в Драко, была настоящей. Сердце умоляло его поверить в слизеринца и простить его. Но все же, следовало ли ему так поступать? Раздумья заводили в лабиринт вопросов без ответа.  А так как ответить на них мог только Драко, Гарри пошел дальше.

            Он без труда нашел альков, который скрывал лестницу, ведущую в башню и в комнату Драко. Смешно, что он никогда прежде не замечал ее, но с другой стороны, многие детали архитектуры Хогвартса именно таковы: ты никогда не увидишь их, если не знаешь, что они там есть. Лестница закручивалась спиралью, и на каждом этаже были двери. Гарри насчитал целых пять, прежде чем оказался на самом верху. У него в сознании промелькнул вопрос относительно того, кто живет в остальных комнатах, но все мысли испарились, едва он оказался перед дверью Драко. Сейчас или никогда: постучит он, или с криком убежит и спрячется обратно, в свой маленький, удобный гриффиндорский кокон? Что ж, разве гриффиндорцы не должны быть храбрыми? Гарри решил, что не любит коконы. Он сделал глубокий вдох и постучал.

            Через несколько секунд послышались тихие шаги, дверь распахнулась, и Гарри столкнулся взглядом с парой серебристо-серых глаз.

- Привет, Гарри, - мягко сказал Драко. Он отошел в сторону, позволяя гриффиндорцу войти, и закрыл за ним дверь. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга в робком и неуклюжем молчании. На Драко были черные джинсы и черный вязаный свитер. Он был босой Каким-то образом Драко всегда заставлял самые обыкновенные вещи смотреться потрясающе элегантно, в то время как Гарри - на Гарри по-прежнему была школьная рубашка, старые джинсы и его обычные мягкие туфли. И внешний вид никогда не волновал его до этой минуты.

Драко перевел взгляд на свой стол, потом снова на Гарри.

- Мне нужно сделать еще три задачи по Арифмантике, - извиняющимся тоном сказал он. - Ты не против, если я закончу?

- Нет, - ответил Гарри. - Конечно, не против.

- Тогда иди, сядь у огня, - сказал Драко. - Я там поставил шахматную доску. Мне приходится почти постоянно поддерживать огонь в этой комнате, иначе здесь станет очень холодно.

Он на мгновение задержался взглядом на Гарри, потом прошел и сел за письменный стол.

Гарри наконец осмотрелся. Перед камином справа от него стояли два больших тяжелых кресла, между ними - маленький столик. Рядом, у дальней стены, находился письменный стол Драко, а в углу - высокий шкаф, доверху наполненный книгами. С левой стороны - двуспальная кровать с пологом, изголовье упиралось в стену, а в ногах стоял сундук. Участок стены между столом и кроватью занимало огромное застекленное окно. Рядом с кроватью - тумбочка, а с другой стороны - просторный гардероб. Гарри заметил, что рядом с гардеробом находилась еще одна дверь. На стене - несколько бра, дополнявшие мерцающее пламя камина кругами золотого света.

- Это отличная комната! - сказал Гарри, находясь под сильным впечатлением. - А зачем вон та дверь?

- Там ванная, - с отсутствующим видом ответил Драко, поглощенный решением задачи.

- У тебя есть собственная ванная?! - гриффиндорец был потрясен. Никогда за всю жизнь у него не было личной ванной.

Драко повернулся, на мгновение оторвавшись от пергамента.

- Все остальные слизеринцы-семикурсники живут в этой башне, но ванная есть только в моей комнате. Вообще-то это должна была быть комната преподавателя, - добавил он. - Мне очень повезло, что я получил ее.

 Комната преподавателя. Гарри улыбнулся. Значит, Дамблдор считал, что Драко останется в следующем году - верил в него в достаточной степени уже в начале этого учебного года, чтобы сразу поселить его в комнате преподавателя. Эта мысль принесла Гарри некоторое облегчение, и он сел в ближнее кресло, повернутое в сторону письменного стола. Гриффиндорец наблюдал несколько минут, как Малфой работает, а потом наклонился, чтобы рассмотреть шахматную доску и фигуры, расставленные на маленьком столике.

Изящно. Фигуры были выполнены из оникса и алебастра, квадратики шахматной доски - из очень темного дерева и перламутра. Гарри взял в руки одну из черных фигур. Покрытая сложной резьбой, она представляла собой дракона с полураскрытыми крыльями. Его глаза - красные драгоценные камни - мерцали при свете пламени. Ладьями были высокие замковые башни, чьи круглые стены обвивала розовая виноградная лоза, а пешками - хрупкие феи, сидящие кто на цветке, кто на листике, и казалось, что они, будто настоящие, могут в любой момент спорхнуть оттуда. Гарри никогда не видел ничего более трогательного …. Каждая фигура была совершенна до мельчайших деталей. Он осторожно поставил дракона на место, заметив, что слизеринец уже расставил фигуры в соответствии с тремя ходами, которые они сделали прошлой ночью и этим утром.

- Готово, - сказал Драко, все еще сидя за столом. Он закрыл книгу, свернул пергамент, встал и пересел в кресло напротив Гарри. - Ну и что ты думаешь? - поинтересовался он, кивнув в сторону шахматной доски. - Это принадлежало моей бабушке. Она научила меня играть.

- Они прекрасны, - улыбнулся Гарри. - Я почти боюсь к ним прикоснуться. Это волшебные шахматы?

- А, нет, - сказал Драко, - определенно нет. Я ненавижу волшебные шахматы, они слишком эээ.. грубые, ни тени изящества. Впрочем, эти тебе придется передвигать самостоятельно. - Он поудобнее устроился в кресле, подогнув под себя босые ноги. Гарри сбросил свои поношенные туфли и тоже забрался с ногами в кресло, но сел по-турецки, упершись локтями в колени и положив подбородок на ладони.

- И к вопросу о ходах, сейчас твоя очередь, Гарри, - тихо сказал слизеринец.

Гарри посмотрел на него. Драко рисковал. Он выглядел взволнованным, руки были сцеплены на коленях. Гарри мог сделать все, что угодно, спросить о чем угодно. Гриффиндорец посмотрел вниз, изучая шахматную доску. Он уже знал, каким будет его следующий ход…  но вопрос, который он хотел задать, смущал его самого гораздо больше, чем должен был смутить Драко. И все же, он хотел знать. Он уперся взглядом в доску, будто размышляя над ходом, но на самом деле пытаясь подобрать слова для своего первого вопроса - того, который мучил его весь день. Он провел рукой по волосам и вздохнул. Наконец, потянулся и поднял маленького дракона, которого только что разглядывал.

- Конь на F6, - сказал он. Посмотрел на Драко и снова опустил взгляд. - Ты спросил меня сегодня утром, как получилось, что мне так понравился тот поцелуй. - Он посмотрел в глаза слизеринцу. - А что тебя заставило думать, что он мне понравился?

Напряжение исчезло с лица Драко. Он мягко улыбнулся Гарри и откинулся на спинку кресла.

- Ну, например то, что ты сейчас здесь.

От этой улыбки сердце Гарри подпрыгнуло. О Боги, он был совершенно не готов к эффекту, произведенному улыбкой Драко! Это было так необычно, так неожиданно, так… гипнотизирующе. Гарри потряс головой, пытаясь сконцентрироваться на том, что сказать. Ответ Драко был проницательным и смущающим, но не это он хотел услышать.

- Я не имел в виду сейчас, - спустя несколько мгновений сказал Гарри. - Я имел в виду утром...

Драко усмехнулся.

- Я понял это сразу, как ты вошел в Большой Зал за завтраком, Гарри. Я предполагал, что может быть всего два варианта твоего поведения: или тебе это понравилось, и ты будешь с ума сходить, пытаясь выяснить, почему, но никому ничего не расскажешь; ну или же ты будешь испытывать чудовищное отвращение, и тогда придешь на завтрак с ордой гриффиндорских головорезов и размажешь меня по стенке. На самом деле, я ожидал чего-то подобного, - добавил он. - Но когда ты появился за завтраком с таким видом, будто не спал всю ночь, такой восхитительно трогательный и смущенный, я все понял.

Гарри не особо нравилась идея такой очевидности и предсказуемости собственных поступков, но Драко не смеялся над ним. Напротив, кажется, он только что сказал, что Гарри был «восхитителен»? «О, черт!» А Гарри-то еще надеялся подольше скрывать, насколько он был впечатлен тем поцелуем.  Теперь это едва ли имело смысл. «Восхитительный?! Мда, я влип в куда более серьезные неприятности, чем думал!»

- Ладно, - медленно проговорил он. - Возможно, мне он и понравился, но это вовсе не означает, что я захочу его повторить. Возможно, мне просто хочется быть твоим другом, Драко, - теперь, когда ты мне показал, что у нас получится. Возможно, я просто решил положить конец нашим стычкам.

Драко смотрел на свои руки, опустив голову и позволив пряди длинных серебристых волос упасть на глаза. Он долго молчал. Наконец, очень тихо, произнес:

- Если это все, чего ты хочешь Гарри… я смогу быть твоим другом. - Он отбросил волосы назад легким движением головы, взглянул на шахматную доску и передвинул белого дракона. - Конь на С3. - Драко снова поднял взгляд на гриффиндорца. - Ты действительно хочешь именно этого?

Тот встретил взгляд Драко, и внутри что-то кольнуло. Глаза блондина были холодными - открытость, которая делала его взгляд теплым и мягким, ушла, и Гарри ощутил это явственно, будто удар в пах.

- Я не знаю, - честно ответил он. Но на самом деле, даже сейчас, видя во взгляде Драко холодную отстраненность, он знал. Он поспешно посмотрел вниз, стремясь прервать зрительный контакт, и почувствовал, как краснеют кончики ушей. Он знал, чего хочет. Более, чем чего бы то ни было, он хотел вернуть эту теплоту, хотел смотреть в эти серебристо-серые глаза и видеть, как их взгляд становится мягким только для него. Он хотел, чтобы Драко прикасался к нему так же нежно, как и прошлой ночью, хотел обнимать Драко и зарываться лицом в его шелковые светлые волосы. Он хотел, чтобы Драко снова поцеловал его. И мысль об этом заставляла Гарри трепетать.

Он пришел, надеясь, что все будет происходить медленно, но это явно было не так. Гарри был совершенно не готов к эффекту, который оказывал на него Драко… быть здесь, с ним наедине, в его комнате, знать, что он чувствует и чего хочет,  и каким на это будет его собственный ответ… Этим утром на уроке профессора Биннса Гарри размышлял, почему мысль о том, что он нравится Драко, совсем его не шокирует. Очевидно, причина заключалась в том, что речь шла о чувствах Драко. А вот сейчас, когда те же самые чувства завладели им самим, Гарри впал в шок. Его понятие о сексуальности рассыпалось на мелкие кусочки, и он никак не мог привыкнуть к своим изменившимся чувствам настолько, чтобы облечь их в слова. Да и что он мог сказать? Все происходило слишком быстро. Все, что он мог сделать - так только сидеть здесь, онемев от шока и ругая себя на то, что причиняет боль Драко.

- Прости… - смог выдавить он из себя.

Драко подтянул колени к груди и обхватил их руками. Он внимательно наблюдал за Гарри, словно пытаясь понять смысл его слов.

- Тогда сейчас снова твой ход, - наконец сказал он слегка обиженным тоном, - если это единственный ответ, который ты можешь мне дать.

У Гарри был только один вопрос, на который ему отчаянно хотелось получить ответ. Его очки чуть сползли с носа, и он растерянно поправил их, потом посмотрел на шахматную доску. Атмосфера между ними стала весьма напряженной, и Гарри очень расстраивал тон голоса Драко.

- Пешка на В5, - наконец сказал он и, потянувшись, передвинул фигуру чуть дрогнувшей рукой. - Я видел тебя с девушками на танцах, ну и не только,  - очень тихо сказал он. Потом замолчал, сделал глубокий вдох, пытаясь утихомирить нарастающую внутри панику, и все-таки заставил себя задать этот вопрос. - Так откуда ты узнал, что ты… гей?

Драко чуть приподнялся в кресле и отбросил со лба волосы, которые тут же снова упали на глаза.

- Да я и не знаю этого, - со смущением в голосе произнес он. -  Просто так получилось, что человек, которого я хочу, парень. Меня не привлекают ни другие парни, ни другие девушки. Только один человек. Которого, - едва слышно добавил он, - я никогда не интересовал.

Гарри уставился на него, не веря собственным ушам.

- Так весь этот хитроумный замысел с шахматами был создан только для того, чтобы затащить меня в постель?! - потрясенно спросил он. Но едва эти слова сорвались с его губ, как он понял, что допустил серьезную ошибку.

Глаза Драко вспыхнули серебряной молнией. В одно мгновение он вскочил с кресла - быстрее, чем Гарри мог себе вообразить.

- Думаю, тебе пора, - холодно сказал он. - Немедленно.

- Драко, нет…

Но слизеринец схватил его за руку и вытащил их кресла.

- УБИРАЙСЯ.

Он потащил Гарри, который был слишком удивлен, чтобы сопротивляться, по направлению к выходу, открыл дверь, вытолкнул его наружу и захлопнул ее у него за спиной. Спустя несколько секунд дверь снова распахнулась, и из комнаты вылетели туфли Гарри. Один туфель ударил гриффиндорца прямо в поясницу.

- Ай! - Гарри обернулся, но дверь уже опять захлопнулась. Он остался стоять на самом верху спиральной лестнице в холодной и темной башне, упираясь носом в дверь. Ошарашенно Гарри подобрал туфли. Снова посмотрел на дверь.

«Черт подери! Да что произошло?!»

Он попытался успокоиться и подумать. Драко был с ним совершенно открыт и честен, даже когда ему было больно. А Гарри позволил случайности фактически превратить себя в труса, да еще и обидел Драко своим молчанием. А потом разозлил его, хотя, откровенно говоря, Гарри не до конца понимал, почему Драко так отреагировал. Но тут он вспомнил, что слизеринец сказал прошлой ночью и впал в шок. «О Боже, он же имел в виду, что его никогда не интересовал никто, кроме меня, а я совершенно ничего не понял! - глухо застонал он. - Черт подери!» И все же, Гарри по-прежнему полагал, что Драко выставил его за дверь совсем не поэтому.

«Ну и что теперь?» - подумал он. Повернулся, посмотрел на уходящую вниз длинную лестницу, потом снова на закрытую дверь. Нет, он не собирался возвращаться к себе в спальню. Ему хотелось обратно в эту комнату, к Драко. Все, чего он хотел  в данный момент, находилось за этой дверью. Гарри провел рукой по волосам и вздохнул. «Мне нужно вернуться и поговорить с ним, вот что».

Он сделал шаг вперед и приложил ухо к двери. С обратной стороны послышался звук, подозрительно напоминающий сдавленный всхлип. Гарри стало страшно.

- Драко! - сказал он так громко, как только посмел, и мягко постучал. - Драко, пожалуйста, позволь мне войти! - Он выждал минуту, прислушиваясь, и снова постучал. - Прости меня!

Гарри слегка дрожал. «Черт, здесь довольно прохладно!»

- Я не хочу уходить!

Дверь чуть скрипнула, как будто кто-то, сидевший прислонившись к ней, пошевелился. Гарри снова постучал.

- Драко? Я хочу с тобой поговорить, и я никуда не уйду. Я буду стоять здесь всю ночь, если потребуется. - Он снова задрожал, потом прислонился лбом к двери и жалостно вздохнул. - Здесь холодно! Если ты меня не впустишь, то наутро найдешь на моем месте ледяную глыбу с замороженным придурком внутри! - Он сделал паузу, прислушиваясь. Он почти ощущал Драко, стоявшего с другой стороны двери. - Драко, -сказал он, постаравшись на этот раз сделать свой тон максимально серьезным. - Я должен тебе кое-что сказать. Что ты ошибаешься в том, что сказал относительно того, что меня не интересуешь. Это неправда.

Внезапно на лестнице позади Гарри раздались шаги.

- Так, так, - послышался противный ухмыляющийся голосок.  - Неужели сам Гарри Поттер? Потрясающе!

Гарри развернулся и встал, прижавшись спиной к двери и держа в руках на уровне груди свои туфли. Он столкнулся нос к носу с Пэнси Паркинсон, одетой в одну только полупрозрачную ночную рубашку.

«О. Святые. Угодники».

- Так вот что наш Ледяной Король скрывал все это время! - сказала Пэнси намеренно слащавым тоном и улыбнулась Гарри так, что у него мурашки по коже побежали: эдакая смесь воплощенной злодейки и жадной соблазнительницы. Она подошла к нему ближе, слова лились приторным бальзамом. - Или он и тебя выгнал? - захлопала она ресницами. - Бедный малыш. - Пэнси положила руку на плечо Гарри, принимаясь рисовать кончиками пальцев маленькие круги по направлению к его ключице.

Гарри проглотил ком в горле и отодвинулся подальше.

- Ммм, Гарри…. А знаешь, я бы не выгнала тебя, если бы ты пришел навестить меня, - промурлыкала она и потянулась вперед, так что ее губы оказались всего в каких-то нескольких миллиметрах от его губ.

Гриффиндорец резко дернулся назад и ударился головой о дверь.

«ДРАКО!!! - мысленно прокричал он. - НЕМЕДЛЕННО открой!!!!»

И внезапно, словно ответ на его немую молитву, за спиной вместо двери возник воздух. Рука схватила его за рубашку и сильно потянула. Гарри почувствовал, как валится назад в комнату Драко, и был бесцеремонно втянут внутрь. Он увидел, как Драко высунулся за дверь с палочкой в руке и проговорил «Обливиате квинтминутос», а потом мгновенно спрятал руку с палочкой за спину.

- Пэнси? - спросил слизеринец удивленным, почти озадаченным тоном. - При-вет? - Он сделал паузу. - А что ты здесь делаешь? Ты же знаешь, я не люблю, когда меня беспокоят по вечерам, особенно, когда я занимаюсь. - Он оглядел ее с ног до головы и нахмурился с выражением отвращения на лице. - Боже мой, да ты едва одета!

- Я… извини меня, Драко, - сказала Пэнси сильно изменившимся, покорным тоном. - Я не уверена… я не помню, зачем сюда пришла. Кажется, хлопали двери… и голоса… кажется.

- Хмм. А мне показалось, что было вполне тихо. Спускайся обратно, пока ты не заработала себе воспаление легких или еще чего похуже. Вот, хорошая девочка. Возвращайся в свою комнату. Да, правильно, вниз по лестнице. Спокойной ночи. - Он закрыл дверь и шумно вздохнул. Посмотрел на Гарри. - Ты, - сказал он наконец, - едва не влип в большие неприятности.

Гарри осел на пол, прислонившись спиной к стене и кусая губы. Его глаза были закрыты, очки слегка сползли с носа, он замерз и еще был очень расстроен потому, что не знал, сердится ли Драко или уже нет. Возможно, ему все же следовало уйти. Но потом он почувствовал тепло - не прикосновение, но что-то близкое - кто-то поправил ему очки. Туфли были освобождены от хватки его заледенелых рук и поставлены на пол.

- Ты в порядке? - спросил низкий голос совсем рядом с его лицом.

Гарри открыл глаза. Драко стоял так близко, что он был даже слегка поражен. Во взгляде слизеринца все еще читалась толика гнева, но Гарри увидел в них также и обеспокоенность, почти сродни теплоте, которой ему так не хватало, когда он стоял за дверью. Он вспомнил о своем решении вернуться сюда и быть откровенным.

- Нет, - сказал он грустным шепотом. - Не в порядке. Я замерз, и теперь мне неделями будут сниться кошмары о мопсах с губами, и еще я не понимаю, почему ты выставил меня за дверь.

Казалось, Драко одновременно взбешен и пытается сдержать смех. Его брови приподнялись, потом опустились и сошлись на переносице: гнев победил.

- Я выставил тебя потому, что твои слова были действительно гадкими. Как ты только мог подумать, что это была уловка, чтобы просто заставить тебя переспать со мной, или что я просто могу хотеть тебя таким образом…

- Потому что именно это ты сказал мне сегодня утром! - прервал его Гарри. - Что ты собираешься «получить все» и потерять девственность по окончании этой партии в шахматы.

- Я совсем не это имел в виду! - громко возразил Драко. - Боже, Гарри, да как я могу  заставить тебя переспать со мной?! Что, используя Империус? Даже если бы это заклятие не было запрещенным, так уж получилось, что я знаю, что оно на тебя не особо действует. И я не могу себе представить, чтобы ты оказался таким идиотом и переспал со мной, не желая этого, только потому, что я выиграл какую-то тупую игру и попросил тебя об этом! - Драко стоял, уперев руки в бока и глядя на Гарри. - Но хуже всего, что ты принимаешь меня за скотину, которая действительно может тебя об этом попросить!

Гарри, не в силах больше смотреть на Драко, уперся взглядом в пол и стоял, кусая нижнюю губу и скрестив руки на груди. Он поднял взгляд только спустя несколько минут тишины, когда наконец убедился, что Драко окончил кричать на него. Блондин тоже отвернулся от Гарри и уставился в пол.  К собственному удивлению, Гарри вдруг осознал, что больше не злится. На самом деле ему больше всего хотелось понять, что слизеринец имел в виду.

- Прости, если я неправильно тебя понял, - сказал он тихим, но решительным голосом. - Но Драко, я совсем тебя не знаю. Человек, которого я знал, был мерзавцем. Сегодня утром, когда я сказал, что не верю, что ты до сих пор девственник, ты ответил, что намереваешься изменить это к концу игры. И я не могу понять, что еще ты мог иметь в виду.

Драко молча скрестил руки на груди. Похоже, он был поглощен битвой между своими собственными чувствами гнева и боли.

Наблюдая за ним, Гарри ощущал острую потребность подойти, прикоснуться к нему, утешить. Возникшая между ними дистанция ранила его. Он хотел притянуть Драко к себе и обнимать, чтобы больше ничто не разделяло их. И сейчас это чувство его почти не шокировало, оно стало каким-то…. Приемлемым. Но все же, мысли и поступки - совсем разные вещи, а потому он решил подождать, надеясь, что Драко что-нибудь скажет. Однако, когда молчание уж слишком сильно затянулось, он не выдержал.

- Ты хочешь, чтобы я ушел? - грустно спросил он.

Драко мгновенно поднял взгляд.

- Нет! - сказал он, будто пораженный таким предположением. Он посмотрел на Гарри еще секунду и снова уставился в пол. - Нет, не уходи. Я… прости меня. Поверить не могу, что так накричал на тебя.

Гарри с облегчением вздохнул. Напряжение немного спало.

- Да ладно, - ответил он, и продолжил слегка дразнящим тоном: - Я могу выдержать от тебя и кое-что похуже, Малфой. - Он заметил, как на лице Драко заиграла слабая улыбка. - Итак, - добавил он, надеясь, улыбка не угаснет, - я признаю, что ошибался, когда решил, что ты собираешься бросить меня на пол, сорвать с меня одежду и заняться сексом, если выиграешь эту партию, так?

Он надеялся, что слизеринец рассмеется, но реакция Драко очень удивила его.

- О черт, Гарри, - мягко сказал тот, покраснев до корней волос. - Я не это имел в виду, - он глубоко вздохнул. - Наверно, все дело в том, что я пытался поддразнить тебя, втянуть в игру, да к тому же был смущен фактом собственной девственности. Вот так и вышло… Впрочем, ты все равно не считал меня образцом морали, раз уж полагал, что я переспал со всеми слизеринками. Но на самом деле они называют меня… ну ты помнишь, что сказала Пэнси. - Драко сделал паузу, потом снова заговорил, гораздо более мягким тоном. - По правде говоря, меня всегда преследовала эта глупая идея. Ну, что я хочу подождать, пока действительно полюблю кого-то, пока кто-то полюбит меня.

И когда Драко говорил, в душе Гарри возник маленький призрак страха, который исчез прежде, чем гриффиндорец успел заметить его появление.

- Это совсем не глупо, Драко, - тихо прервал его Гарри, воспользовавшись теми же самыми словами, которые сказал ему слизеринец прошлой ночью. Словами, которые так много значили для него. Блондин на мгновение вскинул взгляд, в котором мелькнуло узнавание, но тут же вновь посмотрел вниз.

- Дело в том, - продолжил Драко, - что я знаю, ты не любишь меня… Боже, я даже не знаю, нравлюсь ли тебе … Но я не стану спать с тобой, если ты этого не захочешь. Я просто надеялся, что к концу игры… если ты получше узнаешь меня… возможно, ты… - Он наконец поднял взгляд и посмотрел на Гарри. - То, что произошло прошлой ночью, не было запланировано. На самом деле я собирался держаться от тебя подальше. Но когда ты обнял меня, я… я придумал эту игру в шахматы, чтобы как-то оправдать свой поцелуй… потому что я хотел этого так сильно, потому что думал, что такой шанс мне больше никогда не представится. Я не думал, что все так далеко зайдет, пока ты не вошел в Главный Зал за завтраком. Все, что я хотел от этой игры, - чтобы она дала нам повод поговорить… или что-то еще… - Его голос сорвался, и он вздохнул, грустно глядя себе под ноги. - Я уже сказал тебе, что ты можешь выйти из игры, когда пожелаешь.

Гарри был очень удивлен, когда Драко покраснел. Его лицо покрылось прекрасным нежно-розовым румянцем, и Гарри так загляделся, что почти забывал слушать. Но все же каждое слово, которое произносил слизеринец, молнией врывалось в его сознание и сердце. Он в очередной раз восхитился способностью Драко честно говорить о своих чувствах. И собственные чувства Гарри тоже менялись с каждой минутой. Он внимательно наблюдал за Драко, когда тот говорил. А когда слизеринец сделал паузу и посмотрел на него, у Гарри ком встал в горле от искренности в его взгляде; и когда он снова опустил взгляд, Гарри резко ощутил, как сильно ему его не достает. И вот теперь, настала его очередь быть честным.

- Я хочу продолжить играть, - сказал Гарри. - Это заставляет нас разговаривать друг с другом, а я хочу общаться с тобой. Если бы я не хотел, то не пришел бы сюда сегодня вечером, или ушел бы после того, как ты меня выкинул. - Он глубоко вздохнул. - Я очень стараюсь понять, что за чувства к тебе испытываю, но сейчас меня больше всего одолевают нервы и смущение. И, - нежно добавил он, - это нечестно с твоей стороны: обижаться и злиться только потому, что я тебя пока еще не понимаю, или не знаю, что чувствую. У тебя-то, очевидно, уже было время поразмыслить над происходящим, но у меня на это было менее дня.

Драко виновато посмотрел на него и  улыбнулся.

- Вежливость и честность никогда не были моими главными достоинствами, Гарри, - сказал он. - Как видишь, я изменился не во всем.

Впрочем, Гарри знал, что тот лишь дразнит его, и явно не был готов противостоять адресованной ему нежной улыбке Драко или мягкому взгляду его глаз.

- Твой ход, - сказал Гарри, пытаясь игнорировать чувства полу-паники, полу-волнения, которые охватывали его всякий раз, когда Драко смотрел так.

Тот не отпускал его взгляд еще пару волшебных секунд, а потом подошел к столу, опустил палочку и внимательно посмотрел на шахматную доску. Гарри последовал за ним, сел в кресло, которое занимал раньше, испытывая благодарность за то, что снова может ощущать тепло огня, и некоторое напряжение от предчувствия того, каким будет следующий ход Драко.

Тот разглядывал доску еще некоторое время, прежде чем наконец сделал ход.

- Пешка на G4, - сказал он, свернулся в кресле и посмотрел гриффиндорцу прямо в глаза. - Скажи, что ты чувствуешь ко мне, Гарри. Не пытайся понять, что это значит. Просто скажи, что происходит.

Гарри вздохнул и откинулся на спинку кресла, закрыв глаза.

- Ну ладно, - сказал он. - Я попытаюсь. Раньше я говорил, что не знаю, но все меняется. Каждый раз, когда ты говоришь со мной, или смотришь на меня… или прикасаешься ко мне, - добавил он, - мои чувства к тебе, мой взгляд на отношения между нами, изменяются. - Он открыл глаза и посмотрел на огонь, потом перевел взгляд на Драко. Блондин не смотрел на него, но Гарри знал, что он внимательно слушает. - Я запутался, потому что еще вчера думал, что ненавижу тебя, но сегодня это уже не так. - Он сделал паузу, провел рукой по волосам, размышляя. - Нет, не совсем…. Я не только не ненавижу тебя. Человек, которым ты был вчера, и какой ты сейчас… думаю, такой человек мог бы мне очень нравиться… и я, наверно, мог бы захотеть быть близок с ним… может, даже очень близок.

Драко поднял голову и встретился с Гарри взглядом. То прекрасное тепло вернулось, заставляя глаза слизеринца сиять, как серебряный лунный свет сквозь мягкий серый туман.

Легкая дрожь пробежала по телу Гарри. «Боже, у него самые прекрасные глаза, какие я только видел!» - подумал он, чувствуя, что может раствориться в них. Он слегка покраснел, но спустя минуту продолжил:

-  Я сказал, что скорее всего хотел бы, чтобы мы оставались не более, чем друзьями, только потому, что мне кажется, все происходит слишком быстро, что ты пытаешься втянуть меня во что-то, чего я не хочу. Но вот другая часть меня хочет этого. Ты заставляешь меня чувствовать то, чего я никогда не чувствовал раньше. По правде говоря, я весь день не мог думать ни о чем другом.. Но я смущен, потому что… я уверен, что я натурал… или был уверен… а теперь… - Он замолк, потом встал с кресла, опустив взгляд. - О черт, Драко, - мягко сказал он. - Когда ты поцеловал меня прошлой ночью, это был лучший поцелуй в моей жизни, а ведь меня немало целовали. - Он потянулся и передвинул на доске черного дракона. - Конь на С6. - Гарри посмотрел на Драко. - Почему ты не попытался поцеловать меня снова?

Драко усмехнулся, вскинув бровь.

- По двум очень простым причинам, Гарри. Во-первых, я не думал, что ты этого хочешь. Во-вторых, была твоя очередь. И я не собираюсь снова целовать тебя, если ты сам не поцелуешь меня первым. - Он тоже встал, посмотрел на шахматную доску и передвинул свою пешку на одну клетку. - Пешка на Е3. Ну, так почему ты не поцеловал меня в ответ?

Гарри вновь опустил взгляд, рассматривая доску. Сразу несколько причин всплыло в его сознании, включая предупреждение Дамблдора, вопрос о собственной ориентации, и, что еще хуже - «Что скажет Рон???!!!» Но дело явно было не в том, что он не хотел целовать Драко. Потому что он хотел. Он не мог думать ни о чем, кроме желания обнять Драко и поцеловать его снова. Ничто не имело значения, только это мгновение и этот человек.

Он вспомнил слова, которые Драко сказал чуть раньше: «Просто так получилось, что человек, которого я хочу, парень. Меня не привлекают ни другие парни, ни другие девушки. Только один человек». Возможно ли такое, что ты встречаешь человека, влюбляешься в него, и становится неважно, мужчина это или женщина, что это просто тот, в ком ты нуждаешься и о ком мечтаешь, тот, кто подходит тебе идеально - и именно это и делает твой выбор правильным? Может ли все быть так просто? Очевидно, что именно так считал Драко. И возможно, Драко и был таким человеком для Гарри, потому что, о Боже, прикасаться к нему казалось таким правильным…

- Гарри? - тихо, неуверенно позвал его Драко. - Ты собираешься ответить на мой вопрос?

Гриффиндорец посмотрел на него и медленно улыбнулся.

- Нет, - сказал он. - Разве что скажу, что мы уже достаточно наговорились. - Он сделал короткую паузу. - Конь на G4. - Он передвинул своего коня и съел пешку Драко. Взял в руку маленькую белую фею,  с минуту разглядывал ее, положив на ладонь, поставил сбоку от доски. А потом Гарри снял очки, осторожно положил их на стол, сделал шаг, обогнув стол, и посмотрел на Драко.

Слизеринец встретился с ним взглядом. Светлые пряди упали на лоб, он чуть прикусил нижнюю губу, а в глазах застыло удивление и слабая надежда.

Даже если бы Драко и захотел, он вряд ли мог бы выглядеть более желанным  для Гарри в эту минуту. Может, все действительно было так просто. Все внутренние противоречия внезапно исчезли.

- Иди ко мне, - мягко позвал Гарри.




Следующая глава           

-На главную страницу- -В слэш по "Гарри Поттеру"-